В конце 1991 года бывший президент России Борис Ельцин возглавил сформированное им правительство, где экономическим блоком руководил Егор Гайдар и некоторые другие министры, которые были знакомы с экономическим направлением радикального либерализма. Они тесно взаимодействовали с Международным валютным фондом, Всемирным банком и некоторыми западными неолиберальными экономистами из так называемого «Вашингтонского консенсуса» (тип макроэкономической политики, рекомендованный в конце XX века руководством МВФ и Всемирного банка к применению в странах, находящихся в экономическом кризисе — прим. пер.).

Правительство, которое иногда называют «правительством Ельцина-Гайдара», приняло вариант «Вашингтонского консенсуса», предполагавшего реализацию метода шоковой терапии для ускорения перехода к рыночной экономике. В том числе эта политика включала в себя приватизацию государственной собственности, отмену субсидий, либерализацию цен и заработных плат. Были пересмотрены социальные обязательства государства в целях преодоления дефицита бюджета и расширения сферы частного капитала без вмешательства в рыночные механизмы. Реформа в начале 1992 года началась с либерализации цен. Было пересмотрено около 90% оптовых и розничных цен, также в связи с этим были пересмотрены правительственные социальные программы. Только за 1992 год цены выросли почти в 26 раз, а ВВП упал на 14,5%, объем инвестиций снизился на 40%, промышленное производство снизилось на 18%, а также произошел обвал национальной валюты. Спад производства и рост инфляции привели к серьезному кризису в производстве. Инфляция также привела к снижению покупательской способности населения, и начался кризис неплатежей. Чтобы преодолеть эту проблему, компании были вынуждены заниматься бартером. К снижению уровня жизни добавился тот факт, что большая часть населения потеряли свои сбережения, хранившиеся в правительственном сберегательном банке, и положение ухудшилось еще сильнее.



Этот экономический шок имел и серьезные политические последствия, что нашло отражение в эскалации конфликта между Ельциным и парламентом, выступавшим за постепенные реформы. Законодательное собрание также выступало против приватизации, инициированной Ельциным и его сторонниками, так как считало, что это приведет к разграблению государственной собственности небольшой группой лиц, «олигархами», связанными с мафией и преступным миром. Однако это стало ясно лишь в последующие годы. Тем не менее сторонники «неолиберального рынка» одобрили упразднение государственной собственности. Главный принцип, которым руководствовались Ельцин и его команда, заключался в том, что ускоренное строительство капитализма должно осуществляться любой ценой. Они считали, что рыночные механизмы должны функционировать свободно, и только тогда будут решены все проблемы.

Помимо политического и экономического кризиса, остро встали и социальные вопросы. Именно поэтому для большинства россиян реформы «Ельцина-Гайдара» остаются неприемлемыми. И хотя большинство пострадало от этих реформ, Ельцин, борющийся за сохранение нового режима, смог найти поддержку среди некоторых групп населения. Это были те, кто смог извлечь выгоду из новой политики, а также значительная часть советской номенклатуры. Реформы открыли многие двери для этой «супербогатой» прослойки населения, поэтому они были заинтересованы в укреплении президентской власти. Народные волнения, на которые опирался российский парламент в условиях конституционного кризиса, не пугали сторонников Ельцина из числа интеллигенции, бюрократии и новой «олигархии». Свою роль в мобилизации сторонников Ельцина в противостоянии с парламентом сыграла приватизация. Обстрел здания Парламента в 1993 году и принятие новой Конституции дали ему максимальные полномочия, вплоть до фальсификации президентских выборов в 1996 году в его пользу. Однако эти политические шаги не вывели страну из финансово-экономического кризиса, и в 1998 году произошел дефолт.

К началу 1999 года реформы Ельцина привели к снижению объемов промышленного производства почти в два раза, сельскохозяйственной продукции — на одну треть. Международные инвестиции снизились на 60%, а падение ВВП составило около 59% по сравнению с уровнем 1990 года. Также существенно по сравнению с 1989 годом снизился показатель среднего годового потребления на душу населения. Социальное неравенство достигло невероятных масштабов. По некоторым данным, лишь 2% населения находились на вершине пирамиды доходов, в то время как 58% находились на грани бедности, а 25% — за чертой бедности. По другим данным, в конце эпохи Ельцина более трети населения находилось за чертой бедности. Разрыв между бедными и богатыми превышал 50 раз по всей России и 90 раз в Москве. За время своего правления Ельцин не смог устранить дефицит государственного бюджета.

Негативный опыт ельцинских реформ, нацеленных на построение свободного рынка, заключался, прежде всего, в отсутствии «социальной подушки безопасности» и механизмов борьбы с коррупцией. Это стало шоком для российского общества. Поэтому сейчас необходимо усвоить уроки из этого беспрецедентного экономического краха. По мнению некоторых экономистов, масштаб кризисных явлений в российской экономике 90-х годов сопоставим с «Великой депрессией» конца 20-х — начала 30-х годов прошлого века. Что же касается российской экономики после Ельцина, то это уже другая история, которая, несмотря на новые внешние и международные обстоятельства, по-прежнему своими корнями уходит в ту эпоху.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.