Режиссер Сергей Лозница. В главных ролях Василина Маковстева, Марина Клещева, Лия Ахеджакова, Валерий Андрюта, Борис Каморзин, Сергей Колесов. Возрастные ограничения уточняются, 143 минуты.


«Человек человеку — волк, — говорит таксист своему пассажиру в фильме Сергея Лозницы «Кроткая», в то время как автомобиль приближается к монолитному тюремному блоку. — А как живут волки? Стаями. Понятно?»


Если вам — еще нет, то ждать осталось недолго. Новый удивительный фильм Лозницы, показанный в рамках конкурсной программы в четверг вечером в Каннах, представляет собой крайне претенциозную и неизменно потрясающую воображение одиссею в бездушный мрак российской действительности, где люди подобно хищникам выслеживают своих жертв, создавая омуты насилия, коррупции и безрассудства, откуда не может быть спасения.


В основе фильма, который длится почти два с половиной часа, лежит до смешного простой сюжет — женщина пытается доставить в тюрьму передачу — без очевидных отсылок к повести Достоевского, у которой картина заимствует название. Но тень великого русского романиста мелькает здесь на каждом шагу — один из персонажей даже декламирует стихотворение капитана Лебядкина о тараканах из «Бесов» — хотя не менее остро ощущается и дань, отдаваемая замысловатым и беспощадным сатирам 19-го века Гоголя и Салтыкова-Щедрина.


В преднамеренно шокирующем повороте сюжета, который здешние критики на показе встретили бурным неодобрением, чувствуется резкий привкус картин Кена Рассела и Гаспара Ноэ. Но этот экстравагантный ход закладывает основу для финальных кадров, которые так леденят душу, что кажется, будто зрителя насквозь пронизывает вырвавшаяся с экрана струя арктического холода.


Пассажир в такси — безымянная женщина (в исполнении Василины Маковстевой), которая пытается доставить передачу с едой и одеждой в тюрьму, где содержится ее муж, после того как посылка неожиданно возвращается назад с требованием оплатить 200 рублей за почтовое отправление. На почте она добывает свою посылку — что из-за неприкрытой враждебности сотрудника скорее походит на переговоры об освобождении заложника, нежели на обычную услугу — а затем на автобусе, поезде, такси и, наконец, пешком добирается до сибирской крепости, в которой муж отбывает наказание.


Сюжет фильма разворачивается в современной России (съемки проходили на юго-востоке Латвии), но тюремный городок, в который попадает героиня, кажется затерявшемся в темных веках. Подобно деревне у подножия Замка Кафки, все это место, начиная с полиции и заканчивая проституцией, находится в подчинении у главного учреждения — это тоже «стратегическое место», по секрету сообщают героине, «а у каждого стратегического места есть свои начальники».


Два их них являются зрителю почти сразу. Улицы городка названы в честь Маркса и Ленина, а каменный бюст бывшего советского вождя, кажется, чуть ли не поворачивается вслед за женщиной в то время, как она уезжает с вокзала на такси — один из бесчисленных жутких кадров кинооператора Олега Муту, который уже работал с Лозницей над его предыдущими сюжетно-тематическими картинами «Счастье мое» (2010) и «В тумане» (2012). (После этого режиссер снял еще два смелых документальных фильма: «Майдан» (2014) и «Аустерлиц» (2016).


Движение к цели здесь кажется невозможным — женщине кругом чинят препятствия или отвлекают ее от дела — в итоге героиня снимает спальное место у пренеприятной женщины с недобрым взглядом, которая с уговорами подкрадывается к ней у ворот тюрьмы (Марина Клещева). Место, в котором оказывается героиня, своей вульгарностью и многолюдством напоминает знаменитые гравюры Хогарта — вечерний досуг здесь составляют остервенелое пение в водочном угаре, грубые приставания и мочеиспускание, в то время как дети занимаются тем, что карабкаются по мебели. Под рев и ругань местных жителей создается жуткое впечатление, что весь город является пленником порочного круга своих былых ошибок.


Создавая этот обособленный мир — который, разумеется, есть гротескная аллегория самой Россию — режиссер в такой же степени погружает зрителя в среду, в какой одновременно выбивает его из колеи. Сцены "пузырятся", как вскипающий в кастрюлях бульон, в основном благодаря постоянному присутствию в кадре насилия: будь то не поддающиеся объяснению драки между обывателями, которые разыгрываются на втором плане, или обрывки разговоров, подслушанных героиней во время ее мытарств в залах ожидания и очередях.


Даже на почте какой-то невидимый человек с готовностью пускается в рассуждения о том, как бы стереть с лица земли Соединенные Штаты: «Вы думаете, русские не умеют целиться?— говорит он раскатисто. — Есть много способов разнести Америку в клочья одной единственной ядерной ракетой». Один анекдот заканчивается тем, что разодранное на части тело напоминает собой «Юнион Джек». Кульминацией другого становится то, что человек находит знакомую руку в груде отрезанных конечностей. Наряду с лаем собак и русской поп-музыкой, которую изрыгает радио, слова — просто еще один элемент в структуре этого мира.


Кротость, на которую указывает название фильма Лозницы, есть своего рода пассивное долготерпение, которое по крайней мере в этом бюрократическом аду оказывается необходимым условием выживания. Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, на протяжении всего фильма Маковстева едва ли хоть раз улыбнулась, и выражения, которые появляются на ее лице, зачастую кажутся старше самой героини. У актрисы получился неброский и угрюмый персонаж, но то же время ее актерская работа отличается тонкостью и приковывает внимание зрителя. Маковстевой очень точно удалось передать нарастающее отчаяние, когда героиня понимает, что ее могут поймать в ловушку, из которой нет спасения. И сокрушает зрителя именно то, что она настойчиво торопит эту участь.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.