СУХУМИ, Грузия. Когда над черноморским побережьем заходит солнце, дюжина пилигримов собирается в классной комнате на втором этаже, где изучает абхазский, язык своей новой родины.

В городе царит атмосфера постсоветской разрухи, на многих домах - следы от пуль, оставшиеся после войны за отделение Абхазии от Грузии. Порой, когда от изучения русского и абхазского языков голова идет кругом, Селин Катсба с ностальгией вспоминает Стамбул, где она выросла.

Но момент слабоволия проходит. Многие ее знакомые - этнические абхазы, живущие в Турции, - любят порассуждать о возвращении в страну, из которой бежали их прадеды, - тем более, что сегодня она находится под защитой России. Если она поколеблется, то поколеблются и они.

'В глазах сверстников и родных я как бы символ и лидер - потому что я вернулась', - говорит 22-летняя Катсба, которая приехала сюда на 15 дней два года назад и так и не вернулась назад. - Важно, чтобы я оставалась'.

Теперь, когда Россия признала эту территорию независимым государством, власти надеются на то, что этнические абхазы вернутся из тех мест, куда они бежали в XIX веке, - отчасти из желания не оказаться под властью расширявшейся российской империи. Они надеются на то, что абхазское население Абхазии, составляющее сегодня менее 100 000 человек, будет дополнено какой-то частью абхазов, проживающих в Турции (их число оценивается примерно в полмиллиона), а предприниматели диаспоры принесут новые инвестиции.

Пока случаи возвращения единичны, и никто не ожидает резкого притока. Но если репатриация абхазов наберет обороты, то это может иметь долгосрочные последствия, усилив связи с Турцией, подтвердив откол от Грузии и ослабив зависимость от России. По словам чиновников, в столице планируется построить мечеть - этот проект обсуждался десятилетиями - и для переселенцев это будет знаком теплого приема.

По их словам, одна из разумных концепций, на которых может строиться будущее Абхазии, - это концепция кавказской родины.

'Можно ли осуждать евреев за то, что всех евреев мира приглашают переселиться в Израиль? - сказал президент Абхазии Сергей Багапш в интервью, данном на прошлой неделе. - Возможно, нам не сравниться с Израилем. Но к этому мы стремимся'.

Через девять месяцев после торжеств по поводу признания независимости от Грузии Абхазия обладает восхитительным нетронутым морским побережьем и широкой, хотя и устаревшей туристической инфраструктурой. Но людей мало. Когда началась война с Грузией 1992-1993 гг., около 200 000 грузин покинули свои дома, сократив численность населения почти наполовину. В ходе последней переписи, проведенной в 2003 г., было установлено, что население составляет 215 000 человек, а значительная часть территории производит жутковатое впечатление заброшенного курорта.

Еще с 1990-х годов абхазы пытаются увеличить свою численность путем репатриации, но, по словам чиновников, вернулось всего около 2 000 человек. Многие из вернувшихся вскоре после войны не говорили ни по-русски, ни по-абхазски, а родина предстала им страдающей от дефицита, запретов на въезд, бедности и изоляции. Кроме того, она была русифицирована, а большинство населения составляли православные.

Геннадий Матвеев, русский, сухумец в третьем поколении, говорит, что первые переселенцы так и не сумели приспособиться.

'Они приезжали в тапочках, они были из деревни, - говорит 42-летний Матвеев. - Они сидели и сидели. Им не нравилось работать'.

Но признание России вдохнуло жизнь в этот проект, и, по словам Матвеева, приехавшие позже были моложе и образованнее, 'людьми более высокого уровня'. В качестве стимула государство предлагает репатриантам гражданство, бесплатное жилье в течение года и финансовую поддержку на протяжении пяти лет.

У членов молодежного патриотического движения 'Абхазия молодая' - им по двадцать с небольшим лет - эта тема вызывает горячий энтузиазм. В прошлом году 45 его членов совершили турне по турецким городам, где они встречались с молодежью диаспоры, надеясь укрепить связи.

Собеседники засыпали их вопросами: Будет ли еще одна война? Страшно ли там жить? Но, как говорит руководитель движения Алиас Авидзба, чаще всего звучал вопрос о том, не слишком ли тесны связи Абхазии с Россией.

'Таков внешний образ, но мы объяснили, что это не так', - говорит он.

29-летняя Джемре Жаде (Cemre Jade), социолог из Турции, работающая в государственном абхазском Центре стратегических исследований, надеется на то, что Абхазия сумеет построить свою программу репатриации по образцу Израиля, который предлагает переселенцам полный пакет социальной поддержки. По ее мнению, Абхазия стоит на пороге огромного роста и сможет позволить себе подобные программы уже через несколько лет.

Но, по ее словам, для членов диаспоры, живущих в Турции, основной фактор - это идея возвращения на родину. Она говорит, что, когда в Facebook был создан клуб 'Однажды я вернусь в Абхазию', на следующий день в нем уже состояло 600 человек.

'Теперь не будет неправильным сказать, что ты из другой страны, - говорит Жаде, чьи предки - адыгейцы, представители кавказского народа, родственного абхазам. - Можно сказать: это моя страна на Кавказе, и однажды я буду здесь. Однажды я вернусь в Абхазию'.

Так же считает Амин Бакиг из Иордании, посетивший Сухуми на прошлой неделе. Бакиг руководит туристическим агентством в Аммане, ориентированном на черкесскую диаспору (черкесы - тоже народ, родственный абхазам), рассеянную по Турции, Иордании и Сирии. Как только Россия признала независимость Абхазии, он понял, что она станет новым важным пунктом в его списке туристических стран.

Неделя в Сухуми - известном теперь под абхазским названием Сухум - лишь усилила его энтузиазм, и он вернется в августе со своей первой группой в 100 туристов. На третий день визита он уже был обладателем абхазского паспорта и владельцем участка земли недалеко от побережья. К концу недели он задумался о привлечении инвесторов к разработке крупного проекта в области туризма.

'Кому не нравится быть в этой стране? - говорит Бакиг. - Кому не нравится получать бесплатную землю? Кто знает, что они дадут потом?'

Бакиг давно свыкся с мыслью о том, что кавказская родина находится под контролем России. О русских он отзывается с большой теплотой, и его вдохновило то, что в прошлом году Россия защищала независимость Абхазии. Однако на его лице появляется более абстрактное выражение, когда он говорит о потомках кавказцев, которые покинули этот регион четыре поколения назад и теперь насчитывают не менее пяти миллионов человек.

'Существует большая мечта, - говорит он, - о том, что однажды они дадут независимость южному Кавказу. Это наша мечта. Но мы сотрудничаем с Россией'.

Обсудить публикацию на форуме

____________________________________________________________

Урегулированию конфликтов в Грузии мешает и "третья сила" ("Наша Абхазия", Грузия)

Сепаратисты напуганы русским аппетитом ("Наша Абхазия", Грузия)

Лукашенко сказал Багапшу 'нет'? ("Белорусские Новости", Белоруссия)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.