В решении вопросов, обостряющих польско-литовские противоречия есть пространство для компромиссов, однако в Литве для этого нет политической воли, считает политолог Раймундас Лопата. По его мнению, на фоне сближения России и Польши, Литва "останется в стороне". Россия же использует Европу для решения своих проблем.

Недавно состоялся визит российского президента Дмитрия Медведева в Польшу, в ходе которого был подписан ряд соглашений, в том числе и в сфере энергетики. Накануне поездки российская сторона предприняла один из очень значимых для поляков шагов, а именно Госдума приняла заявление в котором говорится, что расстрел польских офицеров был совершен по прямому указанию Иосифа Сталина и других советских лидеров.

Напомним, что именно катынский вопрос долгие годы осложнял отношения двух стран, а при покойном президенте Лехе Качиньском отношения обострились донельзя.

Однако после двухчасового разговора президентов России и Польши Бронислав Коморовский заявил, что «плохой период в польско-российских отношениях закончился».
Телекадры, на которых улыбающийся Д.Медведев гуляет по улицам Варшавы, для россиян можно назвать историческими. Однако при этом интересна и география дальнейший визитов польского и российского президентов.

Б.Коморовский отправился в США. По выражению одного их аналитиков Варшава, судя по документам, после публикаций Wikileaks относительно действительных планов США по ПРО в Польше, в несколько ином свете стала рассматривать отношения с государством, которое она считала своим ближайшим союзником.

Коллега Б.Коморовского Д.Медведев отправился на саммит ЕС-Россия, итогом которого стало подписание меморандума, в соответствии с которым перед Россией снимаются преграды на пути вступления в ВТО.

Напомним, что Польша и Литва часто выступали в связке в различных международных организациях, наложили вето на начало переговоров России и ЕС. Переговоры все же были начаты, а их продолжение на этот раз в Брюсселе ознаменовалось сближением позиций по некоторым вопросам между ЕС и Россией.

Есть еще один момент, на который хотелось бы обратить внимание. Если вспомнить о том, что голоса Литвы и Польши звучали в унисон после российско-грузинского конфликта, то можно заметить, что в зоне конфликта ситуация «заморозилась», а вот отношения Литвы и Польши обострились. Сменились лидеры государств, термин «прагматизм» обрел соответствующее место в политическом лексиконе, а претензии Польши к Литве по поводу положения польского нацменьшинства усилились.

За комментарием ситуации, сложившейся в российско-польских отношениях и тем, как это отразится на Литве, DELFI обратился к политологу Раймундасу Лопате.

По его мнению, ничего удивительного в смене вектора в отношениях России и Польши, после катастрофы под Смоленском, нет.

«То, что Польша может изменить свою тактику, а вместе с тем, даже стратегическое направление, было ясно еще при покойном президенте», – полагает политолог.

Он указывает на то, что напряжение между кабинетом Дональда Туска – почти стопроцентным прагматиком – и более национально ориентированным Лехом Качиньским существовало почти все время.

А то, что после Смоленской катастрофы россияне попытаются использовать ситуацию, «прагматизм польского правительства, а также его интерес в том, чтобы стать серьезным игроком в Европе, повторяя правила, которые являются присущими, к примеру, Парижу и Берлину», можно было предугадать.

«Поэтому ничего удивительного не произошло», – сказал политолог.

Были взяты на вооружение правила прагматичной игры, утверждает Р.Лопата, «а те преграды, которые мешали, были оставлены в стороне». «И такой преградой, по всей видимости, была Литва», – считает Р.Лопата.

«Время, когда совпадали интересы Вильнюса и Варшавы при Л.Качиньском, чтобы демонстрировать определенную принципиальность, своеобразие национальных интересов, требовать, чтобы Европа принимала их во внимание, осталось в прошлом. Поляки повели игру слегка по-иному. Мы будем в стороне», – констатирует он.

С одной стороны, говорит политолог, Польша поддерживает идею строительства АЭС в Литве, а на самом деле происходит нечто иное.

«Поляки пока, может, и поддерживают идею о строительстве АЭС, и у них есть интерес к участию, но, с другой стороны, в принципе речь идет о том, как россияне первыми проложат электросоединения с Европой через Балтийскую АЭС. Тогда все более, чем ясно», – констатирует политолог.

Что делать в сложившейся ситуация Вильнюсу в вопросе литовско-польских отношений? «Думаю, пространство для компромисса в тех вопросах, что обостряют ситуацию, есть, – полагает Р.Лопата. – Но Вильнюс не проявляет политической воли. Кое-что можно оставить на будущее, но, я полагаю, что в большинстве вопросов возможны компромиссы».

Россия пошла на признание вины советского руководства в катынском деле. Возможно ли то же самое в отношении претензий Литвы к восточному соседу и потепление отношений с Россией. На это политолог заметил:

«Все происходит в категориях абсолютной прагматичной выгоды. Компромиссы, если и будут достигнуты, то только для обоюдной прагматичной выгоды.

В данном случае, я не считаю, что стремление России иметь хорошие отношения с Европой продиктовано какой-то доброй волей.

У России есть проблемы и с модернизацией и прочим – они ищут компромиссы, чтобы используя европейский фактор, решить эти проблемы. Только и всего.

Я полагаю, что как на Западе, так и на Востоке прекрасно понимают правила игры. Вопрос – как их расставить в реальной жизни. Поэтому и происходят дипломатические виражи по этому вопросу».