Кошмары Второй Мировой войны по-прежнему не дают покоя жителям Риги. Ежедневное напоминание о жутком прошлом определяет различия между двумя нашими Европами.

"Когда вода в реке только начинает течь, она поднимает тучу грязи. И для того, чтобы она очистились, потребуется уйма времени", говорит литовец Антанас Пузаускас (Antanas Puzauskas) об истории стран своего региона. Прибыв в Ригу, я погружаюсь в воды истории.

Я ожидаю собеседника в Академии наук. Здание напоминает московские сталинские высотки, сделанные по образу и подобию Эмпайр Стейт Билдинг. Местная столовая предлагает уникальную возможность по-новому взглянуть на жизнь " homo sovieticus". Стены окрашены той самой зеленоватой краской непонятного цвета, которую так любили в прошлом французские власти. Почти все лампочки в люстрах стиля модерн 60-х годов уже давно перегорели. Тусклый свет напоминает освещение на вокзальном перроне. Оранжевые скатерти, кресла из красного кожзама и целый лес растений в пластиковых горшках жельовато-зеленого цвета прекрасно гармонируют с выщербленным во многих местах полом. Из туалетов несет мочой, а какой-то "товарищ" украл висевшее над умывальником старое зеркало.
 
Работающие здесь люди тоже, как говорится, "варятся в собственном соку". Одежда подавальщиц в столовой навевает воспоминания об имперской России. Рядом другой сотрудник вяло толкает перед собой тележку из супермаркета. В ней навалены пакеты с картошкой, арбузы и почта академиков. Посетители шумно зачерпывают ложками суп, в котором плавает несколько шариков мяса. Съедают здесь все, в том числе гарнирные листы салата и ломтики лимона. А затем собирают соус. Голодные…

Атмосфера на улицах также напоминает о недавнем прошлом. По Риге еще витает затхлый запах коммунизма. Фонари типа "спутник" освещают невеселые сосредоточенные лица, серые улицы и вечно переругивающихся между собой таксистов.
 
В стране более трех сотен замков. Все они пришли в запустение, сады заросли кустарником, деревья разрослись, а террасы осели. Аллеи рассказывают нам историю упадка тевтонских рыцарей, которые после восьми веков безраздельного владычества в регионе потеряли все, что у них было, перед началом Второй Мировой войны. Не нашедшие упокоения души рыцарей бродят по трем этим маленьким странам.

Призраков можно встретить повсюду. В XX веке Латвия потеряла половину своего населения… Половину! Последнюю тысячу лет все соседние державы (шведы, немцы, русские) взяли себе в привычку выяснять здесь отношения, уничтожая мимоходом местное население. И происходило подобное в среднем два раза за сто лет. Что же до Гитлера и Сталина, то они просто утопили Латвию в крови.

Воспоминания о безнадежной эпохе

В Западной Европе в разговорах между близкими упоминаний о Второй Мировой войне уже не услышать. Это история наших престарелых родителей, дедушек и бабушек. В Риге же, кажется, часы перевели на десятилетия назад. 40-летние люди рассказывают мне о том, как их родителей депортировали, высаживали посреди зимы вдоль транссибирской магистрали или отправляли в лагеря на советский Дальний Восток.

Эти преступления являются частью их собственных воспоминаний. Как будто все произошло вчера. Люди вспоминают о том безнадежном времени, когда царила коммунистическая диктатура, культ личности, всепоглощающая жажда власти, нигилистское стремление к разрушению старого общества и личной ответственности, желание контролировать интеллигенцию и превратить людей в роботов или рабов.

Последний солдат Красной армии покинул Латвию лишь пятнадцать лет назад. Огромное здание КГБ в Риге на пересечении улиц Стабу и Бривибас по-прежнему пустует, как громадный дом с привидениями. Мы осматриваем его камеры и подвалы, где в прошлом пытали людей. Здесь каждую ночь убивали до двадцати пяти человек. А сюда сажали тех, кого должны были расстрелять или отправить в лагеря.

В действительности этот жуткий мир исчез уже очень давно, но в сердцах и душах людей он так же реален как и полвека назад. Он давит, он не дает свободно дышать десяткам миллионов людей в Центральной Европе. Во Франции мы об этом слышали, мы сочувствовали им, некоторые из нас даже прочитали "Архипелаг ГУЛАГ" Александра Солженицына. Но этот ужас не стал частью нашей повседневной жизни, как это случилось с жителями Латвии, Эстонии и Литвы. В путешествии мне сразу же бросилось в глаза именно различие в истории двух Европ, Восточной и Западной. Эти различия как раз и расчерчивают между нами главную и единственную границу.

В Латвии история – это одна из самых острых современных проблем. О ней здесь говорит и стар и млад. Удивляет меня то, что каждый здесь пытается рассказать и перекроить ее по-своему.

В центре Риги стоит музей оккупации. Рассказывает он о долгом периоде зависимости Латвии – с 1940 по 1991 год. За это время страна пережила три оккупации. Сначала ее контролировала Красная армия с 1940 по 1941 год. В то время как Гитлер завершал покорение Франции, Сталин решил прибрать к рукам страны Балтии. Его девиз: "нет человека – нет проблемы". Местные элиты были обезглавлены. 14 июня 1941 года было депортировано 15 500 латышей, 11 000 эстонцев и 21 000 литовцев. Вернуться обратно удалось очень и очень немногим.

22 июня Гитлер обратил оружие против своего вчерашнего союзника Сталина и направил войска на завоевание СССР. В Риге латыши встретили нацистов как освободителей, они надеялись вернуть себе независимость. В действительности же их ожидало жестокое разочарование. Страна вошла в состав рейхкомиссариата "Остланд". Вермахт развернул свою пропаганду, в которой коммунисты приравнивались к евреям. В стране сразу же начались масштабные чистки, завершившиеся еще до ванзейской конференции, на которой было принято "окончательное решение".

Латвийские коллаборационисты, среди которых особенно "прославился" Викторс Арайс (Viktors Aräjs), помогли нацистам истребить за шесть месяцев около 70 000 евреев. Затем немцы начали силой забирать в армию молодых латышей. Эти 115 000 человек были нужны им как пушечное мясо. В ответ 100 000 латышей вступили в Красную армию. К 1945 году было уничтожено 30% населения страны.

Позднее, когда Западная Европа праздновала окончание своего кошмара, проблемы у латышей еще только начинались. В Ригу вернулись Сталин и СССР. А разве не были латыши коллаборационистами и "фашистами"? Ясное дело, были. В стране возобновились массовые депортации. В марте 1949 года 31 конвой вывез 42 000 латышей (всего из трех балтийских стран было депортировано 95 000 человек). Новая "оккупация" продлилась долгих сорок четыре года. Именно она омрачает сегодня сознание людей, ведь на место депортированных пришли русские. Латвия и остальные страны Балтии с их незамерзающими портами были окном СССР в Балтийское море. Необходимые советской империи земли превратились в настоящую колонию.

Именно такой я вижу Ригу восемнадцать лет спустя после обретения балтийскими странами независимости в 1991 году. Сегодня 35% населения Латвии и 65% жителей Риги говорят по-русски. Страна разрывается между двумя культурами, двумя историями. Для русских нацисты, безусловно, были чудовищами. Тогда как для латышей ничто не может сравниться с жестокостью коммунистов в советскую эпоху. В этом плане все здесь довольно просто.

Одержимость Россией

Она сейчас отступает на второй план, так как обеим группам пришлось договариваться. Немалую роль в этом сыграла Европа, поставив диалог в качестве обязательного условия для вступления страны в Евросоюз. Латыши стали выдавать паспорта русскоговорящим, а те в свою очередь начали интегрироваться в общество своей новой страны.

Я встретился с Андреем Хотеевым, журналистом уважаемой русскоязычной газеты "Телеграф". Мэр Риги Нил Ушаков –бывший коллега Андрея. Сам Хотеев рассказал о том, что отношения между двумя группами улучшаются, а смешанные браки становятся все более частыми: "Здешняя ситуация не имеет ничего общего с трениями между валлонами и фламандцами! Мы учимся не обращать внимания на тени прошлого, это единственный способ создать нашу общую историю. Учимся мы и другим вещам. Последние пятнадцать лет мы тратили как на Западе, а работали как на Востоке. Нам нужно расти. Для нас русских, Россия – это большая психологическая проблема". Такая одержимость Россией – это еще одна поразительная деталь, которая бросается в глаза в этих странах. Уход России из Центральной Европы, отнюдь не развеял страхи местного населения.

Сейчас я отправляюсь в Эстонию, к Нарве, границе между нашими мирами.