Свет постепенно возвращается. Вывески вновь обретают цвет, окна горят. Погрузившись в беспросветную тьму с 21 ноября, Крым только начинает выбираться из тисков долгой ночи, когда без электричества осталось большинство из двухмиллионного населения. Три недели спустя после саботажа идущих с Украины линий высокого напряжения (на них приходится 70% электроснабжения аннексированного Россией в марте 2014 года полуострова) опоры, наконец, починили. Однако проблема все еще не решена. Когда на Симферополь к 17 часам опускается ночь, ходить по улицам крымской столицы становится настоящим приключением. Силуэты людей сталкиваются в потемках, а перед собой лучше держать на вытянутой руке мобильный телефон, чтобы не угодить в яму на давно не ремонтировавшемся тротуаре.

На улицах нет никакого освещения за исключением светофоров. Тишину в ночи нарушает только гул генераторов (как сообщают власти, из России в срочном порядке привезли их около 2 тысяч штук). На некоторых перекрестках установили переносные световые колонны, за которыми присматривают полицейские. С 21 ноября повсюду было объявлено чрезвычайное положение. Продажа спиртного запрещена с 17 часов, а рестораны закрываются в 20 часов.   

На северо-западе Ялты жители подписали петицию с просьбой убрать установленную у их домов мобильную электростанцию. Они готовы смириться с неработающими лифтами и отсутствием отопления и света, только бы больше не слушать оглушительный рев двигателей. Знаменитая гостиница «Ялта», где некогда Сталин перекраивал мир вместе с Черчиллем и Рузвельтом, прекратила работу, проведя нехитрый подсчет: на топливо для мощных генераторов ей пришлось бы тратить более 240 тысяч рублей в день. Здесь, как и везде, на площадях появились грузовики с огромными экранами, по которым транслируют российское телевидение. Как бы не складывалась обстановка, информацию всегда нужно держать под контролем.

«Энергетическая блокада»

С начала кризиса по всей территории появились новые плакаты. Улыбающийся и внушающий уверенность президент Владимир Путин на фоне лозунга «Крым. Россия. Навсегда». Иначе говоря, возврат в прошлое — это утопия. «России понадобилось всего три недели, чтобы изменить мою жизнь, занять правительственные здания, провести референдум и раздать всем паспорта, но за год и восемь месяцев она не смогла предотвратить то, что случилось», —  говорит Илона из Ялты. Она ощущает себя в одиночестве при виде того, как отключение электричества только усиливает пророссийские настроения. Уставшие от каждодневной борьбы люди продолжают терпеть.

Грузовики с товарами перестали ездить через пограничные посты, которые возникли на рубеже полуострова и его бывшей родины. Им на смену пришли более 500 буксиров, каждый день толкающих баржи через Керченский пролив. Затем наступила, как ее здесь называют «энергетическая блокада». «Это была наша последняя связь с Украиной», — говорит в своем кабинете крымский лидер Сергей Аксенов, обещая, что «скоро полуостров станет полностью независимым». «Благодаря нашему лидеру Владимиру Путину заработал первый энергетический мост, по которому нам идет 230 МВт, а второй должен начать работу 15 декабря», — утверждает премьер. 2 декабря президент России побывал на запуске первого проложенного по дну азовского моря кабеля. Тем не менее этого пока что недостаточно для удовлетворения потребностей полуострова, которые оцениваются в 1 350 МВт в день. 

При поддержке украинских активистов крымские татары (их лидерам запрещен въезд на территорию полуострова) взяли на себя ответственность за подрыв опор и требуют освобождения 13 политзаключенных, в том числе одного из самых видных их деятелей Ахтема Чийгоза и украинской летчицы Надежды Савченко. Владелец татарского телеканала ATR (закрыт в апреле российскими властями) Ленур Ислямов заверил украинские СМИ, что «это только начало».  

Более 10 тысяч представителей этой небольшой мусульманской общины, на которую до недавнего времени приходилось 12% населения (при Сталине их депортировали из Крыма), решили покинуть полуостров. И все опасаются, что сближение Запада с Россией по сирийскому вопросу может отодвинуть их проблемы на второй план. «Разумеется, мы боимся, что про нас забудут», — вздыхает Нариман Джелялов, заместитель главы Меджлиса (этот совет крымских татар не признается властями). Как отмечают в этом тюркоязычном меньшинстве, ухудшение отношений между Турцией и Россией еще больше усиливает давление. «Собрания запрещены, но не для всех: пророссийским активистам позволили провести митинг у здания правительства и сжечь портрет Эрдогана», — с горечью отмечает Джелялов.

Через два дня после отключения электричества крымская прокуратура открыла дело по статье «терроризм», что заставляет и так уже испытывающих на себе серьезное давление крымских татар опасаться новой волны репрессий. «Разумеется, это был теракт, и его участников будут преследовать по закону с этой недели!» — кипятится Сергей Аксенов. Тем не менее «замешаны были лишь трое или четверо крымских татар, — отмечает он. — Виновные получили указания от Петра Порошенко и американского Госдепа!» Кадры того, как неловко себя ощущающие украинские военные пытаются вернуть под контроль обрушенные опоры, определенно убедили в этом крымские власти. 

7 декабря местным школам удалось восстановить работу после вынужденных двухнедельных каникул. «Отопление работает, но мы все же советует ученикам брать с собой лампу», — говорит Игорь Ковалев, директор одной из самых старых симферопольских школ, где учатся 1 229 детей. Учительница Валентина встречает дома гостей при свете свечи. «Я только с пятого раза нашла в магазине аккумуляторную лампу, а цены на свечи выросли раз в десять», — вздыхает она. 8 декабря электричество в ее районе дали только утром на три часа.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.