70 лет назад Советская оккупационная власть в Эстонии положила начало массовым репрессиям, выслав из своих домов около 10 000 человек. Многие из них больше никогда не вернулись.

Мы спросили у комиссара Полиции безопасности Андреса Кахара (Andres Kahar), который более 10 лет изучал первые годы советской оккупации Эстонии, что и сколь много мы знаем о депортации.

- Насколько целостной была картина того, что на самом деле произошло 14 июня 1941 года в Эстонии?

- По сравнению с депортацией 1949 года мы знаем мало, так как сохранилось мало документов, а свидетели давно умерли. Известно, что были депортированы и те сотрудники Народного комиссариата государственной безопасности и Народного комиссариата внутренних дел, которые должны были подготовить и провести депортацию. Мало известно о планах проведения депортаций. Останется, очевидно, до конца несложенной картина – кто точно, что и где делал во время депортации.

- Сколько проведено в Эстонии процессов над участниками депортаций, какие наказания они понесли?

- За проведение и подготовку депортации 1949 года судом осуждены восемь человек. Никто не оправдан, в том числе и Европейским судом по правам человека. В отношении двух человек (Степан Никеев и Вяйно Пехк) судебное разбирательство еще идет.

Под судом было значительно больше – подозрения были предъявлены 24 лицам. Большая часть из них еще до получения обвинения или в ходе судебного процесса умерла. Здоровье или душевное состояние некоторых из них не позволило направить их в суд. 

За подготовку и проведение июньской депортации 1941 года в суд отправлен один человек – Василий Рийс. До судебного решения уголовное дело не дошло, так как уездный суд приостановил судебное разбирательство до выздоровления обвиняемого Рийса. Прокурор обжаловал решение уездного суда, но уголовное дело было закрыто 26 марта 1998 года в связи со смертью Василия Рийса.

Обвинявшиеся были наказаны условным лишением свободы. 

- Как прошли дела лиц, обжаловавших решения в Европейском суде по правам человека?

- Осужденные за депортацию 1949 года Аугуст Колк и Петр Кислый обжаловали решения судов Эстонии в Европейском суде по правам человека. Суд не принял их жалобы на Эстонскую республику к рассмотрению.

- Кто же, в конце концов, депортировал – эстонцы или представители власти из России?

- Подобные массовые репрессии, как в 1941 и 1949 годах, могли быть проведены только централизованно, сверху вниз. В обоих случаях распоряжения о депортациях отдавала Москва, а готовил и проводил операции аппарат государственной безопасности Советского Союза. Цель депортации была проста – подавление возможного сопротивления оккупационным властям. В то же время не стоит забывать, что депортации были лишь одной частью общей системы репрессий. Заключение в тюрьмы и преследования проводилось все время как до, так и после депортаций.

- Как возникали списки высылаемых?

- Если говорить о том, на каком основании депортировали людей, то происходило это не на основании списков, а дел -  в отношении каждой семьи проводилась отдельная процедура. Ее проводила институция, отвечавшая в то время за государственную безопасность (народный комиссариат в 1941, министерство в 1949 годах). Никаких республиканских, уездных или волостных списков депортации  никогда не существовало (поэтому их никогда и не находили). Дела же в большинстве своем сохранились в архивах и историки могут ознакомиться с ними, если есть интерес.

Но руководителям оперативных групп, в задачу которых входила доставка людей из домов, на каждую высылаемую семью выдавались списки членов семей, составленные на основании дел. На месте офицер должен был проверить по списку, все ли подлежащие депортации на месте. Также были подготовлены списки для начальников пунктов отправки, чтобы можно было проверить, все ли подлежащие высылке реально погружены в железнодорожные составы или пароходы.  Подчеркну еще раз – эти списки были составлены на уже предназначенные к депортации семьи, никого не определяли к высылке. Очевидно, на основании этих, выданных оперативным группам и пунктам погрузки списков и возникла легенда о списках депортируемых. Довольно часто в памяти переживших депортацию всплывала фраза «был в списках» или «не был в списках, но все равно забрали».

- Распространено мнение, что эстонцы сами массово доносили на эстонцев и из этого исходили, кого депортировать – так это было?

- В отношении депортации можно смело утверждать, что разговоры о высылке кого-либо на основании доносов – это миф. Депортируемых определяла институция, отвечавшая в том момент за государственную безопасность Советского союза, исходя из выданных ей инструкций. Она делала это конспиративно и в течение довольно короткого срока. Преимущественно использовались открытые источники (архивы, газеты, справочники), а также данные архива государственной безопасности. В отношении 1949 года, когда высылке подлежали преимущественно семьи осужденных националистов, использовался, прежде всего, последний вариант, так как этих людей министерство государственной безопасности ранее отдало под трибунал. Использовались и ранее собранные агентурные данные, но их число было довольно незначительным.

- Мы знаем депортированных людей. Есть ли у нас правовые основания обнародовать и имена бывших депортаторов?

- Перед тем как навешивать ярлыки, необходимо определить обстоятельства события.   Как планировалась и проводилась депортация, какая властная структура отвечала за нее, какой была роль и граница влияния кого-либо. Очень важно критически рассматривать источники, доказательства. Начиная обвинять кого-либо на основании деревенских разговоров, можно быть практически уверенным в уходе на неверный  путь. 

- Сколько из вашей работы осталось несделанным из-за закрытости архивов России? Много ли материалов доступно в Эстонии?

- К счастью, в Эстонии есть учетные дела на большинство депортированных и назначенных к депортации. Кое-что есть и о подготовке.   Но большая часть документов о деятельности аппарата безопасности Советского союза по-прежнему недоступна.

- Из какого источника интересующийся может получить наиболее полный обзор о депортации?

- Самый хороший обзор можно получить, очевидно, из рапорта Эстонской международной комиссии по расследованию преступлений против человечности.

Перевод: Хейно Сарап

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.