Несмотря на отдельные истории успеха женщин, находящихся на вершине пирамиды доходов, миллионы рядовых африканок не участвуют на равноправной основе в жизни экономики и общества Африки. Хуже того, в последние годы прогресс на пути к гендерному паритету начал стагнировать, а иногда здесь даже наблюдает регресс. Хотя женщины составляют более 50% населения континента, в 2018 году они сгенерировали лишь 33% африканского ВВП.

Прогресс на пути к гендерному паритету, конечно, варьируется в зависимости от региона и страны. Если страны южной и восточной Африки добились солидного прогресса, то другие страны Африки южнее Сахары, а также северной Африки, — пока ещё нет. Некоторые африканские страны продвигают идею гендерного равенства на рабочих местах, но не в обществе целом, а некоторые делают наоборот. Однако — в конечном итоге прогресс на одном фронте невозможен без прогресса на другом.

Повышение гендерного равенства на обоих фронтах принесло бы значительные экономические дивиденды. Как выяснилось в ходе нового исследования, проведённого Глобальным институтом McKinsey (MGI) совместно с McKinsey & Company в Африке, континент мог бы увеличить свой ВВП на $316 млрд (то есть на 10%) в период до 2025 года, если бы все страны добились такого же прогресса, как те страны, которые сегодня демонстрируют наилучшие результаты по отдельным показателям. Впрочем, вероятность подобного сценария остаётся весьма отдалённой. При сохранении нынешних темпов Африке может потребоваться более 140 лет, чтобы достичь гендерного паритета.

Например, некоторые африканские страны, в особенности Ботсвана, Кения, Уганда, Руанда и ЮАР, добились реальных прорывов с точки зрения увеличения числа женщин в советах директоров компаний. На континенте доля женщин в советах директоров достигает 25%, что намного выше общемирового среднего уровня — 17%. Но эта тенденция слабо распространяется вглубь экономики. Доля экономически активных женщин Африки превышает глобальный средний показатель, но большинство африканских женщин трудятся на низкооплачиваемых рабочих местах в неформальном секторе, и у них нет ни профессиональных навыков, ни возможностей для карьерного роста. Более того, за последние четыре года доля женщин Африки на позициях среднего менеджмента снизилась. Для достижения прогресса многие африканские страны должны последовать примеру Руанды и ЮАР, которые увеличили представительство женщин на должностях среднего менеджмента на 27% и 15% соответственно.

Впрочем, за пределами рабочих мест прогресс Африки на пути к гендерному паритету сравнительно невелик. Алжир добился снижения уровня материнской смертности примерно на 9%, но усреднённый показатель континента по-прежнему выше, чем в любом другом регионе мира. Кроме того, африканки отстают от среднемировых показателей уровня образования, а также использования финансовых и цифровых услуг женщинами в сравнении с мужчинами. Индикаторы финансовой инклюзивности для женщин даже снизились за последние четыре года. При этом в Африке наблюдается высочайший уровень насилия над женщинами: 19% африканских женщин стали жертвами насилия со стороны интимного партнёра по сравнению с 11% женщин во всём мире.

Ярким исключением стала инклюзивность в политической жизни. Общая доля женщин Африки в кабинетах министров и в парламентах составляет 25% (это выше глобального среднего уровня 22%), причём за последние годы эта цифра выросла на 6% и 3% соответственно. Лидируют три страны: Эфиопия, где женщина стала президентом, а также Руанда и ЮАР, где гендерный баланс достигнут в составе правительства. Однако в 12 других странах, в том числе в Марокко, Нигере и Нигерии, политическое представительство женщин сократилось после 2015 года.

Если Африка действительно хочет получить экономические дивиденды, которые принесёт повышение роли женщин, ей придётся активизировать свои усилия. Повышение роли всех женщин Африки, а не только тех, кто находится наверху, требует систематических и согласованных действий правительства, бизнеса и лидеров местных сообществ.

Следует выделить пять приоритетных направлений.

Во-первых, Африка обязана наращивать человеческий капитал, инвестируя в обучение девочек. В странах Африки южнее Сахары на каждые 100 мальчиков, посещающих младшие классы средней школы, приходится менее 90 девочек, а в старших классах их число не превышает 85. Помимо базового обучения женщинам требуется намного больше поддержки для обретения цифровой, финансовой и правовой грамотности, а также навыков, которые будут необходимы для трудовой деятельности в будущем.

Во-вторых, африканские страны должны искать способы создания новых экономических возможностей для женщин как в неформальной, так и в формальной экономике.

Для успеха властям придётся обратить внимание на третью задачу: гарантировать равноправный доступ женщин к цифровым и мобильным технологиям, которые всё чаще открывают двери экономических перспектив. В Африке южнее Сахары сегодня лишь около 25% женщин имеют доступ к мобильному интернету, в то время как он есть у половины всех мужчин.

В-четвёртых, властям, бизнесу и лидерам местных сообществ надо предпринимать больше усилий для изменения глубоко укоренившихся представлений о роли женщин в обществе и в труде, поскольку именно они лежат в основе многих случаев гендерного неравенства.

Наконец, африканским женщинам необходима правовая поддержка, начиная с реального соблюдения антидискриминационных законов там, где они уже приняты.

Государства африканского континента начинают принимать непосредственные решения, направленные на сокращение гендерных разрывов. И некоторые из них добиваются быстрого прогресса, показывая, чего именно можно достигнуть благодаря дальновидности и желанию действовать. Если правительства и бизнес сумеют открыть растущему числу женщин возможность увеличивать доходы, получать удовлетворение от работы, жить более здоровой и сбалансированной жизнью, это будет выгодно не только миллионам женщин, но и всем африканцам.

Ача Леке — старший партнёр в офисе McKinsey & Company в Йоханнесбурге. Лохини Мудли — партнёр McKinsey & Company в Аддис-Абебе.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.