Белорусские НПЗ заключили контракты на импорт нефти в январе на условиях, предлагаемых российскими компаниями, то есть с премией 46 долларов за тонну. Почему Белоруссия вынуждена была пойти на российские условия поставки нефти? Как можно оценить слова премьер-министра России Владимира Путина, что Россия дотирует белорусскую экономику на 4 миллиарда долларов? На вопросы программы «Блиц-анализ» отвечает доцент Московского государственного института международных отношений Кирилл Коктыш. Ведущий – Виталий Цыганков.

Цыганков:
Как можно оценить факт подписания контракта на импорт российской нефти в Белоруссию на российских условиях? Был ли он неизбежным и можно ли его назвать выгодным для Минска?

Коктыш: Он либо неизбежен, либо выгоден. Одновременно и то и другое не бывает. Конечно, он неизбежен, так как все возможности маневра для Лукашенко были утрачены после 19 декабря. После этого – довольно предсказуемо, что Россия начнет экономическими средствами выражать свои негативные отношения к белорусскому режиму. На этот раз Запад также будет консолидироваться, глядя на белорусский режим. Как я уже говорил, Александр Лукашенко превратился в фактор консолидации Евросоюза, а также Евросоюза и России.

Цыганков: То есть вы эти соглашения оцениваете исключительно с политической точки зрения, а не с экономической?

Коктыш:
Если Россия показала, что умеет «прессовать» своих партнеров по переговорам, то она начала использовать те же тактику и стратегию, которые ранее использовал Минск. Сейчас просто немного поменялись роли, и началась ответная игра. К тому же белорусский президент приучил и Запад, и Россию, что благодаря венесуэльской нефти он способен обеспечить нефтяную независимость Белоруссии. Наконец ему «поверили». Поэтому все знали, что Белоруссия способна иметь некий запас прочности, занять более сильную позицию на этих переговорах с Москвой. Но этого не произошло.

Цыганков:
Как тогда можно оценить громкие слова Владимира Путина, который во время визита в Москву белорусского премьера Михаила Мясниковича заявил, что Россия будет дотировать Белоруссию на 4 с лишним миллиарда долларов.

Коктыш:
Мы не знаем условия и формат того дотирования, который был предложен Минску. Возможно, имелись в виду какие-то ответные шаги белорусской стороны. Поэтому мы можем только догадываться.

Цыганков:
Может, Путин сказал «а», но не сказал «б», что Россия одной рукой дает, а другой забирает – через цену на нефть, через изымание пошлин в свой бюджет.

Коктыш:
Не думаю. Давание означает, что какие-то деньги даются, а в ответ на это плата идет не деньгами, а чем-то другим. Возможно, лояльностью, возможно, влиянием. Но «дотации» предусматривают нематериальную форму оплаты. Скорее всего, мы просто не знаем, какие форматы предлагались. Но, похоже, что эти форматы Минск не устроили, по крайней мере, на момент переговоров.

Перевод: Светлана Тиванова

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.