После провала «революции», о которой объявила Нино Бурджанадзе, правящая администрация начала всерьез намекать на то, что предполагаемые планы по свержению власти исходили из России. Согласно этой версии Москва организовала в Тбилиси неудачную попытку переворота. Однако следует заметить, что грузинские власти постоянно обвиняли любых своих противников в связях с Россией с тех самых пор, как Грузия в 1991 году вернула себе независимость.

В реальности Россия ведет крайне близорукую политику. Она сделала практически все возможное для того, чтобы покончить с любым намеком на пророссийские настроения в Грузии. Разумеется, в ее цели это не входило, однако почти все шаги, которые она предпринимала против Грузии, были неуклюжими, непрофессиональными и отрицательно сказывались на российском имидже. Москва постоянно игнорировала интересы Тбилиси и пыталась помешать развитию Грузии, порождая тем самым антироссийские чувства. С 1992 года Кремль старался аннексировать грузинские территории, осуществляя так называемую ползучую агрессию. В августе 2008 года этот процесс достиг своего пика – Россия организовала прямое военное нападение на Грузию, объявив перед этим два ее сепаратистских региона независимыми государствами. Высокомерие России и ее пренебрежение не только интересами Грузии, но также и международным правом, и своими обязательствами завели российско-грузинские отношения в тупик. Результаты множества разных опросов показывают, что большая часть населения Грузии считает Россию главным врагом своей страны, представляющим для нее постоянную угрозу, и исключает любое сотрудничество с Москвой и вообще наличие любых отношений с ней.

Впрочем, несмотря на широко распространившуюся после августа 2008 года нелюбовь к России, в Грузии все же появились определенные силы, представители которых часто посещают Москву и убеждены в том, что – это единственный способ решить проблемы Грузии. Такой подход привлекает некоторые сегменты грузинского населения – в основном не потому, что они доверяют Москве, а потому, что они обижены на Запад. Грузины крайне наивно полагали, что Запад должен был активнее помогать Грузии, когда она сражалась с Россией. Многие питали ложные надежды на то, что Запад приложит больше усилий, чтобы защитить Грузию от медведя с севера, и хотя Грузия получила после войны огромную финансовую помощь от Запада, разочарование населения по-прежнему остается очень глубоким.

Между тем отношения между властями двух стран развивались исключительно странно. Лидеры России и Грузии постоянно критикуют друг друга. Русские неоднократно заявляли, что они не будут вести переговоры с Саакашвили, в то время как последний выражает явную готовность говорить с Москвой, хотя при этом свирепо критикует своего северного соседа и обвиняет его во всех возможных грехах по отношению к Грузии. Однако в то же время между двумя странами существует весьма интенсивное экономическое сотрудничество. В частности Россия покупает в Грузии различные активы. Администрация в Тбилиси призывает не смешивать политику с экономикой, но эти призывы начинают выглядеть странно, если вспомнить, что экономические санкции, которые Россия ввела против своего южного соседа, по-прежнему действуют.

Эта странная ситуация – отсутствие контактов на политическом уровне при экономическом сотрудничестве - дает оппозиции некоторые основания считать грузинскую администрацию в сущности пророссийской. Оппозиционеры иногда утверждают, что администрация сыграла на руку русским, которые стремились к оккупации грузинских территорий. Некоторые члены оппозиции даже утверждают, что Саакашвили пошел на это осознанно, и что Россия не хочет ухода Саакашвили от власти, так как он делает то, что нужно Москве, а новый президент может сменить политику страны. Трудно представить себе, что дела обстоят так в действительности, однако позиции всех сторон остаются непоколебимыми. Оппозиция между тем дает основания подозревать ее в прочных связях с Москвой. Нино Бурджанадзе неоднократно бывала в Москве и проводила там встречи на самом высоком уровне.

Некоторые аналитики подозревают, что на деле сценарий мог предполагать эскалацию конфликта между властью и оппозицией, завершающуюся вмешательством России, однако получилось все совсем иначе. На последние уличные акции вышло совсем немного манифестантов, и соответственно у Москвы не появилось возможности для вмешательства. В очередной раз попытки разыграть в Грузии «российскую карту» привели к позорной неудаче.