Оказавшись за решетчатыми воротами, остается проехать еще несколько сот метров через лес и вокруг озера. Вскоре перед глазами предстает его дом. Ален Делон ждет нас на улице вместе с бельгийской овчаркой Лубо. Имение Души, 12 декабря. Он пригласил нас к 11:00, и мы подъезжаем в точно назначенный час. Он ценит пунктуальность. На улице холодно и сыро. Он немного болен, у него температура и хрипота. Но его это мало волнует. Он мог бы остаться в тепле, но ожидает снаружи. Он распахнет все двери дома и тайного сада, словно объятья. Он обходителен, гостеприимен, готов к разговору. Тем не менее перед тем как попасть в дом, куда приглашали лишь очень немногих журналистов, нужно подружиться с молодым Лубо, который, порыкивая, охраняет хозяина, как самое дорогое в мире сокровище. Потом мы переступаем порог королевства, где нет никого, кроме Алена Делона.


Он без спешки показывает и рассказывает. Мы заходим на кухню. С потолка свисают десятки медных кастрюль. Мы замечаем бутылки хорошего вина. В игровой комнате пинбольные автоматы, покерные столы и разнообразные аркадные игры уже давно стоят без дела и практически погребены под ворохом книг, фотографий, коллекций очков и относящихся к съемкам разнообразных предметов. Тем не менее все это вовсе не означает беспорядка, поскольку он раскладывает всю свою жизнь. «Здесь играли и выросли дети. Теперь сюда больше никто не приходит». Как это обычно бывает, его птенцы улетели. Ностальгия и сожаление по прекрасным временам.


Маленький и тесный кабинет, лабиринт коридоров с фотографиями на стенах. Ален Делон рассказывает, показывает тех, кто ушел из жизни, верных собак, любимых людей. Он перебирает в памяти прекрасные моменты с теми, кого почитал и любил. Тени прошлого, вспышки счастья. Когда он шутит и улыбается, его лицо словно светится. Как во времена его блеска. В кинозале буквально представляешь себе крутящиеся катушки с кинолентой. Ален Делон рассказывает, останавливается, идет дальше. Он показывает все с гордостью человека, который создал необычайную вселенную — от крытого бассейна до спортзала, который хотела Розали. На полу в глаза бросается совершенно неуместный в этой обстановке двухметровый макет «Кольбера», знаменитого крейсера французского флота 1930-х годов. Актер всегда следует велению сердца.


Ему хочется показать все, еще и еще. Мы выходим на улицу, несмотря на холод. Мы проходим через сад, мимо дома со вторым бассейном, который он построил для дочери Анушки, вдоль пруда и песчаного пляжа (его когда-то обустроили для мальчиков) и, наконец, подходим к кладбищу, где покоятся его 50 собак. Их клички выгравированы на плитах, могилы сгруппированы квадратами, а пары покоятся вместе. У трех последних собак — особое место по ту сторону часовни. Она же станет последним прибежищем Алена Делона, когда смерть постучится в его дверь. Его лицо мрачнеет, его захватывают чувства, в голосе слышна напряженность. «Хотите зайти в часовню?» Алтарь и стулья, свечи, плиты, места для погребения шести человек. Его место находится прямо за алтарем.


«Моя могила будет здесь. Остальные пусть сами решают. Идите сюда. Сейчас я покажу вам то, что еще никто не видел». Это расположенный поблизости домик. Все очень просто. Маленькая гостиная, ванная и комната, где царит обтянутая черной кожей кровать, которую, по его словам, он купил на первый актерский гонорар. На ночном столике стоит фотография дочери Анушки. «Здесь будет лежать мое тело, чтобы за ним пришли 15 человек, не больше». Все готово. Он понимает, насколько шокирующим выглядит это открытие. «Я все организую». Он не плачет о своей судьбе. Никогда. Он — Делон. Он не знает, что будет после его смерти с любимыми владениями, которые принадлежат ему вот уже больше 45 лет. С этим домом, который был наполнен счастьем и смехом. Пока он справляется сам. Как и всегда.


Закат все ближе. К сожалению, придется оставить Души, убежище, дом-музей, наполненный свидетельствами необычайной и кипучей жизни. «Он сам — национальная библиотека своей жизни, — писал в «Пари Матч» его друг Жан Ко (Jean Cau). — Там все рассортировано. По порядку. Даже беспорядок». Воспоминания о прекрасном. И не очень. Мысли устремлены в наполненное творчеством прошлое, а в голове живы воспоминания обо всех, кто покинул этот мир. Жизнь с прошлым. Но не только. С настоящим тоже связаны мечты.


Алену Делону хотелось бы вновь выйти на сцену, чтобы опять ощутить удовольствие от радостной и прямой связи с публикой, которой так ему не хватает. Его харизма не изменилась. Она все так же неотразима. Когда наш визит подходит к концу, от холодного дуновения смерти почти не остается следа. Он с сияющими глазами говорит, что как в старое доброе время снимется в фильме Патриса Леконта (Patrice Leconte) с Жюльет Бинош. В ноябре он отметил 82-й день рождения и 60-летие актерской карьеры. Она началась с полнометражки «Когда вмешивается женщина». Название оказалось пророческим: он обязан всем именно женщинам. Сопровождавшая его долгие годы неземная красота распахивала перед ним все двери. В специальном номере, который мы посвящаем этой двойной дате, он дает большое интервью с небывалыми откровениями. Его дети, Антони, Анушка и Ален-Фабьен, а также его единственная супруга Натали рисуют его портрет. Искренний и удивительный. Сильный и слабый Делон. Карьера гиганта и жизнь человека, несущего на себе клеймо одиночества. «Его причина — пролитые в детстве слезы. Я прекрасно уживаюсь с ним, оно мне нужно. И даже когда я жил с женщиной и любил женщину, все равно чувствовал себя одиноким».


Во время развода его родителей Эдит и Фабьена ему было четыре года. Ален, дитя любви, оказался между ними, стал ненужным и остался без внимания. Затем была приемная семья и пансионаты. Индокитай. Жизненный путь на волне неприятия и бунтарства. Он мог бы стать мясником, как его приемный отец, или пойти в велоспорт, который стал первой в его жизни страстью. Но он стал звездой. А затем отцом. Две эти роли не всегда уживались друг с другом. «Слава изолирует, отдалят от всех. В том числе от детей». Он не хотел повторять старые схемы. Ушел от Роми, женился на Натали. Та стала мадам Делон. Единственной в его жизни. У них до сих пор остались прочные связи. «Мы были без ума друг от друга, и он был просто счастлив, когда у нас родился сын», — рассказывает она. Антони появился на свет в Голливуде, а Ален и Натали развелись, когда тому было четыре года. Нельзя сбежать от того, что сделало нас теми, кто мы есть.


Инициалы А.Д. «Отец был героем моего детства, — рассказывает Антони. — Реальность переплеталась с фантазиями. В этом большое отличие от Ален-Фабьена и Анушки: у них отец был уже пожилым. Когда я смотрел «Борсалино», Рок Сиффреди (Roch Siffredi) сидел прямо напротив меня. Это было опасно… Передо мной был Делон в расцвете сил, лет и красоты. Разумеется, было непросто. Если бы мне сейчас было 20 лет, было бы куда легче. В любом случае, мне удалось сняться в 40 фильмах и сериалах. Это примерно половина его фильмографии».


Ален и Делон. От одного к другому. «Когда он говорит о себе в третьем лице, его всегда понимают неправильно, — объясняет Натали. — Дело в том, что он всегда проводил черту между Делоном-актером и самим собой». Звезда скрывает человека, затмевает его. Хотя он всячески защищает свою карьеру актера и режиссера, он сомневается, что мог бы стать значимой фигурой как отец. «Был ли я на высоте? Не думаю. Что касается Анушки и Алена-Фабьена, по возрасту я мог бы быть их дедом. Все сложно».


Анушка и Ален-Фабьен. Они гордятся носить фамилию Делон и отдают должное отцу. У них живы воспоминания о прекрасном детстве. «Мы смотрели «Сицилийский клан», наверное, 15 000 раз, — рассказывает Анушка. — Габен, Лино, папа. Три таких актера вместе. Это приводило меня в восторг». «Он уходил на титрах, а потом возвращался три-четыре раза, чтобы спросить, понравилось ли нам, — продолжает Ален-Фабьен. — Мы слышали, как скользят его тапочки…» Они описывают человеческую сторону мирового кумира, который 50 раз появлялся на обложке «Пари Матч». Ален-Фабьен: «Когда он не снимался, то любил на выходных угощать морковками лошадей и кормить хлебом уток. Нужно было видеть, как он выходит утром с кастрюлей размоченного хлеба и идет в поле в дырявом халате, ожидая, пока соберутся вороны. Как-то раз папа пошел с нами в Диснейленд. Ален Делон на американских горках! Это нужно было видеть!» «Он — пример упорного труда, — говорит Анушка. — Одно время он сам монтировал фильмы. Мне это по душе, я снимаю перед ним шляпу. Его критиковали, но он никогда не обращал на это внимания. Он свободен в том, что делает и что говорит. Мой отец — немного Брюс Уэйн, Бэтмен».


Делон-герой, Делон-кумир. Что касается личных достижений, он говорит, что сделал все благодаря женщинам и ради них. Они же обожали его. «Мало кого любили, как меня. Больше всего меня любила Мирей (Дарк), наша история была просто сказочной. Мне ее не хватает. Я очень скучаю по ней». Чувствительный, единственный в своем роде и одинокий, он стал пережившей свое время легендой. Кажется, что его эго в некоторых случаях возносит его до небес. Бог? Он не уверен, что верит в него. Но это не относится к Деве Марии. Он разговаривает с ней, задает ей вопросы. «Она приносит мне облегчение, составляет компанию, которой у меня больше нет. Она всегда рядом. Она слушает и утешает меня». Все выглядит так, словно Ален Делон, несравненный символ земной мужественности, может сегодня найти спасение только с помощью женщин, своих богинь.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.