Уже прошло больше года, как отгремели события августа 2008 года. Эта дата войдет в историю Грузии, как страница тяжелого, но неизбежного периода в истории страны. То, что этот период был тяжелым для страны, наверное, с этим постулатом диспутировать никто не станет, а что касается неизбежного, то об этом постараемся поговорить подробнее.

 

Так была ли у Грузии возможность остановить надвигающуюся катастрофу, которая чуть ли не привела к потере государственности Грузии? Ответы на этот вопрос звучат неоднородные, однако нам кажется, что такая возможность сводилось к абсолютному минимуму.

 

Несмотря на то, что президент Грузии Михаил Саакашвили в начале своего правления ставил вопрос об урегулировании российско-грузинских отношений в ряд приоритетных, все усилия, сделанные в этом направлении, натыкались на различные искусственные преграды, воздвигнутые противниками сближения наших государств. Среди противников сближения первую скрипку играли сепаратистски настроенные регионы и те силы, которые стояли за ними. Последние представляли конгломерат - от подкупленных политиканов различных мастей до руководителей высшего ранга в некоторых государствах. Порой складывалось впечатление, что руководители, например, России предпочитают интересы Абхазии и Самачабло (Южная Осетия) интересам своего государства.

 

Мощное сепаратистское лобби на постсоветском пространстве, поддерживаемое силами, стоящими у истоков сепаратизма в СССР, проводила и проводит свою работу, не жалея на это ни сил, ни средств.

 

Можно вспомнить критическое заявление вице-премьера России Шумейко в отношении лидера сепаратистов Абхазии В.Ардзинбы. Кто только не выступил против него: начиная от президента Татарстана М.Шаймиева до мелких политологов типа А.Миграняна - после подобного демарша больше ни у кого из российских политиков не появлялась новая инициатива в этом направлении. Примечательно, что ни один конфликт, кроме гагаузского, не был решен на постсоветском пространстве. К проблеме решенных конфликтов никоим образом нельзя отнести Чечню, где по-прежнему тлеет конфликт, периодически перекидываясь на соседние северокавказские республики.

 

Ни у кого нет сомнения, что страны, испытывающие пресс агрессивного сепаратизма, отдали бы очень многое, чтобы мир, столь необходимый для мирного развития государства, воцарился бы на их земле. Однако процессы, развивающиеся на территории бывшего СССР с конца 1991 года, свидетельствуют о том, что система управляемых конфликтов, которая была создана с запасом на несколько десятилетий, пока что эффективно действует.

 

Напоминаю: именно к концу второго десятилетия по пути своей независимости Грузия чуть не оказалась на пороге непредсказуемости своего будущего. Поэтому игнорирование этих сил и непроведение соответствующей политики в будущем несомненно будет соответствующим образом отображается на процессе стабильности состоявшего государства.

 

Второй фактор, который вызывает особое раздражение грузинских политиков, политологов и, наверное, среди большей части общественности в целом - это реакция мирового сообщества на действия России. Но часто при оценке событий в современном мире ми ассоциируем Россию напрямую с СССР, что в конечном счете приводит к неправильной оценке событий и разочарованием в основные ценности западной демократии.

 

Мы видим, что однополярный мир стал тяжелым бременем для самих США. Действия президента США Б.Обамы тому и свидетельство. СССР вкладывал все свои ресурсы, чтобы всеми силами удержать политическим баланс в мире. Порой это происходило за счет экономического благосостояния советского народа. Средства и силы направлялись на экспорт революции в различных точках земного шара. Кое-где идеи социалистического строительства принимались, но в большинстве случаев они были неприемлемы и часто экспортировались на штыках. Так было в Венгрии, Чехословакии, Афганистане и ряде других стран.

 

Для Запада СССР представлялся, как источник опасности для ее фундаментальных ценностей. Таких как, в первую очередь право на частную собственность, свободу вероисповедания и демократическое правление в государстве. Это, как минимум, те ценности, за которые готовы до конца стоять не только власти, но и большинство граждан западных государств. Сегодня уже Россия не представляет опасности даже для элиты развивающихся государств мира. К системе социалистических ценностей не испытывало особое влечение и само российское общество, несмотря на ностальгические проявления в стране.

 

Это для современной России уже пройденный этап. «Капиталистическая» Россия уже в "Группе 8" и ее уже все меньше ассоциируют с бывшей социалистической державой. Поэтому прагматизм Запада на подъеме. Уже если с коммунистическим Китаем позабыли напоминать о защите прав человека и других ценностях, то с Россией, по их мнению, дела обстоят гораздо лучше.

 

Наверное, мы, грузинские политологи несем часть вины за события августа 2008 года. А ведь должны были припомнить, что ввод СССР войск в Афганистане и ввод российских войск в Грузии в 2008 году нужно было рассматривать в различных ипостасях. Эта тема большого разговора и требует особого осмысления, но одно ясно, больше той реакции, которая последовала от Запада после августа 2008 года, в ближайшем будущем мы ждать не должны. Более того, идет «перезагрузка» отношений США с Россией и по некоторым направлениям (размещение противоракетных систем в Европе, Иран) она осуществляется довольно успешно. И мы воочию уже убеждаемся как «Большая восьмерка» видит в России своего партнера и европейский прагматизм одерживает верх над европейскими ценностями. Так будем впредь более бдительными и осторожными.