Поначалу Йоль праздновали дома, рассказывает Херлейк Баклид (Herleik Baklid), историк культуры из Университета Юго-Восточной Норвегии. Позднее празднование превратилось в общественное мероприятие.

Люди гуляли и катались на санях и верхом, закутавшись в меха и шкуры. Местный хёвдинг (военачальник и глава округа — прим. перев.) приглашал всех поучаствовать в праздничном жертвоприношении по случаю середины зимы. Гости тащили с собой бочки с пивом, медовуху, еду, а некоторые — и какую-нибудь скотину на убой.

Гости собирались в просторном длинном доме (он так и назывался langhus — «длинный дом») в каком-нибудь большом имении. Здание украшали и хорошо протапливали, готовя к празднованию Рождества по-викингски.

Хёкунотт

Трудно сказать, когда именно в эпоху викингов бывали главные празднества. Вероятно, это происходило в районе зимнего солнцестояния.

Это связано с традицией отмечать Йоль — праздник середины зимы — которая возникла значительно раньше эпохи викингов. Во многих древних культурах было принято устраивать праздники в соответствии с годичным циклом.

«Изначально Йоль был, видимо, связан с очень древним поверьем: чтобы боги вернули солнце, необходимо для них что-то сделать», — говорит Элисе Клейване (Elise Kleivane). Она изучает норвежскую филологию в Университете Осло.

Викинги называли все праздники blót — «жертвоприношение». На них скандинавы приносили дары богам. Такие торжества устраивали не только на зимнее, но и на летнее солнцестояние, а также на стыке осени и зимы.

В саге о Хоконе Добром ее автор Снорри Стурлусон пишет, что раньше Йоль отмечали в середине зимы, на Хёкунотт — 13 января. «Йоль праздновали три ночи», — сообщает он.

Это хорошо согласуется с календарем викингов, по мнению Херлейка Баклида. У викингов было два времени года: с 14 октября — зима, с 14 апреля — лето.

Далеко не четырехчасовая вечеринка

Посреди суровой зимы люди съезжались, чтобы отпраздновать Йоль. Пожалуй, это было одно из самых долгожданных событий во время года, когда больше ничего придумать было нельзя.

«Думаю, эти праздники на Йоль устраивали в больших имениях, — говорит Юн Видар Сигурдссон (Jon Vidar Sigurdsson), профессор истории в Университете Осло. — Можно предположить, что хёвдинги приглашали отметить середину зимы своих друзей с женами. Это было довольно масштабное празднество».

Тут встает вопрос, за чей же счет было застолье. Платил ли за все только хёвдинг? Или каждый из бондов (свободных землевладельцев не из числа знати — прим. перев.) приносил с собой что-нибудь поесть и выпить?

Сигурдссон полагает, что второе. Потому что накрыть стол на 300-500 человек могло быть довольно дорого.

Люди собирались в «длинном доме». Это было строение длиной в несколько десятков метров и с очень высокими потолками. В очагах разводили жаркий огонь, чтобы гости не тряслись от холода.

«Ведь не могло быть и речи о том, чтобы гости посидели часа четыре и ушли домой, — говорит Сигурдссон. — Нет, все, кто ехал на это праздник, знали, что он может затянуться. Такие вечеринки длились три-четыре дня».

«Красили стены в красный»

В саге о Хоконе Добром Снорри рассказывает, как проходил традиционный праздник жертвоприношения.

По языческим обычаям, все бонды должны были собраться там, где поклонялись богам, — то есть в «длинном доме» или у места жертвоприношений. Следовало принести продуктов на все время праздника. За столом у всех должно было быть пиво.

Далее, по его словам, убивали предназначенных в жертву овец и лошадей, а их кровь (laut) собирали в специальные чаши.

Потом все брали кисти-метелки, чтобы с их помощью «в красный цвет покрасить жертвенник, стены здания внутри и снаружи, а также окропить мужчин».

Мясо следовало сварить. В центре «длинного дома» на полу были очаги, над которыми висели котлы. Хёвдинг «благословлял кубки и жертвенную пищу».

Потом наступало время тостов. Сначала поднимали кубок в честь Одина за победу и мощь конунга, рассказывает Снорри. Потом полагалось пить кубок Ньёрда и Фрея — за хороший год и мир. Также часто пили кубок Браги, поминая покойных друзей, пишет Снорри.

Вероятно, остальные праздники проходили примерно так же

По словам Юна Видара Сигурдссона, мы не знаем, насколько правдивы описания традиционных праздников, которые мы встречаем у Снорри.

«Очевидно, были какие-то ритуалы. Если они брызгали кровью на стены и, возможно, на лица тех, кто ритуалы проводил, мы не можем это не учитывать», — говорит историк.

Вероятно, праздник в честь Йоля не особенно отличался от других, например, от того, что устраивали в середине лета.

Элисе Клейване напоминает, что Снорри был образованным христианином. Он написал сагу о Хоконе Добром через 200 лет после описанных событий.

«Вполне вероятно, что они действительно пили в определенном порядке в честь разных богов. Но Снорри, вероятно, также пытался как-то соотнести скандинавскую мифологию с античной, которая была предшественницей христианства».

Она говорит, что традиции могли быть разными в разных регионах. Жители других районов могли пить в честь других богов — не тех, кого почитали в Хедмарке.

Устал от жарких женских комнат

По крайней мере одно ясно почти наверняка: пили много.

На вопрос о том, насколько важной составляющей праздника было пиво, Юн Видар Сигурдссон ответил так: «О да, пиво было неотъемлемой частью всех празднеств. То общество вообще было очень пьющим».

Самый древний источник, в котором упоминается Йоль, — это скальдическое стихотворение о Харальде Прекрасноволосом конца IX века. Там сказано, что король во время Йоля устал от домашней жизни, застолья и жарких женских комнат. Из этого складывается впечатление, что Йоль, возможно, совсем был не похож на нынешнее Рождество. Харальд же хотел «выпить за Йоль» в море. Там он «сыграл бы в игру Фрея», то есть поучаствовал в битве.

Распитие пива осталось важной традицией и тогда, когда скандинавы начали праздновать христианское Рождество. По словам Снорри, Хокон издал закон, по которому «Йоль нужно праздновать в то же время, что христиане, и каждый должен запасти для этого определенное количество пива». Нарушителю грозил штраф. Празднование продолжалось, пока хватало пива.

В Законах Гулатинга от 1100 года было сказано, что бонд может и лишиться хозяйства с землей, если не будет варить пиво три года подряд.

Трапеза людей с богами

«На таких праздниках закалывали и ели животных, много пили. Гости, может, и не в стельку напивались, но слегка навеселе были абсолютно все», — говорит Сигурдссон.

Пир в честь богов.

«Они приносили жертвы и дары богам от имени сообщества, а потом сами съедали и выпивали эти подношения. В каком-то смысле это была совместная трапеза людей с богами».

Forskning: А развлечения были?

Юн Видар Сигурдссон: О да, развлечения точно были. Вероятно, исполнялись висы и саги. Сами хёвдинги неплохо владели искусством сказительства.

Рассказывали о заморских путешествиях, о невиданной щедрости конунга, о воронах, радостно пирующих на окровавленных останках врагов. Вероятно, также играли на музыкальных инструментах и пели песни. Можно представить, что с каждым часом зимней ночи вечеринка становилась все оживленнее.

«Зайдя в зал, вы бы сразу увидели, кто самый уважаемый парень в компании. Это был, конечно, хёвдинг», — рассказывает Сигурдссон.

Он сидел на возвышении, возможно, вместе с женой. Поблизости от него размещались другие важные люди.

«Самые незначительные члены общества сидели дальше всего от хёвдинга, так что социальная иерархия выражалась в том, какое гостям выделяли место за столом».

Религия и политика

Вероятно, викинги были религиозны. Но в письменных источниках того периода это не отражено, говорит Элисе Клейване.

«Их религиозность проявлялась в образе жизни, а не в доктринах или молитвах. Во всяком случае, у них не было потребности фиксировать все в письменном виде, как это происходило во времена христианства».

Профессиональных священников тогда не было, но хёвдинги часто брались проводить ритуалы.

«Люди, вероятно, были религиозны в том смысле, что у них были особые даты, когда они приносили жертвы или устраивали праздники в честь богов. Они обращались к тому богу, который мог им помочь в той или иной ситуации. Думаю, их религиозность проявлялась сильнее всего в сложные времена — так же как и у нас сейчас».

Вероятно, большую роль в праздновании Йоля играл Один. У него было много имен. Например, иногда его называли Йольнир (Jólnir) — «йольский Один», если хотите. Но честь воздавали, конечно, не только ему.

«Пили за хороший год и мир, — рассказывает историк культуры Херлейк Баклид. — Нужно помнить, что урожай и мир были важнее всего в то время. Люди очень зависели от хороших урожаев, добыть пропитание было не так-то просто, если посевы погибали. Кроме того, в стране не редкостью были волнения и конфликты».

Но также празднества были способом заручиться верностью людей, рассказывает Элисе Клейване. Правители зависели от поддержки народа и его сплоченности.

«Праздники были своего рода демонстрацией мощи и благосостояния хёвдинга. Вождь приглашал на праздник гостей, дарил им подарки и кормил несколько дней подряд».

Всем хёвдингам обязательно нужно было быть щедрыми.

Ели конину

Forskning: А что ели?

Юн Видар Сигурдссон: Вероятно, ели много конины. Это мясо связано с Одином. Конечно, ели и разное другое мясо, но конина более всего характерна для дохристианского культа.

Законы Гулатинга конину есть запретили. Вероятно, потому что эта практика была связана с язычеством.

«А также, возможно, потому что лошадь была важным транспортным средством и рабочим животным», — говорит Элисе Клейване.

В саге о Хоконе Добром Снорри рассказывает про короля, который должен был поучаствовать в жертвоприношении лошадей в Ладе. Но он отказался участвовать в местных традиционных ритуалах. Он вырос в Англии и был христианином.

На празднике он выпил вино из рога, но перед этим перекрестился. Некоторые фермеры отнеслись к этому без восторга. «Зачем конунг это сделал?» Ярл Сигурд вступился за Хокана, солгав: «Он начертал символ молота».

На следующий день бонды захотели, чтобы Хокон отведал конины. Но он отказался. Тогда они предложили ему отпить супа из конины или хотя бы поесть конского жира. Он и этого не захотел. Бонды были близки к тому, чтобы «пойти против него».

Ярл Сигурд попросил конунга хотя бы открыть рот над дужкой от котла, на которой осел жирный пар от супа, чтобы умиротворить гостей. Конунг положил платок на дужку и только после этого открыл над ней рот. Никто этим не остался доволен, рассказывает Снорри.

На следующий год конунгу на Йоль устроили пир в тренделагском Мэре. Главные бонды придумали план, чтобы заставить конунга поучаствовать в жертвоприношении. В итоге им удалось принудить его выпить все кубки, которые ему подносили, не осеняя их крестом, а также поесть конской печени. Конунг был «весьма недоволен», рассказывает Снорри. Настолько недоволен, что даже решил вернуться туда с большим войском. Но в итоге все закончилось примирением.

Сдерживать Фимбульвинтер?

Есть несколько теорий о подоплеке Йоля.

Одним из религиозных аспектов были жертвоприношения богам в надежде на удачный новый год.

Из скальдической песни «Перечень Инглингов» мы узнаем, что в Уппсале случилось несколько очень неурожайных лет подряд. Конунг Домальди приносил в жертву и животных, и людей. В конце концов во время зимнего жертвоприношения он приказал принести в жертву самого себя. Скальд написал об этом так:

«В давние дни

Княжьей кровью

Воины поле

Окропили,

Рдяную сталь

От остылого тела

Ворога ютов

Несло войско,

Когда закланью

Домальди предал

Свейский род

Урожая ради».

(перевод М. И. Стеблина-Каменского — прим. перев.)

Правдива ли эта история, неизвестно.

«Праздник середины зимы также включал элементы поклонения предкам и солнечного культа», — говорит Баклид.

Возможно, викинги и их предки опасались, что солнце поглотят силы хаоса. Потому что в этом случае наступила бы так называемая Фимбульвинтер — трехлетняя зима, предшествующая концу света, Рагнарёку. Возможно, поэтому они и устраивали праздник с жертвами, чтобы укрепить силы Одина в борьбе со злом, предполагает Ивар Линдтведт Хилле (Ivar Lindtvedt Hille) в своей магистерской диссертации от 2007 года, посвященной скандинавской эпохе викингов и средневековой культуре в целом.

Юн Видар Сигурдссон говорит, что Йоль был и просто праздником, но о том, что именно тогда праздновалось, мы знаем мало. Важно подчеркнуть, что в разных регионах Скандинавии праздновали по-разному — обычаи не были одинаковыми.

Элисе Клейване отмечает, что от эпохи викингов почти не осталось письменных свидетельств, а более поздние источники сомнительны.

«Но мы все равно должны изучать то, что у нас есть, и пытаться понять, какие из этого можно сделать выводы».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.