В очередной программе «Неделя с Радио Свобода» (на «БЕЛСАТ») участвуют аналитики Юрий Дракохруст, Ян Максимюк и Денис Мельянцов. Ведущий – директор белорусского службы «Радио Свобода» Александр Лукашук.

Лукашук:

- Год назад в Праге прошел саммит «Восточное партнерство» – страны Евросоюза и шесть постсоветских республик (Азербайджан, Армения, Беларусь, Грузия, Молдова и Украина) приняли программу экономической интеграции и политического сближения стран-партнеров с Европой. Тогда с этой инициативой связывали определенные надежды. Вот что, например, говорил тогда председатель Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу: «Это партнерство дает нашим партнерам четкий выбор в углублении двусторонних отношений с Евросоюзом во всех сферах, оно приведет нас к соглашению об ассоциации, свободной торговле, к еще большей свободе в передвижениях граждан. Партнерство поможет в проведении политических и экономических реформ, которые необходимы странам для приближения к Евросоюзу. Многое должно быть сделано, в одних странах больше, чем в других. И нам необходимы определенные обязательства стран-партнеров, чтобы придать форму этому партнерству. Я верю, что приближение к европейским стандартам в политической, экономической и социальной сферах принесет всем нам больше стабильности и процветания». А вот что говорила тогда насчет перспектив «Партнерства» Еврокомиссар по вопросам расширения и программы добрососедства Бенита Ферреро-Вальднер: «Для Беларуси мы разработали определенный набор критериев. Евросоюз заявил, что Беларуси необходимо изменить избирательное законодательство и характер проведения выборов. Кроме того, поработать над законом о СМИ, упростить условия регистрации неправительственных организаций, прекратить преследование оппонентов власти и обеспечить соблюдение основных прав человека, в частности права на свободу собраний. Мы будем очень внимательно следить за развитием ситуации в Беларуси и ее шагами на пути демократического развития. Теперь мы можем сказать, что в стране действительно произошли некоторые изменения к лучшему, но еще многое должно быть сделано». Александр Лукашенко на прошлогоднем саммите «Восточного партнерства» не присутствовал, официальный Минск представляли первый вице-премьер Владимир Семашко и министр иностранных дел Сергей Мартынов.  Сегодня, через год, как можно посчитать плюсы и минусы членства Беларуси в «Восточном партнерстве», можно ли теперь сказать, что Евросоюз поспешил, пригласив Беларусь в «Восточное партнерство»? Что имел в виду Лукашенко, заявив в интервью агентству «Reuters», что «Запад нас бросил?» С такими вопросами мы обращаемся к аналитику Денису Мельянцову.

Мельянцов:

- Результаты «Восточного партнерства» и белорусского членства в этой инициативе оказались разными для разных групп населения. Для правительства, безусловно, эти результаты не такие большие, каких бы оно хотело, поскольку белорусские проекты еще не финансируются. Для гражданского общества, безусловно, участие в «Восточном партнерстве» – это очень большое достижение: взять хотя бы Форум гражданского общества, где белорусская делегация показала себя очень хорошо. Это интенсифицировало и внутренние процессы в Беларуси, у белорусского гражданского общества увеличились коммуникации. Белорусы получили возможность высказывать свои мысли на европейском уровне. С другой стороны, если говорить о Беларуси в целом, о белорусских национальных интересах, то, по моему мнению, «Восточному партнерству» можно поставить плюс, поскольку наладился более интенсивный диалог с Евросоюзом и, наконец, начались разговоры должностных лиц с европейскими чиновниками. Все это дает основания полагать, что наши отношения будут углубляться и дальше. Я думаю, что Евросоюз не совершил ошибку, когда пригласил Беларусь. Но тут вопрос в нюансах. Евросоюз должен быть до конца последователен. Если он приглашает Беларусь в «Восточное партнерство», то нельзя ей чинить препятствия с тем самым «Евронестом». Но я думаю, что Евросоюз на правильном пути, и «Восточное партнерство» – это часть политики вовлечения, которая в далекой перспективе может быть эффективна для Беларуси. Почему Лукашенко заявил, что Запад его «кинул»? Ему нужны инвестиции, финансирование инфраструктурных проектов – то, что Беларусь хотела от «Восточного партнерства». Если теперь живые деньги не поступают, то для правительства эта программа плохая. Но европейцы сами говорят, что проекты, поданные Беларусью, не совсем подпадают под программу «Восточное партнерство», инвестирование должно идти по линии Европейского инвестиционного банка. Не дело партнерства финансировать инфраструктурные проекты. Здесь много вопросов, но диалог идет, а это в любом случае хорошо.

Лукашук:

- А теперь вопрос к вам, коллеги. На ваш взгляд, что имел в виду Лукашенко, когда в интервью агентству Reuters заявил: «Запад меня бросил»? А он разве Запад не «кинул», если пользоваться его языком?

Дракохруст:

- Вы совершенно правы. Можно пройтись по пунктам: изменения избирательного законодательства никак не повлияли на условия проведения и результаты местных выборов, об условиях работы СМИ ярко свидетельствуют обыски в квартирах и офисах известных журналистов, ликвидация ряда региональных изданий и конфискация их тиражей, об упрощении регистрации общественных организаций может многое рассказать, например, Белорусская Христианская Демократия, которой в регистрации уже несколько раз отказано, а также Союз поляков во главе с Анжеликой Борис. Возможно, белорусские власти посчитали, что освобождением заключенных в августе 2008 года, легализацией изданий «Наша нiва» и «Народная воля» и регистрацией движения «За Свободу» они пошли на такие огромные уступки, что Европа должна быть вечно благодарна Александру Лукашенко за такую нечеловеческую милость. Ну, всем свойственно ошибаться. Европа посчитала это лишь первыми шагами в правильном направлении и напрасно ожидала следующих шагов.  Что имел в виду Лукашенко, когда говорил, что «Запад его кинул»? Мне кажется, вряд ли это споры о представительстве Беларуси в «Евронесте» и отказ Совета Европы контактировать с официальным Минском. Официальный Минск вступал в «Партнерство» с достаточно практичными целями. Вот с ними, похоже, вышло недоразумение. Беларусь получала деньги только через МВФ, от Евросоюза как такового помощь была заморожена, за ссорой Минска с Москвой Брюссель наблюдал с олимпийским спокойствием, не спешил прийти на помощь партнеру. Ну, кое-что дали, а хотелось бы большего. Правда, в нынешнем ежегодном послании Лукашенко, упрекая Россию, сказал, что вот в кризисе Беларуси помогла не она, а «враги» – МВФ и Евросоюз. Значит, все же не совсем бросили.

Лукашук:

- Выступая с нынешним ежегодным посланием, Лукашенко выразил определенную обиду на Запад еще и в том смысле, что договаривался с одними, а прошло время – на их месте уже другие. Может, здесь имеет место взаимное разочарование? Ян, как вы считаете, не разочаровался ли в своей инициативе Запад, Европа?

Максимюк:

- В последнюю неделю я львиную часть своего рабочего времени отдал именно поиску ответа на этот вопрос. Значит, почему «Запад нас кинул» и почему, если верить Александру Лукашенко, те, с кем он договаривался, не выполнили своих обещаний. С кем он мог договариваться и кто ему мог что-то пообещать, о чем мы не знаем? В первую очередь – с основными архитекторами «Восточного партнерства». В то время это были верховный представитель Евросоюза по вопросам внешней политики и безопасности Хавьер Солана и комиссар Евросоюза по вопросам международных связей и политики добрососедства Бенита Ферреро-Вальднер. Они оба посетили Минск и встретились с президентом Беларуси. Нам удалось отыскать те организации, куда устроились господин Солана и госпожа Вальднер после того, как в результате так называемого Лиссабонского договора в Брюсселе их заменили другие лица – Кэтрин Эштан и Штефан Фюле. Но лица, ответственные в этих организациях за контакты с общественностью, не дали нам никаких координат ни Соланы и Ферреро-Вальднер, чтобы мы могли задать им вопросы. Они уже отошли от политики и не хотят в нее возвращаться. Так что то, о чем они договаривались с Лукашенко, скорее всего, навсегда кануло в лету. Разве что Солана и Ферреро-Вальднер теперь пишут воспоминания.  Вывод из этого какой? В демократической системе, скорее всего, не действуют механизмы каких-то тайных договоров и обещаний. В демократической системе верх берут демократические процедуры и практики. Человек у руля меняется, но машина продолжает свое движение в прежнем направлении. Я еще пытался связаться с госпожой Кэтрин Эштан, нынешним министром иностранных дел Евросоюза, которая пришла на смену Солане. Пресс-представитель госпожи Эштан сообщила мне, что по поводу первой годовщины «Восточного партнерства» госпожа Эштан не намерена выступать с каким-либо заявлением, ни устным, ни письменным. Даже если допустить, что Хавьер Солана и сообщил ей что-то о своих договоренностях с Лукашенко, то она, очевидно, не придала этому никакого значения. В политике нет места тому, что мы, обычные смертные, называем разочарованием. Не достигнув чего-либо существенного на восточном направлении, Брюссель просто перестал биться головой о стену. То есть, как сказал Александр Григорьевич, «Запад нас бросил». Слово «нас» касается в первую очередь белорусского президента, а не белорусского народа в целом. У Евросоюза, если быть честным, сейчас другие заботы и приоритеты. Посмотрите на Грецию, например.
Единственное, что мне удалось в поисках причин разочарования Лукашенко, это получить обещание короткого интервью комиссара Евросоюза по политике добрососедства Штефана Фюле. Он будет в Праге, и у меня уже есть предварительная договоренность с его пресс-представителем на такое интервью. Но я не надеюсь, что господин Фюле знает, о чем на самом деле Лукашенко договаривался с Соланой и Ферреро-Вальднер. Я думаю, «Восточное партнерство» было и остается шансом прежде всего для шести постсоветских стран в скором приближении к Европе, чем шансом Брюсселя в отвлечении их от России. Александр Лукашенко переоценил вес Беларуси в этих геополитических играх и расчетах, а потому, обжегшись, заговорил об уходе в землянки.

Лукашук:

- На ваш взгляд, какую роль в президентской кампании сыграет тот факт, что Беларусь – член «Восточного партнерства», что ее отношения с объединенной Европой все же отличаются от тех, что были во время прошлых президентских выборов или даже 2 года назад? Европейская Беларусь – лозунг предвыборной кампании Милинкевича, о том же говорят и Андрей Санников и Николай Статкевич. А что на этот счет будет говорить кандидат Лукашенко, если выборы пойдут в идейной плоскости выбора между Западом и Востоком?

Максимюк:

- Я думаю, в выступлениях кандидата Лукашенко усилится риторика, связанная с уходом в землянки. Возможно, он придумает какой-то другой образ к ситуации Беларуси, к тому месту, куда он ее завел, он будет меньше связан с окопами и партизанщиной, но суть останется прежней. Мы – гордый народ, а потому нам надо ставить фаустпатроны против танков как с Запада, так и Востока. Усилятся антикремлевская риторика и попытки отделения Путина и Медведева от «русских», то есть славянских россиян и белорусов, которые для Александра Лукашенко все еще останутся единым народом. По крайней мере, в этой президентской кампании. На этом фоне оппозиция, которая, наконец, полностью развернет европейский штандарт, станет без всяких комплексов говорить, что белорусы и русские – братья по крови и по карманам, и что мол, нам, наконец, надо взяться и поправить отношения с братской Россией, которые так безрассудно подпортил первый белорусский президент.

Дракохруст:


- Действительно, сейчас проевропейская линия оппозиционных кандидатов просматривается более четко, чем в предыдущих кампаниях, хотя, кажется, формулу «Беларусь в Евросоюз, но не в НАТО» озвучивал еще Семен Домаш во время избирательной кампании 2001 года. Но полагаю, что мы будем наблюдать дальнейшую эволюцию кандидата Лукашенко. Лозунг кампании 2006 года «За Беларусь» уже означал определенный отход от России. Обратите внимание, на протяжении примерно 10 лет Лукашенко объяснял, что Запад давит на Беларусь, так как хочет наказать за приверженность России. Этот аргумент исчез полностью: теперь и Запад, и Восток хотят наказать Беларусь за ее самостоятельность и независимость. И потому не исключено, что на этот раз мы увидим официальную кампанию под изоляционными лозунгами, проект Беларуси, которая держит дистанцию и от России, и от Запада. Она может быть даже если не антироссийская, то уж наверняка антикремлевская и антимосковская. 

Перевод: Светлана Тиванова

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.