О важности путешествий

Сегодня Андрей Курков путешествует по миру вслед за своими книгами. «Пикник на льду», его самый знаменитый роман, переведен на 21 язык. "Но так было не всегда",- признается писатель, сидя в одном из киевских кафе. «Для меня путешествовать очень важно, потому что в советское время я чувствовал себя взаперти». Он говорит это на превосходном французском, одним из девяти языков, которыми он владеет. И кафе называется «Французская булочная», выбранное намеренно для интервью французскому журналисту…

Игры с абсурдом

Курков родился в 1961 году под Ленинградом, а вырос в Киеве, где его отец, бывший военный, работал на авиазаводе им. Антонова. Андрей Курков тридцать лет прожил в СССР: «Я был советским человеком. В то время между русскими и украинцами не было никакой разницы… Я был почти типичным советским человеком, то есть антисоветчиком, или тем, кто играл с реальностью, думая, что система абсурдна, но что мы должны выжить, избегая проблем».

В этом и состоит очарование «Пикника на льду», книги о путешествии в страну абсурда литератора-неудачника в компании королевского пингвина.

И вдруг вагон поднимается…

Писатель вспоминает свою первую поездку за границу. Ему было 27 лет. Михаил Горбачев уже начал перестройку, но потребовалось девять месяцев, чтобы получить визу в Англию. Цель поездки: жениться на Элизабет, которая по-прежнему является его женой и матерью его троих детей. Самолет был слишком дорогим, и он поехал на поезде.

На границе между Белоруссией и Польшей, для смены колесных пар на поезде, вагон в котором он ехал на какое-то время был поднят над землей. «В момент, когда меня подняли вместе с вагоном, я подумал: теперь я за границей, я оторван от советской земли!» Тридцать лет спустя, вспоминая об этом глотке свободы, Андрей светится от счастья.

Хвала Шенгену

Стоило приехать на другой конец континента, чтобы услышать хвалебную оду Шенгенским соглашениям! Они были подписаны в 1985 году и должны были постепенно ликвидировать внутренние границы Европы. Сейчас в страны Шенгена входит 26 государств. Андрей Курков назвал свой последний роман «Шенгенская история». В романе он описывает судьбу и путешествие по Западной Европе трех супружеских пар, которые дождались «шенгенской ночи», когда жителей Литвы стали пускать в Европу без паспортов и виз. Они решают попытать счастья в Париже и Лондоне…

Бургундская интермедия

Андрей Курков очень любит хорошо и вкусно поесть, как и герои его романа. Самый яркий эпизод книги описан в главе под названием «Где-то между Дижоном и Боном», в которой рассказывается о фетучини с трюфелем.

Один из друзей рассказал ему эту историю, и он вставил ее в свой роман, предварительно подробно изучив вопрос. Теперь он надеется испытать лично это гастрономическое удовольствие. А пока он внимательно слушает мой совет попробовать трюфельную пасту под соусом Брилья-Саварен.

Пограничники

В его романе есть такие строки: «Вероятно, существуют страны, в которых нет пограничников, — сказал старик мечтательным голосом после короткого молчания, — но эти страны либо больны, либо слишком велики… Если не хуже!» Андрей Курков признается, что когда писал это, то думал о России, этой безграничной империи. И о США со стеной на границе с Мексикой. И, может быть, о Европе тоже…

Европа зимой

Европа открыла Шенгенскую зону без внутренних границ. Сегодня она стремится установить границы как внутри, так и за пределами ЕС. Андрей Курков жалуется на терпеливых европейцев: «В политике, как и в природе, есть времена года: зима, весна лето, осень… И каждый раз, когда лето длится слишком долго, мы мечтаем о зиме. Я думаю, что если политическая зима придет в Европу, то европейцы быстро устанут и попросят вернуть лето. Свобода всегда важнее для людей, чем безопасность. Кто привык быть свободным, не захочет жить в закрытом обществе».

Негативные стереотипы

Тем не менее, борьба против мигрантов доминирует в политических дебатах под давлением популистов. «Это политики, которые играют с открытием и закрытием границ, — говорит писатель. — Поскольку сейчас наблюдается кризис идеологий и политических идей, а образованных людей становится все меньше и меньше, политики должны найти очень простые аргументы: проголосуйте за меня и все вокруг будет белым, а другой говорит — нет черным… Слова теряют смысл и становятся символами. А когда Западная Европа осуждает литовцев или поляков, которые выполняют за них их работу? Очень часто люди прибегают к стереотипам, и они должны быть обязательно негативными. И невозможно спорить с кем-то, кто мыслит стереотипами, кроме как оперируя другими стереотипами».

Эльзас в качестве примера

Андрей Курков пишет по-русски, что не всегда воспринимается в Украине с ее чувствительным отношением к национальной самобытности. «Я выступаю за независимость Украины, теперь я признан патриотом, а не космополитом, готовым переехать в Лондон или Париж». Эта личная алхимия заставила его оценить Эльзас, который он часто посещает. «Меня очень интересуют пограничные регионы. Мне нравится смесь немецких и французских менталитетов и разговоров о культурной, гастрономической и исторической самобытности».

Писатель пытается привлечь внимание украинцев к культуре национальных меньшинств: болгар, румын, гагаузов, греков, русских старообрядцев, венгров. Он хочет «показать украинским националистам, что Украина — это маленькое королевство, со многими национальностями и культурами».

Десятилетняя или двадцатилетняя война…

В ноябре 2013 года он пришел на Майдан в Киеве, протестуя против влияния России на власть в Украине. Это было самое начало революции, которая привела к бегству из страны прорусского президента — после сотни жертв. В ответ Россия вторглась в Крым и по-прежнему поддерживает сепаратистов в Донбассе, на востоке страны. «Война будет продолжаться до тех пор, пока Россия не перестанет поставлять им оружие и нефть. Она в состоянии поддерживать эту войну ближайшие десять, двадцать лет… Чтобы остановить кровопролитие, нужно, чтобы или народ Донбасса устал от этого, или чтобы Россия устала от санкций и давления остального мира… Или нужно чтобы в России произошла смена власти, но я не думаю, что это возможно пока жив Путин».

Олег Сенцов: Путин такой же, как Сталин

Его изображение можно увидеть на всех улицах Украины. Олег Сенцов, украинский режиссер, удерживаемый в тюрьме в Сибири российским правительством, уже несколько месяцев голодает. За что его посадили? За протест против аннексии его родного Крыма Россией. Российский президент отказывается его освобождать, несмотря на международную реакцию. И Андрей Курков опасается, что Владимир Путин не изменит свое отношение, беспокоясь о своих избирателях, которые «ждут, что царь защитит интересы Великой России». Мы упомянули в разговоре возможный обмен заключенными, но писатель считает это вряд ли возможным. «Россия не заинтересована в освобождении своих собственных граждан. Как Сталин отказался обменивать военнопленных, в том числе и своего собственного сына, потому что считал их предателями… Для Путина человеческая жизнь тоже ничего не стоит».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.