Совершив двухнедельную поездку в Амстердам, Милан, Бейрут и Дамаск, я в полном объеме увидел, какой финансовый ущерб вызвал обвал нефтяных цен на Ближнем Востоке. Ливан, где вот уже два года никак не могут выбрать президента, испытывает проблемы в туриндустриии. Но при этом не пересматривает курс ливанского фунта по отношению к доллару, благодаря эффективной банковской системе, управляемой Риадом Саламехом (Riad Salameh), возможно, лучшим председателем Центробанка в мире, учитывая то, что страна вечнозеленых кедров находится на военном положении.

Нельзя сказать то же самое о Сирии, где правительство Башара Асада вынуждено действовать в тяжелейших финансово-экономических условиях. В стране наблюдается острая нехватка товаров первой необходимости, а сирийский фунт недавно обесценился на 20%. В целом, после начала гражданской войны, сирийская национальная валюта упала на 92% по отношению к доллару. В течение года мое внимание сильно привлекло усиление иранского влияния в Ливане на фоне ослабления позиций как Саудовской Аравии, так и остальных нефтяных монархий арабского мира.

Главной темой моих встреч в Ливане с двумя главными претендентами на президентский пост — генералом Мишелем Ауном (Michel Aoun) и генералом Шамилем Рукозом (Chamel Rukoz) — было все более явное финансовое давление, оказываемое на Саудовскую Аравию.

Я высказал своим собеседникам опасение, что для того, чтобы США выплатили свой долг Ирану в размере приблизительно 150 миллиардов долларов, им просто придется отобрать их у Саудовской Аравии, которая совершила большую ошибку, разместив свои значительные валютные запасы —около 660 миллиардов долларов (четвертые в мире по объему) в США, которые вряд ли им их вернут, не говоря уже о многочисленных долговых обязательствах, которые Саудовская Аравия купила у США, вместо того, чтобы диверсифицировать свои активы.

Во вторник Сенат принял отвратительную поправку, позволяющую жертвам терактов 11 сентября предъявлять судебные иски к Саудовской Аравии. А Конгресс тем временем собирается предать огласке неопубликованные 28 страниц доклада комиссии по расследованию терактов 11 сентября, где говорится об их организаторах.

Мои заслуживающие доверия источники в Бейруте сообщили, что именно тогдашний консул США в Йеде выдал визы предполагаемым саудовским террористам. Конечно, этот факт никогда не станет предметом расследования Конгресса.

Влиятельный глава «Роснефти» Игорь Сечин, приближенный Владимира Путина, в интервью британскому агентству Рейтер в категоричной форме заявил о том, что время ОПЕК подошло к концу, и она перестала оказывать влияние на нефтяной рынок.

Вполне вероятно, что заявление Сечина о кончине ОПЕК вызвано отсутствием соглашения между Саудовской Аравией и Ираном, представители которого даже не присутствовали на последней встрече в Дохе 17 апреля, а также с Россией в вопросе замораживания добычи нефти и сдерживания падения цен на этот углеводород. В этой связи уместно напомнить, что они опять пошли вверх и уже достигли 50 долларов за баррель для марки Brent.

Мы полным ходом движемся к регионализации углеводородов, когда США захватили богатейшие месторождения в Мексиканском заливе благодаря продажности коррумпированного правящего класса Мексики и обслуживающих его политических партий, ставя препоны разработке огромных нефтяных месторождений в Бразилии и Венесуэле?

Как будут приспосабливаться к создавшемуся положению Алжир, Ангола, Эквадор и другие члены ОПЕК, во главе которой по-прежнему стоят нефтяные монархии арабского мира, к новым реалиям нефтяного рынка, на котором набирают силу процессы регионализации?

Известный американский геополитик Фредерик Уильям Энгдаль (F. William Engdhal), который, по моему мнению, гораздо глубже исследует проблему, чем Майкл Клэр (Michael Кlare), способный лишь воспроизводить тезисы американского правящего класса, хотя и не в такой степени, как главный пропагандист англо-американской нефтяной промышленности Даниэль Ергин (Daniel Yergin), указывает на то, что «англо-американский нефтяной рынок разрушен».

Энгдаль развивает мысль Сечина о несостоятельности ОПЕК, которая уже не может диктовать свою волю рынку. Он также указывает на непродуманную политику бывшего министра нефти Саудовской Аравии аль-Наими (al-Naimi), место которого только что занял Халид А. Аль-Фалих (Khalid A. Al-Falih). Аль-Наими отказался от сланцевой нефти и газа, вызвав тем самым дефицит государственного бюджета Саудовской Аравии, и при этом создал избыток нефти в 3 миллиарда баррелей.

Он предупреждает о том, что цены не вырастут до тех пор, пока избыток добытой нефти не будет сокращен. Если бы ОПЕК сумела добиться сокращения добычи нефти на 3 миллиона баррелей в день, то ей понадобилось бы почти три года на то, чтобы стабилизировать рынок.

Энгдаль утверждает, что нефтяной рынок сейчас разрушен, что повлечет за собой огромные, хотя и отчасти положительные политические последствия. Одно из них заключается в снижении роли доллара на мировых рынках, поскольку нефть является наиболее продаваемым сырьем в мире, за исключением разве что незаконного оборота наркотиков, а также «развал дорогостоящей индустрии сланцевой нефти в США». Отставка аль-Наими является как раз тем событием на рынке, которое подводит черту под англо-американским контролем на мировом нефтяном рынке.

В качестве сверхважной дополнительной информации Энгдаль отметил, что новая торговая нефтяная торговая площадка — Санкт-Петербургская международная товарно-сырьевая биржа (Spimex) — где торговля будет вестись уже исключительно на российские рубли, а не на американские доллары, вот-вот начнет торги.

Интересно, что директором Spimex назначен не кто иной, как Игорь Сечин.

Было очевидно, что цена в 20 долларов за баррель, к которой подтолкнули нефть финансовые спекулянты с Уолл-стрит, неприемлема для России и может привести к крупномасштабной войне.

С другой стороны, цена в 110 долларов была неприемлемой как для США, так и для Китая. Цена в промежутке от 50 до 70 долларов будет означать негласное геополитическое соглашение по нефти. Причем, эта цена будет намного более обоснованной, чем та, которую устанавливает Уолл-стрит, основываясь на примитивном соотношении спроса и предложения. В свою очередь, это приведет к геостратегическому соглашению между США и Россией, в результате которого Лавров и Керри разработают новую карту Большого Ближнего Востока, призванную заменить устаревший договор Сайкса-Пико, подписанный 100 лет тому назад.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.