Обещания, данные Дональдом Трампом американским избирателям, почти гарантируют в ближайшие годы много потрясений в мировой экономике. Мы не можем сегодня с уверенностью сказать, так ли уж Трамп на самом деле не любит свободную торговлю, но победить Хиллари Клинтон он мог, только перетянув на свою сторону рабочих, которые потеряли свои рабочие места из-за того, что те были перенесены в рамках соглашения о Североамериканской зоне свободной торговли (NAFTA) в Мексику, в Китай и страны Юго-Восточной Азии.


Перенос сборочных производств позволил американским корпорациям снизить издержки производства и сделал их продукцию более конкурентоспособной. Однако вскоре за ними последовали западноевропейские и японские фирмы, и эффект выноса производств в другие страны был нивелирован. В результате в выигрыше остались страны, принявшие эти производства, уровень жизни промышленных рабочих в этих странах вырос, а в проигрыше остались американские, западноевропейские и японские рабочие, уровень жизни которых относительно снизился.


Первыми решили «выйти из этой игры» английские промышленные рабочие, проголосовав за выход Великобритании из Евросоюза с вполне возможным выходом и из зоны свободной торговли ЕС. После успеха Брексита Трампу ничего не оставалось, как присоединиться к этой стратегии.


Уже объявленный выход США из Транстихоокеанского партнерства (Трамп подписал соответствующий указ 23 января) и вполне возможный пересмотр соглашения по NAFTA ведет к тому, что под ударом окажется вся низкомаржинальная промышленная торговля. Например, автомобилестроение.


Но в производстве дорогостоящих машин автопроизводители не слишком зависят от импортных пошлин. Например, на одном внедорожнике Cayenne немецкий автопроизводитель Porshe зарабатывает около 17 тысяч евро. Повышение пошлин на дорогостоящие автомобили сделает экспорт такой продукции несколько менее выгодным, а вот экспорт бюджетных малолитражек, на которые приходятся весьма существенные объемы производства автогигантов, может стать убыточным в случае введения импортных пошлин, так как на них производители зарабатывают всего несколько сотен долларов на единице.


Захотят ли они размещать свои производства в США, где дорога рабочая сила и высокая стоимость услуг и аренды, как того требует Трамп? Далеко не факт. Такие большие капиталовложения, как строительство автозавода, носят стратегический характер, а некоторые аналитики говорят, что президентство Трампа, как в свое время Джимми Картера, может ограничиться только одним сроком пребывания на президентском посту. Уж очень «расколотой» сегодня оказалась американская нация, что мы и увидели недавно по невиданным со времени войны во Вьетнаме демонстрациям на улицах американских городов.


Поэтому вероятные протекционистские действия Трампа, временно создав рабочие места в американских традиционных индустриальных отраслях, могут привести к застою в международной торговле и опосредованно нанести американской экономке значимый ущерб. Снизится покупательская способность многих американских потребителей (многие конкурентоспособные американские предприятия получают выгоды от международной торговли), что приведет к снижению спроса на американские автомобили, к снижению продаж (а это станет фактором сокращения рабочих мест в американской автомобильной промышленности, что будет неприятной неожиданностью для Трампа).


Мировая экономика сейчас вступила в период турбулентности и пока мы мало что сможем сказать о том, как будут развиваться процессы в ближайшем будущем. Проявит ли Трамп несгибаемое упорство и будет способствовать возврату американских предприятий в страну, или, увидев снижение американской промышленной мощи на международных рынках, остановится и вернется к политике, которую американские элиты проводили при последнем правлении представителей Демпартии? Этого мы не знаем.


Но если предположить, что Трамп будет проводить обещанную экономическую политику, то как это скажется на украинской экономике? Полагаю, что ничего хорошего нас не ждет.


Украина находится в той самой экономической зоне неопределенности, по которой сегодня ожидается «удар». Все 25 лет независимости нашей экономической политикой было стремление интегрироваться в мировую экономику, стать игроком, максимально включенным в международные производственные цепочки. Частные собственники крупных промышленных гигантов, установившие после крушения СССР над ними контроль, получали от этого значимые выгоды. Это было также выгодно работникам указанных предприятий, а также собственникам и работникам предприятий некоторых других секторов экономики (так называемых «предприятий-смежников»).


Если бы международная политика свободной торговли продолжилась, мы бы постепенно начали включать в эти цепочки и другие сектора нашей экономики, опираясь на первоначальный успех металлургов и сельскохозяйственных производителей. Однако тренд доминирования свободной международной торговли заканчивается, или в лучшем случае будет сильно скорректирован за счет протекционизма некоторых секторов американской и западноевропейских экономик.


Тогда следует ожидать замедления хода восстановительных процессов в украинской экономике, которые мы наблюдаем в последний год, и которые мы связываем, в основном, с международной торговлей. Как же нам быть в таком случае?

© AFP 2016, Emmanuel Dunand
Президент Украины Петр Порошенко во время пресс-конференции в Брюсселе


Одним из выходов в такой ситуации я вижу временный отказ от оптимизации нашей экономики в рамках рикардианской теории сравнительных преимуществ и переход к расширенной версии диверсификации нашей экономики с опорой на внутренний рынок. Такая наша политика, конечно, не сможет носить стратегический характер, так как международная торговля имеет взаимовыгодный характер и в стратегической перспективе, я уверен, мир вернется к ней. Возможно, значительно снизив степени опасной и рискованной финансовой глобализации, но сохранив глобализацию товарную. Но в ближайшее время, диверсификация нашей внутренней экономики даст нам возможность преодолеть ее известное торможение, вызванное вероятным замедлением роста международной торговли.


Поэтому нашему правительству и НБУ в ближайшее время необходимо начать разработку оперативных мероприятий, которые позволят демпфировать будущие внешнеторговые шоки, если они наступят, а вероятность этого есть, так как международная экономика носит характер «сообщающихся сосудов» и в ней все очень сильно взаимосвязано. Мы даже не можем точно представить, где и как могут негативно (а в определенных секторах и позитивно) сказаться действия новой администрации Трампа на нашу экономику. Мы можем только это предполагать. Но заниматься этими предположениями нужно уже сейчас.

 

Я бы предпочел готовиться к худшему. Это будет разумным шагом. Создание центров роста украинской экономики внутри страны в неторгуемом секторе экономики — строительстве инфраструктуры, здравоохранении, просвещении, науке, госуслугах — может дать нам определенную передышку, чтобы понять, как теперь работает мировая экономика и носят ли эти перемены долговременный характер. Все это необходимо для выработки нашей конкурентной стратегии и для того, чтобы наша экономика не начала терять рабочие места, а материальный уровень трудящихся не снизился. А это может произойти сейчас совсем некстати — в момент, когда экономика Украины уже начала органично восстанавливаться.


Богдан Данилишин, академик НАН Украины.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.