Азербайджан продолжает свой спор с Турцией по поводу условий и доходов от транзита природного газа, перекачиваемого в Европу через Анатолию. Кроме того, сохраняется неопределенность в отношении трубопроводного проекта Nabucco. Это заставило руководителей самого высокого ранга из Государственной нефтяной компании Азербайджанской Республики (ГНКАР) открыто приступить к рассмотрению возможностей для экспорта углеводородов в восточном направлении. Потенциальными покупателями могут стать Китай и прочие страны на восточноазиатском рынке. Однако Баку придется преодолеть значительные препятствия для превращения этих планов в действительность, и поэтому пока не совсем ясно, является ли восточная переориентация азербайджанской энергетической доктрины реальной перспективой, либо это просто риторика, имеющая целью пришпорить разработку ориентированных на Запад проектов. При этом не следует исключать и перспективу наращивания азербайджанских газовых поставок в Россию и Иран, которые способны прийти на смену экспорту в западном направлении.

ИСТОРИЯ ВОПРОСА

После получения независимости от Советского Союза Азербайджан в своей энергетической политике ориентируется в основном на Запад. Внешняя и энергетическая политика бывшего президента страны Гейдара Алиева была тесно взаимосвязана. Общая цель заключалась в укреплении независимости Азербайджана и в диверсификации его международных связей с уходом от России и с постсоветского пространства в сторону Запада и мировых рынков. Краеугольным камнем в этой новой энергетической доктрине стал "контракт века", в рамках которого предусматривалось освоение азербайджанских углеводородных месторождений на Каспии и реализация азербайджанско-грузинско-турецкого проекта, включавшего строительство знаменитого нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан. Это позволило не имеющему выхода к открытому морю Азербайджану не только экспортировать  свои полезные ископаемые, но и обрести новых зарубежных партнеров, а также получить большую свободу действий в Евразии и на мировой арене.

Логическим продолжением такого направления в политике должно было стать повторение Азербайджаном того, что он сделал со своей нефтью, но на сей раз - в отношении газа. Согласно планам Евросоюза по созданию южного энергетического коридора, европейские потребители должны были подключиться к Азербайджану, а в перспективе и к другим газодобывающим странам Каспия через Турцию и Грузию. Чаще всего в рамках этого коридора обсуждался и до сих пор обсуждается проект прокладки газопровода Nabucco, который должен пройти из Грузии до турецкой границы и далее - до европейского газораспределительного узла в австрийском Баумгартене. Однако газовая геополитика очень сильно отличается от нефтяной, а энергетическая политика в Евразии претерпела сегодня коренные изменения по сравнению с периодом конца 90-х годов, когда велись переговоры по трубопроводу Баку-Тбилиси-Джейхан.

"Южный коридор" сталкивается с целым рядом серьезных трудностей. Это  медленное продвижение проекта Nabucco из-за целой серии проблем политического и коммерческого порядка; конкуренция со стороны проектов, поддержанных Москвой, таких как "Южный и Северный потоки"; а также весьма вялая дипломатическая поддержка со стороны  самого Евросоюза. Тем не менее, в настоящее время самой насущной проблемой является  спор между Баку и Анкарой по вопросам ценообразования и доходов от транзита газа, который будет перекачиваться через территорию Турции и заполнять другой трубопровод "южного коридора" - "Интерконнектор Турция-Греция-Италия".

Ситуация в этом вопросе вызывает разочарование, в связи с чем руководители самого высокого уровня из ГНКАР открыто начали обсуждать вариант с экспортом газа в восточном направлении - через Каспийское море в Китай. Президент ГНКАР Ровнаг Абдуллаев заявил 20 ноября, что Азербайджан серьезно рассматривает возможность экспорта газа в Китай в рамках стратегии энергетической диверсификации. Это прямой сигнал консорциуму Nabucco, западным компаниям и западным странам, занимающимся проектированием "южного коридора". Он понуждает их активизировать игру и добиваться конкретных результатов, таких как стратегия взаимодействия с Турцией, финансирование проекта, комплексные и четкие предложения добывающим странам, например, Азербайджану. Выступая в середине ноября, вице-президент ГНКАР Эльшад Насиров заявил об этом предельно откровенно: "Если Европа будет медлить с принятием решения, то весь каспийский газ уйдет в Азию. И это намного серьезнее, чем кажется".

ВОЗМОЖНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Ситуация несомненно серьезная, но может ли Азербайджан переориентировать свою энергетическую стратегию в условиях медлительности Запада? Китайская China National Petroleum Corporation в начале будущего года должна закончить прокладку рекордного по срокам строительства трубопровода из Туркменистана через Среднюю Азию. Это произойдет на четыре года раньше запланированного, но совершенно нереального срока окончания строительства Nabucco в 2014 году. На первый взгляд может показаться, что если ГНКАР сосредоточит все свои усилия и ресурсы на строительстве транскаспийского трубопровода в восточном направлении, то она сможет начать экспортировать углеводороды китайским потребителям. Однако имеющиеся технические и геополитические препятствия перевешивают те трудности, которые существуют со строительством "южного коридора".

Во-первых, продление китайского трубопровода, который уже может стать самым длинным в мире, это настоящее искусство на грани возможного, учитывая технические сложности, связанные с его протяженностью, пропускной способностью и с технологическими особенностями. Проект наверняка окажется нерентабельным, особенно в связи с тем, что часть трубопровода пройдет через Туркменистан. Есть, правда, еще варианты с прокладкой трубопровода через Иран или Казахстан, однако они практически неосуществимы. Во-вторых, продолжающийся спор Баку и Ашхабада по поводу каспийского газового месторождения "Сердар" ("Кяпаз") исключает возможность налаживания серьезного сотрудничества между Азербайджаном и Туркменистаном до его урегулирования. И наконец, такая переориентация приведет к тому, что Азербайджан утратит свое стратегическое положение в рамках евразийской энергетической геополитики. В данный момент это не только мощная добывающая страна, но и западные ворота для казахстанской нефти, а также для туркменского и, возможно, для узбекского газа. Данное преимущество исчезнет, если Баку обратит свои взоры на Пекин.

Гораздо более вероятной является перспектива увеличения газового экспорта Азербайджана в Россию и Иран в ответ на проволочки с "южным коридором". Российский государственный монополист "Газпром" предлагает импортировать весь остающийся у Азербайджана газ для нужд российских потребителей, а также для его дальнейшего экспорта в страны ЕС по высоким ценам. В рамках подписанного в июне соглашения Азербайджан начнет экспортировать в Россию 500 миллионов кубометров газа. Объем небольшой, но символичный, и соглашение предусматривает возможность увеличения экспорта. Одновременно спрос на газ вырос и в Иране, в то время как в Европе он пошел на убыль из-за мирового экономического спада. При поддержке со стороны одного из этих крупных соседей Азербайджану будет намного проще увеличить мощности своих трубопроводов, идущих в северном и южном направлении в Россию и Иран, нежели вкладывать средства в "южный коридор". Решение Баку не заниматься пока этим вопросом вызвано в равной мере стремлением к диверсификации связей во внешней политике и в политике энергетической. 

Эти, а также другие реалии говорят о том, что ГНКАР переигрывает, публично заявляя о перспективах газового экспорта в Китай. Хотя продвижение проекта "южного коридора" идет медленно, его динамика может стремительно измениться. Две компании из состава консорциума Nabucco недавно вложили средства в добычу газа на севере Ирака. В связи с этим появляются дополнительные шансы на то, что первый газ в трубы Nabucco придет с Ближнего Востока, а не из региона Каспия. Хотя планом по-прежнему предусматривается на начальном этапе подавать в трубопровод газ с азербайджанского месторождения "Шах Дениз 2" (за счет этого газа можно примерно наполовину загрузить мощности запланированного газопровода), дополнительный газ через пять лет вполне может пойти и из богатого газовыми месторождениями северного Ирака. Кроме того, в июле этого года Каир впервые публично заявил о возможности подключения к Nabucco газовой ветки с египетских месторождений, и данная идея становится все более реальной.

И наконец, хотя спрос на природный газ в Европе в ближайшие четыре-пять лет значительно увеличится, каспийские производители не должны недооценивать возможности нетрадиционных газовых ресурсов, способных изменить рыночные тенденции. У ЕС есть весьма серьезные планы в отношении освоения таких нетрадиционных месторождений. Показательно то, например, что компания ExxonMobil решила инвестировать средства в разработку нетрадиционного газа в Венгрии, весьма красноречиво проигнорировав трубопроводную игру в Евразии. Разработка нетрадиционных газовых месторождений уже коренным образом преобразила североамериканский рынок - до такой степени, что проекты сжиженного природного газа (СПГ) во всем мире начали переориентировать на европейский и восточноазиатский рынки. Короче говоря, хотя каспийский газ по-прежнему в высшей степени важен для энергетической диверсификации Европы, это уже далеко не единственный и не самый лучший вариант.

ВЫВОДЫ

Если Баку не примет решение о вложении крупных средств в полную переориентацию своей энергетической и внешней политики, планы экспорта азербайджанского газа в Китай в ближайшей и среднесрочной перспективе будут выглядеть нереально. Вместе с тем,  западные руководители должны понимать, что Баку может довольно легко увеличить объемы своего энергетического сотрудничества с Россией и Ираном. В этих условиях, если проект Nabucco продолжит смещаться в направлении Ближнего Востока, и если добыча нетрадиционного газа в Европе наберет обороты, то каспийский газ и стратегические позиции Азербайджана могут стать менее значимыми для тех, кто принимает решения в Евросоюзе. ГНКАР оказывает и должна оказывать возрастающее влияние на сооружение трубопровода Nabucco, а также на направление "южного коридора". Но время играет не в пользу Азербайджана.

Александрос Петерсен - стипендиат фонда Дину Патрициу (Dinu Patriciu) по программе Трансатлантической энергетической безопасности (Trans-Atlantic Energy Security) и заместитель директора Центра по изучению энергетических проблем Евразии (Eurasia Energy Center) при Атлантическом совете (Atlantic Council).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.