Кризис евро начался в 2010 году как долговой кризис и стал причиной политических потрясений во многих странах ЕС.

Исторически такие финансовые кризисы становились большим испытанием для политической системы в западных демократиях, чем другие экономические кризисы.

Сегодня подъем переживают правопопулистские партии.



Перевороты

В 19 странах, использующих евро, лишь Ангела Меркель в Германии стала политическим руководителем, пережившим все потрясения, связанные с евро.

В большинстве других стран были и смены правительств, и расцвет протестных движений, и партии-евроскептики.

Греческий случай

Греция стала той евространой, которую тяжелее всего поразил кризис госдолга. В этом смысле она и типична, и нетипична для политических переворотов, следующих в кильватере финансового кризиса.

Сейчас страной управляет коалиция, в которую входит леворадикальная Syriza и правопопулистская партия «Независимые греки» — обе партии пришли к власти на волне народного протеста против антикризисной политики, проводимой с 2010 года.

На крайне правом фланге — неонацистская партия «Золотая заря», занявшая третье место на выборах в парламент осенью прошлого года.

Кризисы за последние 140 лет

Взяв за основу кризис евро, три немецких экономиста — Мануэль Функе (Manuel Funke) из Свободного университета Берлина, Мориц Шуларик (Moritz Schularick) из Боннского Университета и Кристоф Требеш (Christoph Trebesch) из Университета Людвига-Максимилиана в Мюнхене выявили связи между экономическими кризисами и политическими выборами.

Они проанализировали более 800 парламентских и президентских выборов в 20 западных странах за более чем 140 лет (с 1870 по 2014 гг).

Норвежские кризисы

Что касается Норвегии, то предметом исследования стали банковские кризисы, поразившие Норвегию в 1899 году (кризис недвижимости в Кристиании), 1920, 1923, 1931 и 1988.

Исследователи рассмотрели поддержку избирателями правых политических протестных партий — таких, как Federlandslaget («За Отечество» — норвежская консервативная организация, основанная в 1925 году и распущенная в 1940 году. Много внимания уделяла пропаганде. Ее нередко называли фашистской — прим. ред.), Nasjonal Samling («Национальное единение» — норвежская фашистская партия, существовавшая в 1933-1945 гг. — прим. ред.), Fremskrittspartiet («Партия прогресса») и Demokratene («Демократы») после этих кризисов.

Исследователи связывают рост поддержки «Партии прогресса» с 3,7% в 1985 году до 13% на выборах четырьмя годами позже с банковским кризисом в конце 1980-х годов.

Буржуазное правительственное интермеццо в 1989-1990 гг. с Яном П. Сюсе (Jan P. Syse) из консервативной «Правой» партии объясняется тем же.

Из норвежских политических партий на левом фланге исследовались Коммунистическая партия Норвегии, Социалистическая левая партия и «Красные».

Приток избирателей

Одно из открытий, сделанных экономистами, заключается в том, что финансовые кризисы ведут к большей политической нестабильности и переворотам, нежели другие периоды экономического спада или экономические потрясения, связанные с природными бедствиями, войнами или большими катастрофами.

Пользу из этого извлекают для себя партии на крайне правом фланге. Такое было и перед, и после Второй мировой войны.

В рассматриваемый период во всех странах поддержка избирателями этих партий выросла на 30% за пять лет, прошедших после финансового кризиса.

Ни нацистские диктатуры в Германии и Австрии в 1930-е годы, ни фашистская диктатура в Италии в 1920-1930-е годы предметом исследования не были.

«Новые правые»

Успехи правопопулистских партий более впечатляющи, чем успехи традиционных фашистских и неонацистских партий на крайне правом фланге. Это касается таких правопопулистских партий, как Партия независимости Соединенного Королевства (UIKP) в Великобритании и Партии свободы в Нидерландах.

Еще одно открытие: партии, находящиеся на крайнем левом фланге, не смогли в такой же степени воспользоваться плодами нестабильных для экономики периодов, вызванных финансовыми кризисами.

По правде говоря, лишь левая греческая партия Syriza и ее испанское ответвление Podemos, пользующиеся большой поддержкой избирателей, стали «законорожденными детьми» кризиса евро.

Другие открытия, сделанные в исследовании:

• Финансовые кризисы сопровождаются важными изменениями в поведении избирателей. Складывается впечатления, что подобные кризисы ведут к большей неуверенности. Кажется также, что избирателей привлекает политическая риторика крайне правых, нередко с явными националистическими или ксенофобскими тенденциями.

• Политическому руководству после финансовых кризисов бывает непросто. С особой очевидностью это проявилось после Второй мировой войны. Поддержка партий, входившей в правительства, в среднем упала на 4,4%, а поддержка оппозиционных партий выросла на 3,5%.

• Многие мелкие партии способствовали расколу в национальных собраниях. В среднем за пятилетний период, прошедший после финансовых кризисов в 1950 году, в парламенте появлялась одна новая партия.

• Забастовки и демонстрации протеста, часто сопровождаемые уличными беспорядками с применением насилия, драматическим образом возрастают после финансовых кризисов. Это рассматривается как еще один признак ограничения простора для политического маневра власть имущих.

Нестабильные возможности политического маневрирования часто приводят к правительственным кризисам и смене политических лидеров.

Более тяжкие последствия

Другие обществоведы выяснили связь между более слабым экономическим подъемом после финансовых кризисов, чем после обычных конъюнктурных спадов.

Другие исследования показали, что после финансовых кризисов экономические последствия ощущаются более непосредственно.

• Банки, положение которых является шатким, могут вызвать панику среди вкладчиков, которые опустошают свои накопительные счета.

• Количество банкротств резко возрастает.

• Банки несут серьезные потери, в отношении их может быть введено внешнее администрирование, их могут заставить объединиться с другими финансовыми учреждениями.

Работа немецких исследователей показывает, что по прошествии пяти лет последствия финансовых кризисов, как правило, начинают слабеть. Политические же кризисы могут продолжаться больше десяти лет.

Все сходит «на нет»

Цифры, приводимые учеными, показывают, что поддержка правоориентированных протестных партий достигает максимума — 30-40% через пять лет после финансового кризиса и понемногу спадает до 20% через десять лет.

Партии, традиционно входящие в правительство, переживают обратное развитие. Наиболее долговременное последствие, судя по всему, это рост количества партий, представленных в национальных собраниях.

Политические перемены, следующие в кильватере финансовых кризисов, как правило, носят временный характер, делают вывод исследователи.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.