Недавно «Российская газета» написала: «Пройдет немного времени, и мы торжественно, достойно, заслуженно отметим первое десятилетие Союзного государства. В Москве, Минске, российских регионах и областях Беларуси в декабре пройдут торжественные собрания, приемы, праздничные концерты, посвященные десятой годовщине подписания союзного Договора. Готовится к изданию солидная, красочная книга в честь даты, планируется изготовить юбилейные знаки, монету, почтовую марку, подарочные наборы и настольные сувениры по случаю и т.д. В Государственном Кремлевском дворце в российской столице и минском Дворце Республики прозвучат приветствия на самом высоком уровне...» Не оставил без внимания этот юбилей и В.Путин. На последнем заседании Совета министров союзного государства в Москве он, в частности, сказал: «Приближается важная для наших братских народов веха - десятилетие подписания Договора о создании Союзного государства. Считаю, что мы должны достойно подготовиться к празднованию этой знаменательной даты». Думаю, эта инициатива, исходящая персонально от российского премьера, совсем не случайна. В каком-то смысле Договор о создании союзного государства и В.Путин, как политическая фигура - «близнецы-братья». Оба они появились на свет в одной «семье», почти в одно и то же время, к тому же в результате одной и той же спецоперации. Давайте вспомним, как это было.

Как известно, временно исполняющим обязанности премьер-министра РФ, В.Путин впервые был назначен 9 августа 1999 года, в тот же вечер в телеобращении к народу президент Б.Ельцин официально назвал его своим преемником. Произошло это всего через два дня после того, как чеченские вооруженные отряды под руководством Басаева и Хаттаба вторглись на территорию Дагестана. Спустя всего неделю - 16 августа, подавляющим числом голосов в Госдуме В.Путин был утвержден в должности полноправного председателя российского правительства, а уже в сентябре 1999 года по России прокатилась целая волна террористических актов - прогремели взрывы жилых домов в Буйнакске, Москве и Волгодонске, жертвами которых стали более 300 человек. Последовательность всех этих событий породила версию о том, что в 1999 году в России имела место заранее тщательно спланированная «Операция Наследник» - комплекс «мероприятий» «семьи» Ельцина по проведению В.Путина на должность президента России. Причем, ключевой фигурой в этой «операции» назывался Борис Березовский. Вряд ли мы когда-нибудь узнаем, так ли все было на самом деле, но совершенно очевидно, что заключение Договора о союзном государстве в «Операцию Наследник» вписывалось весьма органично. Накануне очередных президентских выборов в РФ рейтинг самого Б.Ельцина составлял всего 6%, чем готовы были воспользоваться коммунисты во главе с Г.Зюгановым, и не только они. Поэтому штабу Ельцина срочно понадобилось поднять рейтинг своего босса (а, значит, и наследника), для чего как нельзя лучше подходила безотказная идея «собирания земель русских». Многим в России тогда действительно казалось, что еще чуть-чуть, и Россия пополнится шестью белорусскими областями, а там и до воссоздания благословенного Советского Союза рукой подать... Однако в планы российских спецслужб реальное объединение с Беларусью никак не входило, ибо в этом случае в президентских выборах 2000 года на законных основаниях мог принять участие А.Лукашенко, который у россиян в те времена на фоне все более недееспособного Ельцина был чрезвычайно популярен. Думаю, случись тогда подобные выборы, и Путин, равно как и другие российские претенденты, по отдельности или вместе взятые, проиграли бы А.Лукашенко вчистую... Допустить этого российская элита никак не могла. Теперь даже стало известно, что когда Договор о союзном государстве еще только готовился, президент Ельцин будто бы показал президенту Лукашенко некое секретное письмо, под которым стояли подписи тогдашних: премьер-министра Степашина и директора ФСБ Путина. По словам А.Лукашенко, на двух страницах убористого текста они убеждали ЕБН в том, что Россия - самодостаточная ядерная держава, которой не нужен союз с Беларусью. Но, якобы, уходящий Ельцин этот Договор все же решил подписать...

Да и то с первого раза не получилось. Договор о союзном государстве мог быть подписан еще в ноябре 1999 года, и тогда бы у Лукашенко чисто теоретически еще оставалось время для маневра. Но не вышло. Так, в один из ноябрьских дней В.Путин с утра проводил заседание правительства. Внезапно его вызвали в Кремль. Как выяснилось позже, президент Борис Ельцин неожиданно решил провести экстренное совещание с участием премьер-министра и постоянных членов Совета безопасности РФ, с основным вопросом - о подписании Договора о союзном государстве России и Беларуси. Как проходило это совещание достоверно неизвестно, но уже в половине пятого вечера того же дня появилось сообщение о том, что намечавшийся на следующий день визит в Москву президента Беларуси для подписания Союзного договора с РФ не состоится. Когда же вконец раздасадованный А.Лукашенко попытался выяснить, в чем состоит причина переноса его визита в Москву, В.Путин по телефону ему популярно объяснил, что у Бориса Ельцина - вирусная инфекция... Так или иначе, но подписание Договора все же состоялось. Произошло это ровно десять лет назад - 8 декабря 1999 года. В соответствии с этим договором, окончательно ратифицированным 26 января 2000 году, то есть уже во время правления Путина, каждая из сторон сохраняла свой суверенитет, за исключением передаваемых Союзному государству полномочий в области внешней политики, обороны и безопасности, бюджетной, валютной, кредитной и налоговой систем, таможенных вопросов, энергетики, транспорта и связи. Обе стороны также оставались самостоятельными субъектами международного права, каждая с собственным представительством в ООН и других международных организациях.

С тех пор российско-белорусская интеграция неразрывно связана с именем В.Путина. Хотя начался этот процесс задолго до его прихода к власти. Активно эксплуатировать идею реинтеграции с Россией фактически сразу же после распада СССР первой начала официальная Беларусь. Надо сказать, полное восстановление политической и экономической кооперации с Россией обещали все без исключения белорусские популисты, но сама идея союзного государства без сомнения принадлежит бывшему прeмьер-министру РБ Вячеславу Кебичу. Еще в 1993 году, готовясь к предстоящим президентским выборам 1994 года, он обещал немедленно объединить валюты двух стран - этому должен был послужить наспех составленный в апреле 1994 года «Договор об объединении денежной системы». Инициативу Кебича мгновенно перехватил малоизвестный тогда политический деятель А.Лукашенко, переигравший своего основного противника в искусстве раздавать популистские обещания. Он вышел на выборы с еще более оптимистическими лозунгами: «За восстановление союза с братским российским народом» и «Против коррупции». Одним из поворотных моментов кампании стала страстная речь Лукашенко в российской Госдуме в мае 1994 года, где он, в частности сказал: «Предлагаю трем парламентам, я имею в виду и братский украинский, немедленно создать депутатские группы для проведения переговоров о выработке механизма объединения братских республик. ...Ушло время разрушения, пришло время созидания. Собраться нужно обязательно и сделать это в Беловежской пуще, в Вискулях. Это будет символично...» К тому моменту начался новый избирательный цикл в России - думские выборы декабря 1995 года и президентские лета 1996 года, так что популистские призывы к союзу с Беларусью Ельцину пришлись как раз кстати. И вот 2 апреля 1996 года, в пафосной обстановке - с колокольным звоном, благословением патриарха и битьем хрустальных фужеров - на Соборной площади Кремля был подписан Договор о Сообществе Беларуси и России. Кремлевские пропагандисты дали договору еще более «привлекательное» название - «О Сообществе Суверенных Республик - ССР». Ровно через год - ко 2 апреля 1997 г., это сообщество должно было превратиться в «полноценный» Союз . Однако за день до этого Ельцин с негодованием отверг подготовленный проект Союза. Вот как он позднее описывал ситуацию: «То, что придумали разработчики, по сути, означало одно - Россия теряет свой суверенитет. В результате появляется новое государство, с новым парламентом, новой высшей исполнительной властью, так называемым Высшим Советом Союза. И решения этого органа обязательны для российского президента, правительства, всех исполнительных органов власти России. В уставе говорилось, что главой Высшего Совета новой федерации по очереди должны были быть белорусский президент и российский. Два года один, два года другой...»

Опасения Ельцина были легко объяснимы, расшифровывать их, думаю, нет необходимости... В итоге 2 апреля 1997 года Сообщество было лишь переименовано в Союз. Учитывая, что в отвергнутом проекте Договора речь шла лишь о добровольно делегируемых Союзу полномочиях, демарш Ельцина ясно означал, что для российской стороны не может быть и речи о какой-либо форме наднационального Союза, а уж тем более - о Союзе равноправных участников. Затем был Договор о сюзном государстве 1999 года... А после выборов 2000 года и прихода к власти В.Путина, позиция России по отношению к Беларуси изменилась кардинальным образом. Москва, наконец, полностью «раскрыла карты», предложив по сути Беларуси ультиматум - требование войти в состав России шестью или семью областями, сформировав восьмой Федеральный округ Российской Федерации. Таким образом, обе стороны должны были документально признать, что конечной точкой процесса «интеграции» будет полное и теперь уже окончательное поглощение Беларуси Россией. Квинтэссенцией «новой» российской политики стала знаменитая фраза Путина: «Котлеты - отдельно, мухи - отдельно». Путин тогда напрямую объяснил суть конфликта: «Нужно, чтобы наши партнеры поняли и для себя определились, чего они хотят. Мы часто слышим, что хотелось бы что-то вроде Советского Союза. Но если что-то вроде Советского Союза, то тогда зачем в проекте Конституционного акта писать, что это будет суверенное государство, имеющее территориальную целостность, право вето на все решения и т.п.» Последний всплеск активности в строительстве Союзного государства совпал с началом российского избирательного цикла 2003-2004 года. Россия вдруг начала требовать ускорения перехода к единой валюте - российскому рублю. В декабре 2002 года премьер-министр М.Касьянов весьма неожиданно объявил, что российский рубль будет введен в качестве единого платежного средства уже с 1 января 2004 года, а не в 2005 году, как предусматривалось прежде. Правда, уже в январе 2003 года Путин вынужден был подкорректировать планы, отодвинув сроки. Тем не менее в октябре 2003 года Касьянов продолжал утверждать, что считает абсолютно готовым соглашение об использовании российского рубля в качестве единственного платежного средства в Беларуси. Как и можно было ожидать, на это последовал твердый отказ со стороны Лукашенко, который прекрасно понимал, что спешка с введением единой валюты - это всего лишь очередные предвыборные маневры... Так оно и случилось, в результате российско-белорусские отношения вступили в затяжной период стагнации, периодически прерывающейся самыми ожесточенными политическими, энергетическими, торговыми и прочими конфликтами. Этот период продолжается у нас до сих пор...

Таким образом, десятилетний «юбилей» подписания Договора о союзном государстве Беларуси и России может служить разве что хорошей иллюстрацией того факта, что идея реинтеграции постсоветских стран в составе некоего «союза» с Россией абсолютно бесперспективна. Хотя бы потому, что речь идет об объединении двух совершенно несоизмеримых по своим масштабам участников. Во всяком случае в мировой практике ничего подобного еще не случалось. Но попытки были, и не раз. Например, в свое время хотели построить союзы Перу и Боливия (1836-1839), Ирак и Иордания (1959), Египет и Сирия (1958-1961), Ливия и Тунис (1972), Мали и Сенегал (1959-1960), Сенегал и Гамбия (1982-1989), Малайзия и Сингапур (1963-1965), Чехия и Словакия (1990-1992), Сербия и Черногория (1992-2006)..., но ничего хорошего из этого не вышло. Вообще, исследователи разных форм федерализма убеждены, что образования, состоящие из двух субъектов, принципиально неустойчивы. Дело в том, что при двух неравноценных субъектах асимметрия проявляется в наибольшей степени, потому как сильнейший партнер неизменно пытается доминировать, что в отсутствие противостоящих коалиций означает жесткое подавление второго, более мелкого субъекта. И как только слабая сторона начинает осознавать, что в будущем давление на нее будет только усиливаться, «развод» оказывается практически предрешенным. Конечно, возможен и альтернативный вариант - если доминирующая сторона силой оружия (экономического принуждения и т.п.) поглощает более слабую, но тогда конфедеративный союз в конце концов вновь превращается в лучшем случае в федерацию, а в худшем - в жесткое унитарное государство. К сожалению (или к счастью), российское руководство даже не пытается создать хотя бы иллюзию того, что ее власть в настоящем или будущем не будет претендовать на абсолютную гегемонию, в нашем случае - в так называемом «Союзном государстве Беларуси и России». Да это и не возможно в прнципе, для этого Россия сама должна обрести предсказуемую внутреннюю и внешнюю политику, то есть иметь реально функционирующие демократические институты, изнутри сдерживающие имперские амбиции. Увы, ничего этого в России пока нет и не предвидится...

Так что итоги 10-летней жизни Союзного государства подводить довольно сложно. Оно чем-то напоминает фантом, привидение - по слухам оно безусловно где-то существует: в прессе, в Кремле или в минском Красном доме, но живьем его пока еще никто не видел. Не появилось также никакого «интеграционного ядра» на постсоветском пространстве, как, впрочем, и самого «пространства» - экономического, правового, валютного и тем более информационного. Скорее наоборот, за эти годы Беларусь и Россия настолько отдалились друг от друга, что союзное государство стало настоящим «инкубатором» по выращиванию белорусского национального (государственного) самосознания, причем сразу у нескольких поколений белорусских граждан. За что ему, как говорится, «вялiкi дзякуй». Все остальное в этом абсолютно искусственном бюрократическом проекте свелось к незамысловатой ресурсной поддержке Россией нашего президента и его команды, потому как кроме него поддерживать в Беларуси Кремлю уже некого... Но и это с каждым годом получается все хуже, о чем свидетельствуют непрекращающиеся взаимные споры вокруг льготных нефтегазовых тарифов, с одной стороны, и «оборонительных» таможенных пошлин на ввоз российских товаров в Беларусь - с другой. Другими словами, Россия так и не смогла предложить странам СНГ ничего более впечатляющего, кроме банальной схемы: «деньги в обмен на лояльность», а также навязчивого вовлечения ближайших соседей во все новые совместные политические и военные «союзы». И тоже, надо признать, совсем не бескорыстно.

Обращает на себя внимание еще один весьма характерный момент. Впереди какой-никакой юбилей, причем к России имеющий самое непосредственное отношение. И в это же время президент РФ Д.Медведев, выступая на днях с ежегодным посланием Федеральному собранию, о Союзном государстве Беларуси и России даже не вспомнил. То есть не обмолвился ни единым словом, как будто нашего «совместного государства» и в природе не существует. Пробежав глазами текст его выступления, я сразу подумал - нет, такого просто быть не может! В.Путин назвал это событие «важной для наших братских народов вехой», чиновники обеих стран уже шампанское закупили, а Д.Медведев - ни сном, ни духом... Не может ведь в самом деле президент России, информированность которого обо всем на свете почти абсолютная, случайно не заметить такого гигантского территориального образования, в состав которого, между прочим, входит и руководимое им государство. А вот не заметил-с... Вопрос - почему? Референты в докладе упомянуть забыли? - Учитывая их количество, очень сомневаюсь.. Случайно абзац пропустил при чтении? - Тоже в его возрасте не верится. Тогда остается только одно - а может этого мифического «союзного государства»и в самом деле нет и никогда не было?....

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.