«Надо немного потерпеть» и «лишь бы не было войны» — до сих пор главные лозунги в Крыму (лицо моего крымского приятеля в окошке скайпа замирает). Интернет лажает, — поясняет он и продолжает свою мысль. — Даже если кто-то и разочарован, не получив обещанного, о возвращении на Украину речи не заводит. Сказывается пропаганда: с «нацистской Украиной, которая вот-вот развалится», Крыму не по пути, Путин — бог, Обама — чмо, Россия — великая страна. Если что-то идет не так, виноваты крымские чиновники. Помнишь листовки, которыми засеивали Крым перед референдумом, зарплаты, которыми нас соблазняли? Даже без учета инфляции у многих зарплаты не дотягивают до обещанных цифр. Впрочем, никто ведь не голодает, поэтому и поводов для протестов вроде как нет».

Те листовки помню хорошо — в то время жил в Крыму. Даже сохранил несколько. Накануне референдума Верховный совет Крыма активно включился в обработку населения: сравнивал зарплаты и пенсии в «украинском Крыму» и в России, публиковал в газетах «10 гарантий для Крыма». Перечитав их, я увидел, что некоторые обещания выполнили, с некоторыми не сложилось.

«Путин, помоги»

Крымчане действительно получили много возможностей для реализации себя в России: с российским паспортом им легче найти работу «на материке». Но в этом «преимуществе» есть и обратная сторона медали: новое руководство часто настаивает на переезде. В основном это касается сотрудников военных структур, которых ставят перед фактом: хочешь сохранить работу, переезжай. При этом крымчане жалуются на засилье приезжих — счет переехавшим на полуостров россиянам идет на десятки тысяч.

Еще одно «приобретение» — крымчане потеряли право на выражение своего мнения, к чему успели привыкнуть за годы жизни на Украине. Раньше они могли протестовать без опасений оказаться в автозаке, теперь правила изменились. Например, весной прошлого года активисты общественного движения «Защитим Севастополь», не дождавшись официального разрешения на проведение митинга, все-таки вышли на центральную площадь, требуя прекратить беззаконие местных властей. Организаторов силой препроводили в полицию. Спустя несколько месяцев в Севастополе снова попытались протестовать против местной власти: горожане были возмущены незаконным строительством, застройкой и раздачей земель в городе и окрестных заповедниках. Губернатор Сергей Меняйло запретил акцию, заявив, что «выражать свое мнение митингом — это деструктивная позиция». В начале февраля в Евпатории предприниматели умоляли не сносить рынок, на котором они работали много лет, обратились к Владимиру Путину с просьбой защитить их от беспредела. Митинг разогнала полиция, не помогли ни триколоры, ни портреты российского президента.

Особое внимание — к крымским татарам, многие из которых настроены проукраински. Достается как лидерам Меджлиса, так и рядовым представителям народа, которых по надуманным обвинениям преследуют репрессивные органы. Несколько человек пропали без вести. «Чтобы создать атмосферу страха, нужно преследовать или уничтожать не обязательно тех, кто на виду, — поясняет Фокусу Али Озенбаш, председатель ревизионной комиссии Курултая, высшего представительного органа крымских татар. — Важен принцип случайности. Разумеется, под прицелом политики, зажиточные люди, но, кроме того, обращают внимание и на людей случайных, чтобы никто не чувствовал себя защищенным».

Россия не смогла обеспечить нормальную жизнедеятельность полуострова. Отключение Северо-Крымского канала подкосило некоторые сельскохозяйственные отрасли, например, рисоводство и животноводство. А когда Крым отрезали от украинской электроэнергии, выяснилось, что вовремя не подумали и об энергобезопасности региона. На полу­остров стали в экстренном порядке тянуть энергомост с Кубани, но перебои с электричеством продолжаются до сих пор.

После аннексии гривну быстро вытеснили из оборота — с 1 июня 2014 года ее перестали принимать в магазинах. С вкладами крымчанам не повезло — большинство украинских банков отказались выдавать депозиты. В Крыму создали Фонд защиты вкладчиков, но владельцам депозита возвращают только до 700 тысяч рублей (260 тысяч гривен по нынешнему курсу). Многие крымчане, которые брали кредиты в украинских банках, после референдума решили, что теперь их можно не платить. Но должники рано радовались — 10 января 2016 года в Крыму вступил в силу закон, который обязывает их выплатить «украинские» долги российским кредитным учреждениям.

Некоторые пропагандистские листовки 2014 года содержали конкретные цифры будущих «российских» заработков. Средняя зарплата в России 25,5 тысячи рублей (на тот момент около $700), а в украинском Крыму лишь 11 тысяч рублей (около 300 долларов). Врач в России получает 42,2 тысячи рублей (1 тысяча 200 долларов), учитель — 29 тысяч рублей (800 долларов), чиновник — 39 тысяч рублей (1 тысяча 100 рублей) и т. д.

Пожелавший остаться неназванным сотрудник исполкома одного из крымских городов рассказал Фокусу, что до обещанных сумм зарплаты бюджетников не доросли, хотя все же увеличились. Специалисты исполкома получают около 16 тысяч руб. в месяц (5,9 тысячи гривен по нынешнему курсу), главные специалисты — на пару тысяч больше, заведующие секторами — около 25 тысяч рублей (9,2 тысячи гривен), начальники управлений и департаментов — 27–35 тысяч рублей (10–13 тысяч гривен). К ежемесячной зарплате положены ежегодные выплаты, которые были приняты и при Украине, но они в два раза больше — материальная помощь в размере двух окладов и такого же размера единовременная выплата при предоставлении отпуска. Плюс нововведение — ежеквартальные премии, их размер составляет около полутора «голых» окладов, в случае с собеседником Фокуса это 16–17 тысяч рублей.

Соответственно со всеми выплатами и премиями его среднемесячный доход составляет около 34 тыс. руб. «Раньше у коммерсантов можно было зарабатывать больше, чем в муниципалитете, но за последние полтора-два года это соотношение доходности диаметрально изменилось: приехало много людей из Луганска и Донецка, они готовы работать за гораздо меньшие деньги, чем местные, — говорит он. — Теперь именно чиновники и силовики в большинстве своем и считаются «средним классом по-русски». Предприниматели, с которыми пообщался Фокус, утверждают, что средняя зарплата у частников составляет около 12 тысяч рублей (4,4 тысячи гривен), хорошим заработком считается 20 тысяч рублей (7,4 тысячи гривен).

За последний год ухудшилось материальное положение врачей и учителей. Крымский врач на условиях анонимности рассказал, что сейчас совершенно непонятна система начисления зарплат и премий. «Раньше зарплата выдавалась с ведомостью заведующим отделением, и все было прозрачно: было понятно, кто сколько заработал, — говорит он. — Ведомости больше не выдают, никто не знает, сколько получают коллеги, каждый получает столько, сколько решит заведующий, есть система бонусов, есть штрафы. Заведующим и руководителям ставят большую зарплату, всему остальному персоналу — маленькую. В результате руководитель очень боится потерять свою кучу денег и душит любые недовольства в коллективе».
Врачам категорически запрещено рассказывать кому бы то ни было о своей зарплате, видимо, потому что теперь врач с солидным стажем на одной ставке получает около 15 тысяч рублей (5,5 тысячи гривен). «Министр» здравоохранения Александр Могилевский еще летом прошлого года предсказывал, что средняя зарплата в отрасли может снизиться до 12–18 тысяч рублей. Это связано с переходом на российские нормы: раньше фонд медстрахования перечислял медучреждениям 90% авансом и 10% по выполненным страховым случаям. Теперь соотношение меняется: 50 х 50. Соответственно и расходы на заработную плату сокращаются.

Учителям в 2014 году резко повысили зарплаты: платили около 25 тысяч рублей (9,2 тысячи гривен). Зимой 2015-го начались задержки, а после зарплата постепенно уменьшалась. «Тогда я особо этого не почувствовала, мне как раз пришлось переучиваться с учителя украинского языка на русский язык и литературу, — вспоминает крымчанка Виктория Иволгина. — С переобучением мне дали всего восемь часов в неделю плюс четыре часа с надомницей, зарплата колебалась от 8 до 12 тысяч рублей в месяц (2,9–4,4 тысячи гривен). Сейчас у меня 25 часов, а я получаю 15–17 тысяч рублей (5,5–6,3 тысячи гривен). Насчет премий все покрыто мраком. Вообще непонятно, сколько директор решил начислить себе, а сколько поделить между коллективом».

В очередь!

С уведомительным порядком не вышло. Крымчанам пришлось постоять в очередях сначала за российскими паспортами, затем оформить СНИЛС — «страховой номер индивидуального лицевого счета» гражданина Российской Федерации. Работающие могли заполнить необходимые анкеты по месту работы, остальным пришлось обращаться за ними лично. Затем мужчин обязали встать на воинский учет. А после пришлось оформлять медстраховки, без которых в Крыму невозможно получить медицинскую помощь.

Дипломы, трудовые книжки остались украинскими. Не потребовалась и перерегистрация документов на недвижимость. «Глава» Крыма Сергей Аксенов пояснял, что постановка на кадастровый учет осуществляется только при продаже объекта собственности.

Сейчас автовладельцы, не успевшие заменить государственные номерные знаки на своих машинах, штурмуют отделения МРЭО. С 1 апреля за езду на автомобиле с украинскими номерами будут штрафовать на 500 рублей (185 гривен), а при повторном нарушении машину отправят на штрафстоянку.

Крымским предпринимателям дали доработать на лицензиях на торговлю подакцизными товарами до окончания их срока деятельности. С июля 2015 года перестали действовать документы частных предпринимателей, им пришлось перерегистрироваться в индивидуальных предпринимателей по российским законам. «Конечно, это снова спровоцировало очереди, — говорит феодосийский предприниматель Руслан Маратов. — Работать в российских условиях оказалось сложнее: штрафы выше, нет упрощенки. Поэтому многие уходят в тень или прекращают деятельность». Его слова подтверждает официальная статистика: по состоянию на февраль, в Феодосии зарегистрировано 3 тысячи 287 индивидуальных предпринимателей — плательщиков налогов. Двумя годами ранее официально работало 10 тысяч 347 предпринимателей — физических лиц.

В 2014 году количество крымских вузов сократилось с 94 до 12. При этом «министр образования» Крыма Наталья Гончарова утверждала, что всем студентам нашли места в оставшихся крымских вузах. Некоторые российские учебные заведения выделили квоты для крымских абитуриентов, которые могли поступать на льготных условиях. «Определенное количество бюджетных мест» обещают и в этом году.

У крымских выпускников, про­учившихся много лет по украинской программе, пока еще есть выбор — сдавать выпускные экзамены или ЕГЭ. В 2015 году из 15 тысяч выпускников 38% выбрали единый госэкзамен. При этом они показали результаты выше, чем в среднем по России по русскому языку, географии, литературе и биологии.

Пенсионеры поначалу были довольны новыми пенсиями — в 2014 году выплаты выросли в два раза. Но повышение съела непрекращающаяся инфляция. Официальная статистика утверждает, что за 2015 год крымская инфляция составила 26,4%. Сами крымчане считают, что эти цифры сильно занижены. По свежим данным Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, средний размер назначенных пенсий в Крыму составил 12 тыс. руб. (4,4 тысячи гривен). Однако не оправдались надежды тех крымчан, которые вышли на пенсию в 2015 году: среди них оказалось много тех, кому начислили значительно меньше — от 7 тысяч рублей (2,6 тысячи гривен).

В феврале 2016 года пенсионерам обещали индексацию в размере 4%, но получили ее не все. В Пенсионном фонде это объяснили тем, что, когда в 2014 году крымчанам повысили пенсии, их размер превысил среднероссийский уровень. Пока они не сравняются, индексации не будет.

Чужие здесь не ходят


После аннексии полуострова крымские чиновники начали масштабную национализацию. Первыми под нее попали украинские госдпредприятия. По оценкам «прокуратуры» АРК Крым, стоимость присвоенного государственного имущества составляет примерно 50 млрд грн. Досталось и украинскому олигарху Игорю Коломойскому, которому, по словам «главы республики» Сергея Аксенова, на полуострове принадлежало 300 участков, а также еще нескольким украинским бизнесменам. Теперь эта собственность за бесценок продается российским высокопоставленным чиновниками. К примеру, стремительно развиваются винные активы семьи спикера Госдумы Сергея Нарышкина, а санаторий «Форос», который до национализации принадлежал Игорю Коломойскому, по данным российских СМИ, купила Федерация профсоюзов Татарстана в интересах клана экс-президента республики Мантимера Шаймиева.

Российские пограничники и таможенники на крымской границе долгое время вели себя подчеркнуто корректно, не препятствуя въезду и выезду. Однако в последнее время стали нередки случаи тщательного досмотра людей, прибывающих с территории Украины. С некоторыми из них, например, с журналистами и общественными деятелями сотрудники ФСБ проводят многочасовые беседы, интересуясь целями визита.

Попали на деньги. Российский Центробанк выпустил банкноты с крымскими видами. Жители полуострова шутят, что это компенсация за высокую инфляцию

Первыми крымчанами, которым еще в 2014 году отказали в праве ездить на родину, стали лидеры крымских татар Мустафа Джемилев и Рефат Чубаров. Месяц назад запретили въезд на территорию Российской Федерации до 2020 года еще одной крымчанке — журналистке «Украинской правды» Анастасии Рингис.

В марте Госпогранслужба Украины сообщила о двух идентичных случаях, свидетельствующих о том, что поездка в Крым может сопровождаться неприятностями. У крымчан, живущих на материковой Украине, российские пограничники отобрали украинские паспорта с крымской пропиской. Свои действия они объяснили тем, что эти люди должны были зарегистрироваться по новому месту жительства или получить российские паспорта.

«Медицина тут теперь чудовищная»


Медицина в Крыму стала бесплатной, но очень забюрократизированной. Недавно крымчанка Ирина Давыдова сломала руку. Чтобы попасть на прием к травматологу, пришлось занимать очередь еще на рассвете. «В очереди я была первой, потому что занимала ее в пять утра, но уже к 9:00 — началу приема — записалось 40 человек. Травматолог вышел и сказал: приму только 25, — говорит Давыдова. — Медицина тут теперь чудовищная, врач не имеет права даже больничный выписать. В конечном итоге я отстояла пять очередей: к травматологу, за больничным, на рентген, на расшифровку рентгена и опять к травматологу. А еще пришлось сдавать анализы, без этого не дадут больничный. Порадовало объявление, что ввиду террористической угрозы все анализы принимаются только в прозрачной посуде».

Эти сложности объясняются системой страховой медицины, принятой в России. Полгода назад «министру здравоохранения» Александру Могилевскому пришлось объяснять на пресс-конференции, почему бумажной работы у врачей значительно прибавилось. От правильности заполненной документации зависит получение медучреждением денег от фондов медицинского страхования. «Теперь, чтобы попасть, например, к онкологу, пациент проходит все бюрократические проволочки, что порой невыносимо для больного человека, однако система требует четкой организации маршрута пациента», — объяснял Могилевский.

Но если «повезло» и дело дошло до госпитализации, у больных, как правило, нет никаких претензий. Все услуги, медикаменты предоставляются бесплатно.

Характерное настроение в нынешнем Крыму — смирение. Даже образованные люди предпочитают винить в своих неурядицах на локальном уровне прямое начальство, а на глобальном — врагов России, желающих ее уничтожить. Мой симферопольский приятель уверен, что крымчане, пройдя через все бюрократические неурядицы, облегченно выдохнули и теперь живут как прежде, только с другими флагами и рублями в кошельке вместо гривны.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.