Другая Россия начинается по адресу Ленинградское шоссе 39А на северо-востоке российской столицы. При входе во второй корпус здания посетителя встречает «Зеленый слон». Его высота составляет 2,65 метра, и это скульптура Сальвадора Дали. Владелец фирмы Евгений Касперский считает, что зеленый цвет прекрасно сочетается с логотипом его предприятия. К тому же, у него великолепное название — первоначально автор называл его «Триумфальным слоном».

То, чего добился Касперский на Ленинградском шоссе, на самом деле, можно назвать триумфальным успехом. Производитель ативирусных программ и софта в области безопасности для интернета — помимо нефти, природного газа и автоматов Калашникова — является самой известной российской маркой во всем мире. 19 лет назад выпускник московской Высшей школы КГБ вместе со своей женой создал предприятие, называнием которого стала его фамилия. Сегодня в нем работают 3500 сотрудников в 37 представительствах фирмы во всем мире. Лишь 15% оборота компании приходится на внутренний рынок. Треть выпадает на долю Европы и четверть — на долю Соединенных Штатов Америки.

То, что для привыкших к глобализации жителей Запада звучит отнюдь не сенсационно, для российской экономики является особым случаем. Уже давно ведущее место в ней занимает экспорт сырья (преимущественно нефти и природного газа). Тем не менее, многие высокопоставленные политики в последние несколько недель радостно сообщали о преодолении подобной односторонней зависимости. Однако при ближайшем рассмотрении оказывается, что здесь, частично, в игру вступила пропаганда. Как статистика российской таможни, так и известный российский Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) свидетельствуют о том, что, сырьевые товары составляют, соответственно, 60,7% или 59% от общего объема экспорта. Это фатальный факт с учетом обвала цен на нефть, который произошел летом 2014 года: в прошлом году весь российский экспорт в долларовом выражении по сравнению с 2014 годом сократился на 31% и составил 343,4 миллиарда долларов (309 миллиардов евро). Так что ни о каком преодолении сырьевой зависимости речь не идет, однако есть достаточно оснований говорить о ее сокращении. Еще в первом квартале 2015 года доля сырьевых товаров — в зависимости от статистических данных — составляла от 66% до 68%.

Нельзя сказать, что мы уже «слезли с нефтяной иглы», констатировал пару дней назад глава кремлевского штаба Сергей Иванов. Но, по его словам, экономика на правильном пути.

Пресс-конференция генерального директора "Лаборатории Касперского"


И за это страна должна быть благодарна не только компании «Касперский», оборот ативирусных программ которой в прошлом году составил 619 миллионов долларов. Другие настроенные на инновации умы, находившиеся в тени сырьевых концернов, превращаются в глобальных игроков.

Так, например, можно назвать предприятие «Монокристалл», крупнейшего в мире производителя искусственных сапфиров: со своими кристаллами весом в 300 килограммов оно во время бума со светодиодами за пару лет назад совершило настоящий прорыв, а сегодня этот поставщик компании Apple страдает только от того, что американский концерн не использует сапфиры в своей модели iPhone 6. А еще можно назвать работающую в области ИТ компанию ABBYY, которая принадлежит к числу ведущих предприятий в мире в области программного обеспечения для машинного зрения и компьютерной лингвистики, а ее продукты используются такими компаниями как HP, Panasonic и Samsung Electronics.

Сегодня экспорт техники в области ИТ, судя по всему, является источником большого богатства, о чем свидетельствует прочное место Евгения Касперского в списке Forbes российских миллиардеров. Однако эти предприятия не приносят своей стране потоков денег, сравнимых с теми, которые обеспечиваются экспортом сырьевых товаров. По оценке Министерства связи и массовых коммуникаций, в прошлом году Россия экспортировала продукты в области ИТ технологий на сумму 7 миллиардов долларов.

И, тем не менее, время для них сегодня оказывается как никогда благоприятным. Это связано с рублем, который в результате обвала цен на нефть в прошлом году упал до рекордно низких показателей и продолжает оставаться на относительно низком уровне. В течение долгого времени далекие от сырьевой отрасли сектора экономики сталкивались со сложностями при экспорте из-за высоких котировок рубля, обусловленных ценами на нефть. Теперь слабость национальной валюты играет на руку этим предприятиям.

Однако в долларовом исчислении их обороты поначалу даже немного сократились. У Касперского это сокращение было порядка 9%. А у компании «Монокристалл» оно составило 18%. «Расширение доли рынка в государствах с развивающейся экономикой, несмотря на выгодный курс рубля, происходит медленно и постепенно», — отметил в интервью газете Welt один из официальных представителей компании «Касперский». Если выгодный курс рубля пока не помогает увеличить долю на внешних рынках, он, тем не менее, обеспечивает большее пространство для маневра, поскольку доходы поступают в долларах или в евро, тогда как основная часть расходов у себя дома приходится на рубли. Подобная ситуация заставляет и государственный бюджет выглядеть лучше, чем он есть на самом деле. Одни только расходы на персонал сократились в некоторых случаях до 50%. Касперский планирует в этом году принять на работу около 300 новых компьютерных специалистов. О преимуществах слабого рубля говорят абсолютно все.

Девальвация такого масштаба происходит не часто. И даже для иностранных инвесторов, которые в последние два года обходили Россию стороной, слабый рубль теперь является причиной для того, чтобы вновь вернуться в страну. Дело в том, что оттуда они имеют возможность выгодно экспортировать свои товары. Так, например, компания Continental поставляет производимые в России автомобильные шины в Западную Европу и в Китай. Компания VW экспортирует моторы, производимые на своем заводу в Калуге, расположенном недалеко от Москвы. И даже мебельная компания Ikea рассматривает возможность экспорта производимой в России продукции в другие страны.

Проблем с престижем бренда и имиджем эти «западные» товары, поставляемые с ярлыком «made in Russia», не имеют. Иначе обстоит дело для истинно российских товаров, для которых в мире сначала должен быть создан соответствующий бренд. Это была бы не Россия, если бы сразу же не последовало обращение за помощью к правительству: «Государство должно поддерживать бренд «made in Russia», — с таким требованием выступил Петр Фрадков. Он является сыном главы российской Службы внешней разведки (СВР), а сам он возглавляет Российский экспортный центр (РЭЦ), который был создан правительством лишь в прошлом году. Можно было бы еще попросить, чтобы государство просто в меньшей степени мешало работе, и в результате могли бы освободиться производственные ресурсы. В различных секторах государство все еще оказывает поддержку предприятиям. В том числе в монополизированной государством области производства вооружений, которую в России вполне откровенно называют «военной промышленностью». Не случайно она уже давно — наряду с сырьевой отраслью — является важнейшим экспортным сектором экономики. Что касается надежности данных, то здесь требуется осторожное отношение. Методы подсчета значительно отличаются. Россия, согласно вызывающим доверие данным Стокгольмского международного института исследований проблем мира (Sipri), продолжает уверенно занимать второе место после Соединенных Штатов в области экспорта вооружений. Однако, как отмечают эксперты Sipri, объем российского экспорта сократился в 2014 году и в 2015 году. Возможно, это связано с тем, что Россия в определенный момент времени не поставляла свою продукцию в Китай и Индию, так как существовали проблемы в сфере защиты авторского права, считает российский военный эксперт Александр Гольц.


На долю России приходится примерно четверть глобального рынка вооружений. Две трети российских поставок вооружений направляются в Юго-Восточную Азию. Так, например, Пекин стал первым покупателем российского зенитно-ракетного комплекса С-400, а также 24 истребителей Су-35. По данным Конгресса США, Россия ежегодно получает за счет экспорта оружия около 10 миллиардов долларов. Российский Центр анализа мировой торговли оружием дает на 2015 год другую цифру — почти 14 миллиардов долларов. В любом случае, российская военная промышленность получает пользу от выгодного курса рубля, подчеркивает ведущий российский экономический журнал «РБК».

А еще она получает выгоду от требований государства относительно сохранения тайны. Если руководствоваться данными российской таможни, то под государственным секретным кодом SSSS в прошлом году было экспортировано товаров на 56,2 миллиарда долларов. Каждый седьмой доллар экспортных поступлений проходит по коду SSSS — такого количества не было с 2012 года. Речь в данном случае идет не только о товарах двойного назначения (для гражданских и военных целей). Под эту категорию подпадают также определенные поставки авиационной промышленности и даже природного газа. Не случайно Германия с 9,45 миллиардами долларов занимает первое место среди принимающих стран для российских товаров по коду SSSS.

В любом случае, сельское хозяйство не требует никакого сохранения тайны. Напротив — оно является почти единственным сектором экономики в России, который в настоящий момент переживает подъем, и все об этом говорят. Причиной подобного роста является, прежде всего, запрет на импорт западных аграрных продуктов, что приводит к увеличению местного производства. Кроме того, слабый рубль способствует теперь росту экспорта, и поэтому продажа сельскохозяйственной продукции приносит больше денег, чем экспорт вооружений, сообщило недавно новостное агентство Bloomberg. В 2015 году Россия оставила позади крупнейших экспортеров зерновых — Соединенные Штаты и Канаду.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.