В России всё чаще говорят о планах выхода из проекта Международной космической станции. Так, на днях «Роскосмос» заявил о назначенных на начало 2021 год переговорах о дальнейшей судьбе проекта.

При этом в ракетно-космической корпорации «Энергия» прямо говорят о нецелесообразности и даже невозможности продления работ в рамках МКС и настаивают на необходимости строительства новой орбитальной станции — уже чисто российской.

Эти заявления звучат на фоне всё большего охлаждения отношений между двумя крупнейшими бенефициарами МКС: Россией и США. Насколько много в этих разговорах политики и сколько — науки и технологий, мы и попытаемся разобраться в этом материале.

Космический голубь мира

Проект Международной космической станции появился сразу после распада СССР — в самом начале 1990-х годов. На тот момент на орбите Земли имелась лишь одна подобная станция — советская, а позже российская станция «Мир».

«Мир» начал свою работу в 1986 году и был рассчитан на пять лет непрерывной эксплуатации. После этого станцию планировалось заменить станцией «Мир-2», однако из-за процессов, связанных с распадом СССР, проекту так и не суждено было воплотиться в жизнь. А станция «Мир» продолжала оставаться единственным обитаемым искусственным спутником Земли втрое дольше отведённого ей срока — до 2001 года, когда её затопили в Тихом океане.

В свою очередь, в США ещё в 1980-х годах задумались над созданием собственной орбитальной станции. Проект с рабочим названием Freedom изначально предполагалось реализовывать совместными силами США, Канады, Евросоюза и Японии. Однако было ясно, что основные расходы по проекту будут нести США.

Когда проектно-сметная документация по станции Freedom была закончена, стало ясно, что реализация такого проекта окажется слишком дорогой даже для ведущей экономики мира. К тому же у США не было опыта реализации таких проектов. Зато он имелся у России, которая к тому же обладала технологиями существенно более дешёвого вывода грузов на орбиту Земли. Так возникла идея подключить к американскому проекту Россию, сделав его подлинно международным.

Стоит отметить, что многие в США отнеслись к проекту российско-американского сотрудничества скептически: к примеру, в 1993 году в Сенате проект прошёл с преимуществом лишь в 1 голос (216 за строительство станции и 215 — против).

Основой новой станции стал орбитальный модуль «Заря», построенный в России по заказу НАСА и выведенный на орбиту в 1998 году. Модуль обошёлся американцам в 250 миллионов долларов, тогда как аналогичный модуль американского производства оценили в 450 миллионов. Существенная экономия достигалась и за счёт использования российских ракет для вывода компонентов станции и её снабжения: к примеру, один «рейс» ракеты Протон-К (именно она вывела на орбиту, например, «Зарю») стоил около 65 миллионов долларов США, тогда как полёт шаттла «Индевор», выведшего на орбиту уже «чистокровный» американский модуль Unity, обошёлся в 570 миллионов долларов.

В настоящий момент станция состоит из 5 модулей российского сегмента, 10 модулей сегмента США. К американскому сегменту относятся, например, японский научный модуль «Кибо» и лабораторный модуль Европейского космического агентства «Коламбус».

То есть, станция, конечно, международная, однако основными её эксплуатантами всё же являются Россия и США, сотрудничество которых на орбите Земли стало эдаким символом окончания геополитического противостояния эпохи Холодной Войны.

Ну, или считалось таковым до недавнего времени.

МКС: кризис среднего возраста

Изначально предполагалось, что МКС просуществует 15 лет. Но, как и в случае со станцией «Мир», ей суждено было прослужить дольше. Так, в 2008 участники проекта продлили срок службы станции до 2015 года, в январе 2014 года — до 2024, при этом обсуждалась возможность продления срока эксплуатации и дальше: до 2028 и даже 2030 года. При этом о желательности продолжения работы станции высказывались практически все участники проекта.

Всё изменилось в 2014-м, когда на фоне резкого охлаждения отношений США и России начались разговоры о нецелесообразности дальнейшего участия России в проекте.

Впервые об этом официально заявил в мае 2014-го тогдашний российский вице-премьер Дмитрий Рогозин. Причём в ту пору речь шла о том, что участие России в проекте может прекратиться уже после 2020-го.

Заявления эти были сделаны в комплекте с угрозами прервать поставки в США компонентов ракетных двигателей, а также прекратить доставлять на МКС американских космонавтов. Тогда же Рогозин сделал знаменитое заявление о том, что без российской помощи американцам придётся воспользоваться батутом.

Подобно словам о батуте, опровергнутым Илоном Маском (впрочем, НАСА продолжит отправлять астронавтов на МКС ракетами «Роскосмоса» и после успеха SpaceX), заявление о выходе России из проекта после 2020-го, видимо, носило больше политический характер.

Так, в 2019 году Россия анонсировала пополнение своего сегмента МКС новым модулем «Наука», который должен быть пристыкован к МКС в 2021 году, а также научно-энергетическим модулем («НЭМ-1») и новым узловым модулем в 2022-м.

Правда, все эти заявления делаются с оговоркой, что в случае чего данные модули могут быть отстыкованы от МКС и использоваться отдельно от неё. Но сам факт обсуждения таких проектов свидетельствует о том, что решение относительно выхода России из проекта всё ещё остаётся в плоскости дискуссий.

В то же время очевидно, что уже отработавшая свой изначальный срок эксплуатации станция постепенно становится всё более проблемным объектом. Только в 2020 году сообщалось о целом ряде неполадок, возникших на станции.

Так, в ночь на 20 октября выявили неисправности в работе туалета, подогревателя пищи и системы получения кислорода в российском сегменте станции. 15 октября вышла из строя система получения кислорода в российском модуле «Звезда».

В конце сентября локализовали утечку кислорода в том же модуле «Звезда», обнаруженную ещё в августе. В апреле 2019 года возникли неполадки в американском сегменте, а точнее, в системе энергообеспечения станции.

В том же месяца вышла из строя система по удалению углекислого газа Life Support Rack (LSR) Европейского космического агентства. В ноябре 2018 года вышел из строя один из трёх компьютеров станции.

Пожалуй, самым громким стал скандал с утечкой кислорода с МКС в августе 2018 года: было установлено, что источником утечки стало отверстие в корпусе пристыкованного к станции космического корабля «Союз МС-09». Впоследствии Дмитрий Рогозин заявил, что отверстие было проделано искусственно: он даже заверил, что удалось установить, кто именно просверлил корпус российского корабля, но отказался назвать фамилию.

«Если я скажу, то будет дыра в отношениях. Пусть всё лучше ограничится дырой в обшивке», — заявил Рогозин.

В РКК «Энергия» говорят: это только начало. Заместитель генерального конструктора предприятия Владимир Соловьёв полагает, что после 2025 года ожидается лавинообразный выход из строя большинства систем МКС из-за того, что ряд ее элементов серьезно поврежден за 20 лет работы.

Замгенконструктора РКК «Энергия» добавил, что после этой даты содержание станции будет обходиться все дороже, и вместо этого целесообразнее подумать о запуске новой станции, причём уже чисто российской, без участия западных партнёров.

Правда, уже на следующий день Соловьёв уточнил, что его слова не следует трактовать как призыв к сворачиванию российского участия в МКС.

Он подчеркнул, что принятие таких решений является исключительной компетенцией правительства России, и приняты они могут быть лишь после детальной проработки предложений с «Роскосмосом» и предприятиями отрасли, отвечающими за полет станции, а также обсуждения с партнерами по программе МКС«.

То есть некая двойственность в позиции российских официальных лиц сохраняется.

Впрочем, общие тенденции указывают на склонность России сворачивать сотрудничество с США в космической сфере. Так, в сентябре 2020 года в «Роскосмосе» заявили о сокращении расходов на совместный российско-американский проект полёта к Венере и перенаправлении освободившихся средств на организацию чисто российской миссии.

Схожая ситуация наблюдается и в США, где активно работают над новой лунной программой — в частности, проектом строительства окололунной орбитальной станции Deep Space Gateway. И если изначально с 2009 года обсуждалась реализация этого проекта совместными силами США, России, Канады, Японии и Евросоюза, то в мае 2019 года была представлена новая версия лунной программы — так называемый проект «Артемида», участие в котором России уже не предполагается (хотя и допускается).

Оставить нельзя отказаться

Аргументы противников продолжения участия России в проекте МКС просты и понятны. В частности, скептики указывают на то, что реализация данного проекта более выгодна НАСА, чем «Роскосмосу»: за время эксплуатации МКС американцы, в частности, сумели полностью ликвидировать своё отставание в технологии создания и эксплуатации подобных станций, что и позволяет им сегодня планировать создание аналогичной станции у Луны уже без участия российской стороны.

С другой стороны, затраты на функционирование МКС поглощают заметную долю всех средств «Роскосмоса»: около полутора миллиардов долларов из двух с половиной. США тратят на МКС больше, около 2,5 миллиарда долларов, однако и бюджет NASA побольше российского (около 25 миллиардов долларов).

Кроме того, критики проекта указывают на низкую научную отдачу от работы на МКС для российской стороны. Ещё в 2003 году (т. е. задолго до появления в спорах об МКС «политического компонента») тогдашний директор «Роскосмоса» Юрий Коптев сетовал, что «в угоду МКС космическая наука опять осталась на Земле».

В апреле 2019 года ведущий научный сотрудник Института ядерных исследований РАН Вячеслав Докучаев заявил, что на работу МКС, цитируем, «тратятся миллиарды долларов, но научный выход — ноль».

Что же предлагается в качестве альтернативы?

Ещё в 2017 году РКК «Энергия» представила свой проект национальной российской орбитальной станции («РОС «Р») в составе пяти модулей. Три из них («Научно-энергетический модуль», модуль «Наука» и «Причал») должны быть выведены на орбиту и начать работу ещё в составе МКС, а затем отсоединены от неё и стать основой для российской станции. Позже к ним планируют добавить шлюзовый модуль для выхода в открытый космос, жилой трансформиремый (надувной) модуль.

Также рассматривается возможность запуска ещё одного энергетического модуля, второго научно-энергетического модуля и научного модуля «Ока-Т». Изучается возможность разворачивания на новой станции модуля-стапеля, который в перспективе будет использован для сборки на орбите крупных конструкций — например, космических кораблей для использования в лунной, марсианской и иных программах.

У этой программы тоже есть критики. В частности, существует мнение, что ради создания «суверенной» космической станции в пику американцам приносятся в жертву более перспективные направления работы, например, проект создания той же окололунной орбитальной станции.

Действительно, многие соответствующие проекты исчезли из российской Федеральной космической программы на 2016-2025 годы, оставили там только проект отправки к Луне 5 беспилотных космических аппаратов («Луна-Глоб», «Луна-Ресурс» и «Луна-Грунт»).

В сухом остатке

В настоящее время делать выводы о том, чем в итоге закончится ситуация вокруг МКС, вряд ли представляется возможным: слишком уж много разных соображений и интересов завязано на это ситуации.

Здесь и политика (уместно ли сотрудничество в высокотехнологичных сферах со страной, которая в целом уверенно возвращает статус «наиболее вероятного противника»?), и экономика (стоит ли тратить деньги на МКС и целесообразно ли тратить ещё большие деньги на собственно российскую станцию в ущерб другим проектам?), и некоторая неразбериха в планах на будущее самого «Роскосмоса», одновременно намеренного строить «суверенную» космическую станцию, двигать лунную, марсианскую и венерианскую программы, создавать орбитальный космический корабль нового поколения («Орёл») и строить ядерный «орбитальный буксир».

И всё это вместе сразу и в условиях весьма ограниченного бюджетного финансирования.

Ясно одно: история МКС в любом случае подходит к концу. Красивая мечта о совместном освоении космического пространства силами всех землян, похоже, исчерпала себя, и на смену ей приходит новая эра космического соперничества и конкуренции.

Пойдёт ли это на пользу космической одиссее человечества или, наоборот, замедлит её? Вполне вероятно, ответа на этот вопрос нам осталось ждать не так уж и долго.

 

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.