Одним из самых заметных событий в общественной жизни Литвы в прошлом году стал скандал, вызванный публикацией в еженедельнике «Вяйдас». В ней внештатный автор - работавший в министерстве внутренних дел Пятрас Станкерас, историк по образованию, взял да и написал, что никакого Холокоста во время Второй мировой войны не было.

В ответ на это своё резкое несогласие с подобной трактовкой истории высказал целый ряд западноевропейских дипломатов, работающих в Вильнюсе. Разразился скандал. Министр внутренних дел попросил своего подчинённого уйти на пенсию, редакция «Вяйдаса» поспешила с уточнениями, что, мол, надо было читателям читать немножко не так, как было написано. Автор, оказывается, усомнился не в самом Холокосте, а только в числе убитых евреев.

Просто не там вставил слово «якобы». Делов-то!

После этого «Вяйдас» опубликовал ещё несколько материалов по этому поводу, разъясняя свою позицию и обращая внимание на позицию некоторых других лиц. В одной из таких заметок, в частности, было замечено, что коллективное письмо в МИД Литвы подписали только те дипломаты, страны которых так или иначе связаны с газопроводами «Газпрома».

А в последнем номере еженедельника за прошлый год главный редактор «Вяйдаса» Гинтараса Сарафинас опубликовал свою статью, озаглавленную «Журналистов уже больше не заботит правда?», в которой защищает Пятраса Станкераса, утверждая, что он много раз писал на подобные темы и не давал повода для нападок.

В связи с этим, очевидно, многим будет интересно ознакомиться с другой статьёй Пятраса Станкераса – «Большая трагедия Малой Литвы», написанной за несколько месяцев до статьи «Международный военный трибунал в Нюрнберге – самый большой юридический фарс в истории», вызвавшей дипломатический скандал.

В статье «Большая трагедия Малой Литвы» есть несколько моментов, позволяющих усомниться, что скандал с отрицанием Холокоста родился на пустом месте. Так, например, Пятрас Станкерас упоминает о призыве «еврея» Ильи Эренбурга расправляться со всеми немцами, встреченными в Пруссии. Хотя на самом деле статья И.Эренбурга «Убей немца!» была опубликована в газете «Красная звезда» в августе 1942 года! Какого немца мог убить в это время советский солдат? Только того, кто пришёл на советскую землю отнюдь не с гуманитарной помощью, кто оставлял после себя сожжённые города и сёла, тысячи и тысячи убитых!

Пятрасу Станкерасу достаточно было зайти в Интернет и узнать об этом. Он не знал или не хотел, чтобы другие знали, когда прозвучал призыв Эренбурга?

И ещё (цитирую опять же по источникам, которые легко найти в Интернете): «По воспоминаниям самого Ильи Эренбурга, он ставил цель развеять существовавшие у значительной части советских солдат иллюзии о том, что, если «рассказать немецким рабочим и крестьянам правду, то они побросают оружие», что «миллионы [немецких] солдат идут в наступление только потому, что им грозит расстрел»: «В начале войны у наших бойцов не только не было ненависти к врагу, в них жило некоторое уважение к немцам, связанное с преклонением перед внешней культурой. Это тоже было результатом воспитания.

Конечно, самым страшным было в те месяцы превосходство немецкой военной техники: красноармейцы с «бутылками» шли на танки. Но меня не менее страшили благодушие, наивность, растерянность.

Я помнил «странную войну» — торжественные похороны немецкого летчика, рёв громкоговорителей… Война — страшное, ненавистное дело, но не мы её начали, а враг был силён и жесток. Я знал, что мой долг показать подлинное лицо фашистского солдата, который отменной ручкой записывает в красивую тетрадку кровожадный, суеверный вздор о своём расовом превосходстве, вещи бесстыдные, грязные и свирепые, способные смутить любого дикаря. Я должен был предупредить наших бойцов, что тщетно рассчитывать на классовую солидарность немецких рабочих, на то, что у солдат Гитлера заговорит совесть, не время искать в наступающей вражеской армии «добрых немцев», отдавая на смерть наши города и села. Я писал: «Убей немца!»

К слову, давно уже пройденный этап, что «впоследствии эта и другие статьи Эренбурга подвергались критике и становились предметом дискуссий.

Британский писатель Энтони Бивор в своей книге «Падение Берлина. 1945» утверждает, что подобные лозунги спровоцировали насилие, совершавшееся военнослужащими Красной армии в отношении гражданского населения на территории Германии в 1944—1945 годах».

Писатель и фронтовик Даниил Гранин, которого даже сегодня, как мне кажется, трудно будет кому-то упрекнуть в работе на советскую официальную пропаганду, в своё время писал: «В 1966 году одна знакомая двадцатилетняя девушка, случайно прочитав военные статьи Эренбурга, была возмущена — как так можно писать о немцах: «Немцы не люди… отныне слово "немец" для нас самое страшное проклятие… Нельзя стерпеть немцев. Нельзя стерпеть этих олухов с рыбьими глазами, которые презрительно фыркают на все русское…»

— Как не стыдно!

— Кому не стыдно?

— Как ему не стыдно! Как не стыдно перед немцами. Так обзывать народ, нацию.

Она говорила это в 1966 году. А Эренбург писал в 1942 году, в августе, когда немцы шли на Сталинград, наступали на Северном Кавказе. Я помню, как нужны нам были статьи Эренбурга, ненависть была нашим подспорьем, а иначе чем было еще выстоять. Мы не могли позволить себе роскошь разделить немцев на фашистов и просто мобилизованных солдат, шинели на них были одинаковые и автоматы. Это потом, в сорок четвертом, сорок пятом, стали подправлять, корректировать, разъяснять, и то мы не очень-то хотели вникать. А тогда было так. Были стихи Симонова «Убей его!» и стихи Суркова, статьи Толстого, Шолохова, Гроссмана, — никогда литература так не действовала на меня ни до, ни после.

Самые великие произведения классиков не помогли мне так, как эти не бог весть какие стихи и очерки. Сейчас это могут еще подтвердить бывшие солдаты и солдатки, с годами это смогут объяснить лишь литературоведы.

Ах, неужели сегодня кому-то наши чувства могут показаться заблуждением?»

Ещё раз – слово И.Эренбургу.

Из книги "Люди, годы, жизнь": «В 1944 году командующий армейской группой «Норд», желая приподнять своих солдат, обескураженных отступлением, писал в приказе: «Илья Эренбург призывает азиатские народы «пить кровь» немецких женщин. Илья Эренбург требует, чтобы азиатские народы насиловали немецких женщин: «Берите белокурых женщин — это наша добыча!» Илья Эренбург будит низменные инстинкты степи. Подлостью было бы отступить, ибо немецкие солдаты теперь защищают своих жен».

Узнав об этом приказе, я тотчас написал в «Красной звезде»: «Когда-то немцы подделывали документы государственной важности. Они докатились до того, что подделывают мои статьи. Цитаты, которые немецкий генерал приписывает мне, выдают автора, только немец способен сочинить подобные пакости. Мы идем в Германию за другим: за Германией».

Легенда, созданная гитлеровским генералом, пережила и крах Третьего рейха, и Нюрнбергский процесс, и многое другое”.

И ею, как мы видим сегодня, охотно пользуются некоторые «историки».

Из заключения мюнхенского института современной истории: «Несмотря на неустанную пропагандистскую деятельность Эренбурга следует подчеркнуть, что до сих пор не найдено никаких доказательств тому, что Эренбург действительно является автором часто цитируемой листовки, призывающей относиться к немецким женщинам, как к законной добыче. [...] Нам также ничего неизвестно о существовании экземпляра данной листовки на русском языке». Так что, читая статью Пятраса Станкераса, обратите внимание также на то, какими фактами он пользуется, можно ли их проверить?

Большая трагедия Малой Литвы

Пятрас Станкерас (Veidas)

65 лет назад Иосиф Сталин вместо нанесения сокрушительного удара через Польшу прямо по Берлину, крупные силы Красной армии перебросил на Балканы, в Австрию, Восточную Пруссию. Войска Советского Союза вторглись в Малую Литву и принялись истреблять местное население. Советские коммунисты в 1944-1949 г. изменили имеющие немецкое или балтийское происхождение названия местностей на русские, колонизировали и милитаризировали захваченный край.

С самого начала восстановления независимости не прекращаются дискуссии на тему геноцида населения Малой Литвы. Малая Литва, или Прусская Литва (лит: Mažoji Lietuva, нем: Kleinlitauen, Klein Litauen, Preussisch Litauen, реже – Litauischer Kreis, Litauische Ämter, Provinz Litthauen) – культурный и исторический этнографический регион Пруссии (позднее - Восточная Пруссия в Германии), где жили прусские литовцы. Малая Литва была северной частью этой провинции и получила своё название по исконному литовско-говорящему населению.

В настоящее время большая часть её территории относится к Калининградской области, часть – к Литве и Польше. В узком смысле так именуется и только Литве принадлежащая часть (Клайпедский край), превращающаяся сейчас в один из пяти нынешних этнокультурных регионов Литвы.

К началу 1944 года в Малой Литве проживало 2,6 млн. жителей - немцев и летувнинков, т.е. литовцев Восточной Пруссии и Клайпедского края. К началу вторжения советских войск их число уменьшилось вчетверо (эвакуировались вглубь Германии).

Запланированная жестокость

Советско-коммунистический террор Малой Литвы начался 9 октября 1944 г., когда воинские подразделения 1-го Прибалтийского фронта возле Шилуте перерезали шоссе Шилуте-Клайпеда, по которому шли военные беженцы. Однако подлинный геноцид начался 18 октября, когда 5-й и 11-й армиям 3-го Белорусского фронта генерала армии Ивана Черняховского удалось вторгнуться в Кёнигсбергский край. «Горе побеждённым» - это известное со времён древних римлян выражение возродилось здесь в полной мере. Советские солдаты, словно орды гуннов, глумились над местными жителями, уничтожали и разграбляли их материальные и культурные ценности.

Геноцид жителей Малой Литвы – граждан Германии – являлся хорошо спланированной акцией, которую осуществляла армия и репрессивные структуры коммунистического Советского Союза. К осуществлению геноцида активно призывал пропагандист штаба 3-го Белорусского фронта, опекаемый И.Сталиным «писатель», корреспондент газеты «Красная звезда» еврей Илья Эренбург. Его листовки с его воззваниями печатались многотысячными тиражами в типографиях Вильнюса и Каунаса.

Накануне первого нападения на Германию (Кёнигсбергский край) он обратился к советским солдатам с призывом «Убей немца!»: «Немцы не люди. Отныне слово "немец" для нас самое страшное проклятье. Убивайте! Убивайте! Убивайте! Убивайте! Нет такого, в чём немцы не были бы виновны - и живые, и еще не родившиеся! Следуйте указанию товарища Сталина - раздавите фашистского зверя насмерть в его собственной берлоге. Сбейте расовую спесь с германских женщин. Берите их как законную добычу! Ведь нет среди вас ни одного, пред которым не были бы виноваты немцы. Виноваты все – и живые, и ещё не родившиеся! Красноармейцы, свято выполняйте указание товарища Сталина и растопчите фашистского зверя в его логове. Насилуйте немецких женщин и так сломите их расовую гордость. Возьмите их себе как свою законную добычу. Убивайте, доблестные и непобедимые красноармейцы!..»

Танки Советской армии переезжали по всему, что попадалось на пути – через телеги, лошадей, бегущих людей… Многие мужчины этого края тогда оказались в плену или погибли, поэтому вся ненависть советских солдат вылилась на женщин, детей и стариков Клайпедского края. Жители нескольких окрестных местечек (большинство их – летувнинки) были садистски замучены и убиты. Там, где проходили советские войска, на обочинах оставались убитые в затылок тела беженцев, а в деревнях – изнасилованные женщины и даже маленькие девочки.

Трагедия Немиркемиса


Немиркемис (Nemirkiemis, Nemmersdorf, ныне Маяковское – здесь и далее – прим. переводчика), расположено к югу от Гумбине (нем: Gumbinnen, ныне – Гусев) был одним из первых населённых пунктов в Восточной Пруссии, которые заняла Красная армия.

Здесь проживало около 600 жителей, но к 21 октября большинство их были эвакуированы. Немиркемис был укреплённым пунктом с огневыми точками, окопами, колючей проволокой и противотанковыми рвами.

После интенсивных боёв посёлок заняла 25-я танковая бригада. Вскоре Немиркемис начала бомбить немецкая авиация. После того, как бомбёжка стихла, красноармейцы организовали резню безоружного гражданского населения. Были садистски убиты 72 женщины, 50 военнопленных французов, а очевидцев этой расправы расстреляли.

Вечером 23 октября части немецкой дивизии «Герман Геринг» после успешного контрнаступления заняли Немиркемис и увидели страшную картину, какую оставила армия «освободителей» Европы.

Вскоре в этот населённый пункт прибыли представители немецкого генерального штаба, NSDAP, SS. Прибывшая сюда международная комиссия врачей установила, что даже девочки 8-12 лет и 84-летняя старуха были изнасилованы, а старухе солдаты сапёрной лопаткой снесли полчерепа. На место этих событий были срочно доставлены военные репортёры, в том числе и из нейтральных стран – Швеции, Швейцарии и Испании.

Сразу же, как говорится, по горячим следам, был создан документальный фильм. Для повышения выдержки нации он демонстрировался во всех кинотеатрах Германии. Эта мера должна была оказать большой пропагандистский эффект, но вместе с тем она посеяла страх и панику, охватившую не только территорию Восточной Пруссии, но и всю Германию.

31 октября на заседании международной комиссии под председательством эстонца Хьялмара Мяэ (1901-1978, после оккупации Эстонии немецкими оккупационными властями был назначен главой Эстонского самоуправления - прим. перев.), констатировалось, что большевики нарушают нормы поведения на войне. Преступники из Москвы так и не были никогда названы и осуждены.

Бывший ст. лейтенант роты парашютистов Вермахта Генрих Амбергер в Нюрнбергском военном трибунале свидетельствовал, что на дороге в Немиркемис по направлению к Гумбине возле речки Унгурес (нем: Angeraip) русские танки давили не только телеги и лошадей, но также женщин и детей «плющили прямо в землю». На обочинах дороги и во дворах лежали тела гражданских лиц, погибших не в ходе боевых действий, а планомерно убитых.

Это было только вступлением

Неподалёку от Рагайне (нем: Ragnit, ныне – Неман) солдаты советской 20-й армии изнасиловали местную литовку, затем на глазах её детей облили бензином и сожгли. Подобные убийства происходили на всей территории Малой Литвы. Однако это было лишь прологом по сравнению с теми массовыми убийствами, которые распространились по Малой Литве и Восточной Пруссии, начиная с января 1945 г.

Разница лишь в том, что жертвы этого массового геноцида не были засвидетельствованы на снимках, сделанных очевидцами или международными комиссиями.

12 января 1945 г. русские войска предприняли атаку с юго-западного направления, которая в первую очередь коснулась тех местностей Восточной Пруссии, которые И.Сталин самовольно присоединил к Польской Народной Республике. Пруссию советская пропаганда изображала цитаделью немецкого милитаризма, которую необходимо уничтожить.

Переживших первый этап красного террора жителей советская администрация заталкивала в концентрационные лагеря Кёнигсберга, Исрутиса (нем: Gumbinnen, ныне – Черняховск), Прусской Илавы (нем. Preußisch Eylau, лит. Ylava, польск. Pruska Iława или Iławka, ныне – Багратионовск), Толминкемиса (нем: Gumbinnen, ныне - Гусев), Гастос (нем: Heinrichswalde, польск: Jędrzychowo, ныне - Славск). Здесь они подвергались издевательствам, умирали от холода, холода и болезней.

В годы советского геноцида было истреблено от 300 до 600 тыс. местных жителей (из них почти 130 тыс. – лица литовского происхождения). Большинство, разумеется, были немецкие колонисты, потомки немцев литовского и прусского происхождения, а также литовцы Восточной Пруссии – летувнинки. Почти большинство из них умерли от голода или от рук озверевших красноармейцев.

В 1947 году в живых оставалось всего около 102 тыс. жителей Кёнигсбергского края. До 1949 года они были эвакуированы в Германию, а на их место со всех уголков Советского Союза призвали людей, дома которых разрушила война. После выселения из Восточной Пруссии немцев, Россия создала форпост советской власти чуть ли не в самом сердце Европы – мощные сухопутные военные базы, огромный военный морской флот на Балтике, и даже разместила здесь ядерные боеголовки.

Уничтожить следы Пруссии

Совет по делам Малой Литвы в своём заявлении утверждает, что северная часть Восточной Пруссии, которая согласно Потсдамскому соглашению от 2 августа 1945 г. (без Клайпедского края, который по этому же соглашению был возвращён Литве автоматически) временно – «до Мирной конференции» - был передан в распоряжение Советского Союза.

В отличие от Польши, которая по Потсдамскому соглашению получила исключительное право на выселение граждан Германии из переданных ей центральной и южной областей Пруссии, такого права Советский Союз не получил. Однако 11 октября 1947 года Совет министров СССР принял постановление № 3547-1169с «О переселении немцев из Калининградской области РСФСР в советскую зону оккупации Германии», свидетельствующее об очевидном нарушении международного права, поскольку согласно Гаагской конференции 1907 г. запрещалось выселение или уничтожение местного гражданского населения без военной необходимости.

СССР (ныне – Российская Федерация) и Польша незаконно колонизировали Пруссию, изменили названия местностей, желая полностью уничтожить подлинную историю Пруссии, но кровь убиенных жителей Малой Литвы будет вечно свидетельствовать о совершённых оккупантами преступлениях.

Мы никогда не забудем, что в Восточной Пруссии были убиты и наши родственники летувнинки!

Необходимо поднимать факт осуществлявшегося в Малой Литве геноцида литовцев и восстановить историческую справедливость.

Калининградский край является основной частью Малой Литвы, лишившейся всего своего населения, старинных наименований своих земель и прочего культурного наследия. Это наша и родственного нам балтийского народа пруссов земля. На протяжении 600 лет она была захвачена Германией, теперь ею 65 лет незаконно владеет Россия. Согласно Потсдамской конференции Россия утратила право на администрирование этим краем в 1999 году. Это никоим образом не лишает нас исторических прав на эту исторически чисто литовскую землю.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.