Таллин, Эстония – 25-метровый плакат, в который завернулось эстонское Министерство финансов в столице Таллине, гордо провозглашает: «Евро, мои деньги». Здание находится всего в нескольких кварталах от мощеных и извилистых улочек средних веков и храмов в стиле барокко, расположившись в городском центре, где на смену российским бункерам пришли небоскребы, став символом превращения Эстонии из бедной советской республики в восходящую звезду Евросоюза.

Когда Эстонию приняли в январе в еврозону спустя семь лет после вступления в ЕС и двадцать после распада Советского Союза, для маленькой балтийской страны это стало очередным крупным шагом в сторону от ее внушительного восточного соседа России.

За пять лет она создала у себя самую быстрорастущую в Европе экономику. Из глобального экономического кризиса Эстония вышла израненной, но быстро начала восстанавливаться, введя режим строгой экономии, на который согласились немногие страны. Она дала миру Skype и единственную добровольную киберармию. Она придала ЕС едкое чувство решимости в момент, когда там царит пессимизм по поводу евро, ставший следствием кредитного кризиса, нанесшего удары по Греции, Ирландии и Португалии, а также планов по оказанию помощи. Действительно, Эстония, до сих пор остающаяся самой бедной страной Европы, превратилась в любимицу Евросоюза.

«Мы очень бедны, но очень оптимистичны», - говорит искренний и убежденный в собственной  правоте эстонский министр финансов Юрген Лиги (Jürgen Ligi), сидя в своем спартанском кабинете под портретом президента Эстонии Тоомаса Ильвеса. Лиги самоотверженный спортсмен-троеборец, и в его кабинете царит строгая дисциплина. Во многом именно он является главным блюстителем агрессивного эстонского капитализма. При нем был введен фиксированный подоходный налог и отменены налоги на реинвестированные прибыли компаний. Все это сопровождалось мерами самоограничения и строжайшей экономии с целью снижения расходов. В стране урезали пенсии и льготы для госслужащих, сократили декретные отпуска. Там даже освещение на улицах включается позже, а отключается раньше.

Но в стране, где большинство жителей помнит суровую жизнь в СССР (примерно 10% населения страны было сослано в сибирские гулаги), все эти сокращения не привели к особым возмущениям в обществе. «Мы видели времена и похуже», - говорит Лиги.

На самом деле, эстонцы в подавляющем большинстве поддержали меры строгой экономии своего государства. В марте они переизбрали правительство премьер-министра Андруса Ансипа, и он стал первым в постсоветский период премьером, избранным на второй срок.

Пример Эстонии показывает, что «можно принимать серьезные налогово-бюджетные меры в короткий промежуток времени и оставаться при этом популярным, - говорит старший научный сотрудник вашингтонского Института международной экономики имени Петерсона Андерс Аслунд (Anders Aslund). – Когда ты делаешь то, что нужно делать – сокращаешь расходы и имеешь четкую политическую цель – тебя переизбирают».

Быстрый разрыв Эстонии с коммунизмом


Эстонцы выиграли от того, что вырвались из-под кремлевского ига, не ощутив на себе того межэтнического и политического хаоса, который поразил другие постсоветские государства. Порвав с коммунизмом, страна начала все заново, имея поросль молодых предпринимателей и руководителей-идеалистов. «Поскольку мы начали все с нуля, у нас появились новые законы, новые лидеры и новые технологии, - говорит Яанн Таллинн (Jann Tallinn), один из основателей компании онлайновой связи Skype, проданной недавно Microsoft за 8,5 миллиарда долларов. – В итоге главными победителями стали стартапы».

Компания Skype родилась в мрачном комплексе советских времен на окраине Таллина, где СССР тайно создавал свой первый компьютер. Таллинн отдает должное духу предпринимательства и творчества, который наполнил Эстонию в 1990-е годы, дав толчок появлению энергичного сообщества разработчиков компьютеров. «Если случается так, что вы создаете новую страну в 1990-е годы, то у вас есть преимущество в разработке новых законов, поскольку вы знаете о наличии интернета», - говорит Таллинн.

Эстония быстро освоила интернет, превратившись в одну из самых «электронных» в мире стран (ее название часто пишут так - e-Stonia). Бесплатный беспроводной интернет есть почти на каждом углу. Люди платят за парковку с мобильных телефонов, а избиратели голосуют через интернет. Эстонцы сделали это первыми в мире.

«Интернет и инфраструктура информационных технологий это образ жизни», - говорит Линнар Виик (Linnar Viik), преподающий теорию интеллектуального капитала в эстонском колледже информационных технологий. - И этот образ жизни и ценности этого общества не контролируются государственным министерством обороны. Они опираются на культуру, образование, экономику».

Появление киберармии

В январе в Эстонии начала действовать своя добровольная киберармия - Лига киберобороны, насчитывающая 60 членов. Это своеобразная электронная национальная гвардия Эстонии. Лига была создана после мощной хакерской атаки 2007 года, в которой обвинили российских хакеров (правда, официально это так и не было доказано). Эти онлайновые стражи превратили страну в образец защиты от компьютерных нападений. Чтобы киберэксперты были под рукой в чрезвычайной ситуации, в Эстонии рассматривается идея приравнять работу в Лиге к службе по призыву.

Эстонцы демонстрируют едва ли не инстинктивное чувство долга перед страной. Многие говорят, что это вызвано десятилетиями тягостной оккупации. «Идея независимости в Эстонии хрупка, осязаема и очень важна», - говорит Виик.

С вершины таллинского замка Тоомпеа, представляющего собой дворец в стиле барокко, где сегодня размещается эстонский парламент, хорошо виден старый Таллин, окруженный крепостными стенами. Город построил крепость в 17-м веке, когда находился под властью Швеции, чтобы защититься от захватчиков. На протяжении пяти веков эта лесная страна размером с Нью-Гэмпшир и Вермонт кому только не принадлежала.

Ею по очереди правили Дания, Швеция, Германия, Россия, Советский Союз. За все 500 лет был только один период - с 1920 по 1940 год - когда эстонцы считали Таллин собственной столицей.

«Война, оккупация и сталинский террор по-настоящему повлияли на отношения людей, - говорит преподаватель современной истории из Тартуского университета Олаф Мертельсманн (Olaf Mertelsmann). – Вот почему независимость порой так возвеличивают».

Проблемы Эстонии

Безусловно, Эстонии предстоит пройти долгий путь. Мировой экономический кризис больно ударил по этой стране. Каждый десятый там безработный. Пятая часть населения живет в бедности, сохраняются серьезные трения с 300 тысячами русских, проживающих в Эстонии. Это треть населения страны. Интегрировать их пока не удается. Но Эстония не хочет упустить свой шанс на пути к процветанию.

«Консерватизм всегда был нашей общей чертой», - говорит министр финансов Лиги. К концу 2010 года дефицит бюджета опустился до 1,7%  от размера ВВП, что существенно ниже лимита ЕС в 3%. (Для сравнения: в Ирландии и Греции дефицит превышает 14%.) Согласно прогнозам, в этом году рост эстонской экономики составит 5%.

«Во многом, - говорит Мертельсманн, - это Западу надо учиться у Востока, а не наоборот».