Бизнес не хочет выводить свои работников из тени, поскольку в этом случае, помимо зарплат, ему придется выделять еще почти 50% фонда оплаты труда на налоги. Предприниматели не могут себе этого позволить, следует из их слов.

Сложившаяся ситуация является одним из факторов, объясняющих низкую собираемость налогов с трудоустроенных работников.

Компании без работников

Абсолютное большинство компаний малого и среднего бизнеса в России имеют не более двух сотрудников. Как следует из данных ФНС, таких фирм 66,8% из 2,5 миллиона. Всего в России зарегистрировано 4,37 миллиона компаний (на 1 января 2018 года), но из-за санкций налоговая служба не раскрывает данные о стратегических компаниях и крупнейших налогоплательщиках (с выручкой больше 2 миллиарда в год). Поэтому сведения ФНС касаются, в основном, малого и среднего бизнеса.

В частности, в 15,3% компаний нет ни одного сотрудника, в 41,5% — трудится один человек (зачастую сам учредитель), в 10% фирм работают по два человека, в 13,7% — от трех до пяти. И только в 19,5% организаций число работников превышает пять человек.

Одной из причин такого количества «пустых» компаний может быть высокая налоговая нагрузка на фонд оплаты труда. Как показал рейтинг PwC и Всемирного банка Paying Taxes 2018, в России одни из самых высоких в мире налогов на труд — 36,3% прибыли. В среднем по миру — 16,1%.

Только в восьми странах этот показатель выше. Самые высокие — во Франции (51,1% прибыли), Китае (48,1%) и Бельгии (46,2%).

Все оттенки черного

По данным исследования РАНХиГС в 2017 году, в теневой рынок труда с разной степенью интенсивности вовлечены 44,8% занятого населения России — это 33 млн человек, которые имели неоформленную работу или получали зарплату «в конверте».

Зарплату в тень уводят высокие налоговые издержки. Считается, что в России один из самых низких НДФЛ — 13%. Однако кроме него работодатель обязан уплачивать с зарплат еще 30% в государственные фонды: 22% — в пенсионный, 5,1% — обязательного медицинского страхования, 2,9% — социального страхования. В итоге налоги на труд составляют 43%.

«Например, если я назначаю сотруднику зарплату в 100 000 рублей, то должен добавить к этой сумме еще 50 000 рублей налогов и страховых взносов», — рассказывал «Ведомостям» в 2017 году совладелец фирмы-производителя мармелада «Энерджи фуд рус» Даниил Сергунин. «Я знаю компанию из сферы услуг, где 60 сотрудников годами получают деньги в конвертах. Белая зарплата составила бы 60-70% годовой выручки», — утверждал он.

Проблему признают и власти. «Надо сравнивать (нагрузку на фонд оплаты труда) с теми (странами), с кем мы конкурируем. В этих странах нет такой нагрузки на фонд оплаты труда, как есть в России. Понятно, что многие просто не платят. У нас страховые взносы платит государство само себе, крупный бизнес и часть среднего бизнеса. Все. Это самая большая проблема, с которой нужно работать», — признавал в 2017 году министр экономического развития Максим Орешкин.

Об этом говорил и министр финансов Антон Силуанов в начале 2018 года. «Очень большая нагрузка на бизнес с точки зрения прямых расходов в виде налогов на труд. 30% только одних страховых взносов. Я уж не говорю про НДС, про подоходный налог с граждан. В других странах нет такой нагрузки. Здесь мы как раз проигрываем в конкуренции, конкурентоспособности нашей налоговой системы по сравнению с другими странами. Потому что если ты открываешь производство, если платишь заработную плату, сразу значительная часть ресурсов идет на налогообложение труда», — говорил он.

Низкая собираемость налогов

При росте зарплат на 7,2% в 2017 году собираемость НДФЛ выросла на 7,7% по сравнению с 2016 годом (до 3,3 триллиона рублей). Это говорит о том, что если теневой сектор и сокращается, то очень медленно.

Что касается собираемости страховых взносов, то они росли в основном благодаря увеличению ставок. Если бы ставки не выросли, сборы, очевидно, упали бы. К примеру, страховые взносы индивидуальных предпринимателей за самих себя с доходом до 300 тысяч рублей в 2009 году составляли 7 тысяч 274 рубля (а в 2008 вдвое меньше — 3 тысячи 864), в 2017 году — уже 32 тысячи 385 рублей. Рост тарифа — в 4,5 раза. А собираемость за этот же период выросла только в 2,9 раза: с 2 триллионов рублей до 5,8 триллиона.

Кроме этого, высокой остается задолженность по страховым взносам: на 1 января 2018 года она составляла 349 миллиардов рублей.

Бизнес не хочет по-белому

В разговоре с корреспондентом Eurasianet.org владелец небольшой IT-компании из Петербурга рассказал, что работать без официального трудоустройства выгодно и работодателю, и работникам. «Мои работники получают живые деньги, без вычета тринадцати процентов. И я не плачу избыточных налогов. Поэтому могу предложить зарплаты выше, чем в фирмах побольше, где официальное трудоустройство», — сказал он.

Директор региональной частной газеты (штат сотрудников 10 человек, выручка в среднем 1 миллион рублей в месяц) рассказал, что получать небольшую прибыль удается исключительно за счет ухода от налогов, в частности, выплачивая бо́льшую часть зарплат в конвертах. «Если бы компания работала по-белому и платила страховые взносы в полном объеме, она бы не только не приносила прибыль, но и вряд ли смогла бы рассчитаться с сотрудниками», — утверждает он.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.