Собеседник «Жаманака» руководитель Армянского центра стратегических и национальных исследований Ричард Киракосян

- Несмотря на то, что Россия была против увязывания вопроса армяно-турецких отношений с урегулированием карабахского конфликта, тем не менее, Дмитрий Медведев недавно сказал, что Москва будет использовать свою роль и авторитет в вопросе Нагорного Карабаха, «консультируясь с турецкими коллегами». Означает ли это, что Москва, ради строительства атомной станции в Турции и транзита газа, готова пожертвовать интересами Армении, или это просто декларативное заявление?

- Действительно, стоит беспокоиться о том, что может иметь место какое-нибудь российско-турецкое соглашение относительно нагорно-карабахского конфликта. Здесь существуют два важных фактора. Первый – то, что опасность для Нагорного Карабаха идет не столько от потепления отношений между Россией и Турцией, сколько от потепления отношений между Россией и Азербайджаном, особенно если учесть то, что здесь имеют место некие развития. Это может привести к изменению российской политики в вопросе нагорно-карабахского конфликта. Второй фактор заключается в том, что Россия искала что-то, чем может обменяться с Турцией. То есть, Россия может содействовать укреплению роли Турции в регионе, и вместо этого ожидает получить содействие Турции для  присутствия российских миротворческих войск в Нагорном Карабахе. Думаю, что Турция не пойдет на это, поэтому я больше озабочен российско-азербайджанскими отношениями, потому что интересы России и Турции в вопросе урегулирования нагорно-карабахского конфликта противостоят друг другу, а в российско-азербайджанских отношениях соперничества нет. С другой стороны, Турция и Азербайджан восстановили свое стратегическое сотрудничество, а это конкретная опасность по сравнению с теми словами, которые звучат. Даже обещание России на счет строительства атомной станции в Турции не столь серьезно, так как пока что на этот счет нет никакой договоренности или подписанных документов.

- Такое впечатление, что эта встреча дала старт новому союзу между Российской Федерацией и Турцией. Это временный союз, или действительно пришло время, когда эти страны будут не соперничать, а сотрудничать на Кавказе? Какие могут быть последствия для Армении?

- Не согласен с тем, что стартует новый российско-турецкий союз. Если это стратегический союз, тогда где был Владимир Путин? Дмитрий Медведев, как президент, совершает официальные визиты, и это его дело, но для конкретного сотрудничества требуется присутствие премьер-министра. По моему, сотрудничество между Россией и Турцией не союз между ними, а временный брак, в котором «жених» и «невеста» сочетаются браком не по взаимной любви, а делают это по взаимовыгодному расчету. Но даже такой краткосрочный брак может быть очень опасным для Армении, В связи с этим Армения должна попытаться посодействовать их скорейшему «разводу». Сближаясь с Россией, Турция пытается показать Западу, что она стала довольно сильной для того, чтобы отдалить Россию от региона или хотя бы сохранять равновесие  против влияния силы России. Турки верят в это, но, не думаю, что Запад поверит в возможность этого.

- С чем связано безразличное отношение Армении к такому потеплению российско-турецких отношений? Что сказали Армении - будь спокойна, здесь нет ничего особенного или тебе здесь делать больше нечего?

- Здесь существуют два фактора. Во-первых, кажется, что правительство Армении безразлично, потому что в данный момент конкретной опасности нет, а русские сказали – не беспокойтесь. Вторая причина более интересна - властям Армении кажется, что у них нет достаточно сил, но они не сознают, что могут иметь силу сказать русским «Нет». Иными словами, это позиция слабого, однако Армения должна прочертить границу – что надо позволять России и что не надо. Я до сих пор эту границу не замечал.

- Каково должно быть слово Армении, адресованное России, особенно после заявления Медведева в Анкаре?

- Армения должна заявить: «Мы подписали протоколы с Турцией, мы и приостановили их, и этот вопрос стоит между Арменией и Турцией. Армения не деталь российско-турецкой сделки». Во-вторых, Армения должна напомнить Москве, что она является единственной опорой России на Кавказе и за это требует уважения к себе, и что Армения не ребенок. России следует напомнить, что Армения является независимым и самостоятельным государством, а не Дагестан или Краснодар. Армения имеет важные отношения именно с Россией, а не внутри нее или же под ней. Москва будет уважать нас, если мы будем сильны. Турция зауважала нас тогда, когда мы выступили с позиции сильного. С той же позиции нужно действовать в отношениях с остальными государствами, в том числе с Россией и США.

- С какой повесткой дня Медведев приедет в Ереван? Больше места будет занимать вопрос нагорно-карабахского  конфликта или армяно-турецких отношений?

- Думаю, визит Медведева больше будет касаться армяно-турецких отношений, хотя будет обсуждаться также вопрос нагорно-карабахского конфликта. Ранее я говорил, что русские хотят, чтобы армяне и турки встретились в Москве, что и будет ответом на встречу Сержа Саргсяна с Реджепом Эрдоганом в Вашингтоне. Москва хочет быть гостеприимной также в отношении Сержа Саргсяна и Ильхама Алиева, чтобы показать свою дипломатическую роль и влияние в рамках Минской группы ОБСЕ по карабахскому урегулированию, и все  это в рамках российско-американского соперничества. Так как американцы смогли устроить встречу Эрдогана и Саргсяна в Вашингтоне, Россия хочет быть впереди  и стоять выше американцев. Армения, Турция и нагорно-карабахский конфликт лишь игральные карты в руках России и США.

- Такое усердие Москвы в продвижении армяно-турецкого процесса не приводит ли к мысли, что Россия хочет взять инициативу в свои руки?

- Не думаю, что инициатива армяно-турецкого процесса принадлежит США. Напомню, что Саргсян пригласил президента Турции Абдуллу Гюля из Москвы, а американцы в этой игре были как будто на шаг сзади. Конечно, во время подписания протоколов в Цюрихе, когда со стороны Турции возникли вопросы, ситуацию сгладила госсекретарь США Хиллари Клинтон, тогда как Сергей Лавров и Бернар Кушнер, сложа руки, смотрели футбол и ничего не предпринимали, и это показывает, что Россия не хотела, чтобы армяне и турки уладили отношения. Они хотят, чтобы процесс длился до бесконечности, без конечного решения.

- Если армяно-турецкий процесс становится ареной соперничества Россия - США, шансы на удачное решение проблемы убавляются или уменьшаются?

- Ни то, ни другое. Бесконечное соперничество между Россией и США в этом вопросе напоминает «кавказское танго», где Армения готова танцевать, но турки еще не решили – танцевать с Арменией танго или вальс? По этой же причине танцплощадка становится заманчивой для русских и американцев. Это соперничество создало вакуум, в результате чего протоколы так и остались в парламенте Турции. Это позволяет США и России вести игру по этому вопросу, также означает, что нормализация отношений зависит только от Турции,  ни от России, ни от США, ни от Армении.

- На постсоветском пространстве влияние России довольно высоко, а США не могут догнать Россию. Можно сказать, что на этом пространстве американская политика потерпела фиаско и США проигрывают в соперничестве с Россией?

- Возможно, но не могу с уверенностью сказать, что в этом вопросе Россия более активна, чем прежде. Дело в том, что здесь, по сравнению с прошлым, результативность возросла и Россия себя чувствует более спокойно и комфортно, так как угрозы, касающиеся потери Грузии или Украины, уже не реальны. Кстати, это не зависело ни от действий Москвы, ни от решений США. Это больше является результатом провалов Виктора Ющенко, Михаила Саакашвили и Курманбека Бакиева. Россию больше не беспокоят революции цветов или фруктов, так как американцы больше не находят таких оппозиционных сил, опираясь на которые смогут совершить революции. С другой стороны, американцы не хотят все время подстрекать Россию.

- Но существует ли такое соперничество между США и Россией, или США готовы пожертвовать всем постсоветским пространством ради содействия со стороны России в афганском вопросе?

- Во-первых, я думаю, что США никогда не держали под своим господством Кавказ, чтобы сегодня передавать его русским. С другой стороны, во время президентства Барака Обамы нет нужды все время «дергать» Россию. Обама сотрудничает с Россией не только в афганском вопросе, США нуждаются в России и в вопросе Ирана, что более важно для них.

- Медведев, по просьбе президента Сирии, встретился с руководителем ХАМАС, что привело к серьезным осложнениям в отношениях России с Израилем. Почему Москва идет на такой риск? Это демарш против американо-израильского тандема или стремление России стать спонсором нового блока Турция – Сирия - Иран?

- Я склоняюсь к тому, что это результат стремления России стать спонсором. Думаю, Россия самореализуется, оборачиваясь против Израиля, потому что Россия была очевидцем того, что случилось в Вашингтоне во время встречи Барака Обамы с Беньямином Нетаньяху. Месяц тому назад во время этой встречи, когда американцы применили давление на премьер-министра Израиля, вдруг впервые американский президент оставил гостя в комнате и вышел, а это большое оскорбление для Израиля. А сейчас Россия, поняв, что США не поддерживают Израиль, решила сама тоже пойти против этой страны, но в случае русских это не серьезно, это лишь тактика, а не стратегия. С Сирией или с ХАМАС, вместе взятыми, что могут сделать русские? Сейчас не времена Евгения Примакова, и русские не имеют той силы или влияния, что имели во времена «холодной войны».

Перевод: Гамлет Матевосян

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.