ВАШИНГТОН, округ Колумбия — Великий французский историк Фернан Бродель научил нас искать недооцененные длинные циклы (longue durée) в истории. В контексте последних 30 лет, одним из таких циклов является увеличивающийся экономический разрыв между странами Центральной и Восточной Европы, что присоединились к Европейскому союзу, и теми, которые этого не сделали. Первые постепенно догоняют другие страны-члены ЕС, их темпы роста почти вдвое выше, чем у их восточных соседей; последние застряли на нейтральной полосе между ЕС и Россией.

Расхождение между Польшей и Украиной наглядно показывает эту тенденцию. Согласно советской статистике, в 1989 году Украина была чуть богаче на душу населения, чем Россия и Польша, как раз накануне революций, свергнувших коммунизм в Центральной и Восточной Европе. В то время, в обеих странах были схожие культуры и промышленные структуры. Однако сегодня, ВВП на душу населения (по курсу доллара США) в Польше почти в пять раз выше, чем в Украине. Даже в 2013 году, за год до того, как Россия начала войну против Украины, ВВП Польши на душу населения был в 3,4 раза выше. (Автор забывает добавить, что в хозяйственном отношении Украина, в отличие от Польши, была частью распавшейся в начале 1990-х единой советской экономики, а также не получила выгодных западных займов и дотаций за борьбу с СССР периода "Солидарности". Этим и объясняется более счастливая судьба Польши — прим. ред.).

И это относится не только к Украине. Экономики Белоруссии и России находятся в состоянии стагнации с 2012 и 2014 годов соответственно. И обвинение России в падении цен на нефть не объясняет, почему Украина и Беларусь следовали аналогичной схеме. Россия, безусловно, также была ослаблена западными санкциями после незаконной аннексии Крыма в 2014 году. В свою очередь, в результате военной агрессии России, Украина потеряла 17% своего ВВП, хотя ей удалось зарегистрировать скромный 3% ежегодный рост в период с 2016 по 2019 годы. Тем временем, страны Восточной и Центральной Европы ЕС стремительно развивались благодаря внутреннему предпринимательству и прямым иностранным инвестициям (ПИИ). Во время бума 2014-19 годов, их экономики ежегодно росли в среднем на 4-5%, тогда как в России ВВП на душу населения упал ниже, чем в Румынии и даже Турции, не являющейся членом ЕС. Из 27 стран-членов ЕС, только Болгария все еще беднее России по ВВП на душу населения, измеряемому в долларах США или по паритету покупательной способности.

Еще одна из причин, неутешительных результатов бывших советских республик, по сравнению с успехом стран Центральной и Восточной Европы, заключается в том, что страны Центральной и Восточной Европы успешно заключили соглашения об ассоциации с ЕС в начале 1990-х годов. Имея отличный доступ к рынку ЕС, к середине 1990-х годов они переместили две трети своей торговли из бывшего Советского Союза в ЕС. И, подключившись к европейским цепочкам поставок, они смогли стать ведущими европейскими производителями автомобилей.Но ключевым фактором успеха этих стран стало повышение качества экономического управления. Чтобы претендовать на членство в ЕС, страны Восточной и Центральной Европы были вынуждены принять свод законов ЕС. После долгого изнурительного бюрократического процесса эти страны приняли нормативно-правовую базу, необходимую для интеграции в свободную рыночную экономику.

В Индексе восприятия коррупции Transparency International, Польша, Чешская Республика, Словакия и Венгрия занимают 45, 49, 60 и 69 место соответственно, а Украина и Россия занимают 117 и 129 места. Хотя рейтинги первой группы не так хороши, они оказались достаточными для привлечения прямых иностранных инвестиций. Инвесторы знают, что, если что-то пойдет не так, они могут обратиться за помощью в ЕС, а в конечном итоге и в Европейский суд. В отличие от бывшего Советского Союза, права собственности в Центральной и Восточной Европе надежно защищены.

Однако, не всегда говорят о том, что 3-4% годового ВВП стран Центральной и Восточной Европы приходятся на субсидии ЕС, что имеет как преимущества, так и недостатки. С одной стороны, благодаря структурным фондам ЕС во всех столицах новых государств-членов есть красивые новые аэропорты и автомагистрали. С другой стороны, такие проекты, как правило, более уязвимы перед коррупцией — отсюда, нажитое сомнительным путем богатство многих венгерских бизнесменов, близких к Премьер-министру Виктору Орбану.

Таким образом возникает вопрос, можно ли ожидать, что экономики стран Центральной и Восточной Европы продолжат свое развитие. Перед вступлением в ЕС, наблюдатели были обеспокоены тем, что эти страны улучшат свое управление ровно до того момента, пока они не вступят в ЕС; но в действительности все гораздо сложнее. Фактически, все новые члены ЕС продолжали укреплять свое управление в течение многих лет, привлекая в свои страны все больше прямых иностранных инвестиций. И некоторые страны продолжают совершенствоваться. На сегодняшний день, Эстония и Литва являются наименее коррумпированными странами бывшего СССР.

Однако, по данным Transparency International, в некоторых ведущих странах с переходной экономикой в ​​настоящее время наблюдается резкое ухудшение управления. Польша достигла пика в 2015 году, годом позже — Словакия, а позже в 2018 году — Чешская Республика. Венгрия достигла пика в 2012 году и с тех пор неуклонно снижается, так что сейчас она находится рядом с Румынией и Болгарией, которые ранее считались самыми коррумпированными странами ЕС. Сегодня, иностранные и внутренние инвесторы уделяют пристальное внимание ослаблению приверженности Венгрии нормам международного права, все более неустойчивым правам собственности и принятию дискриминационного налогообложения.

Для ЕС этот отход от надлежащего управления может стать экзистенциальной проблемой, поскольку демократия и верховенство закона идут рука об руку. Несмотря на то, что Венгрия и Польша отклонились от основных демократических критериев ЕС, они продолжают извлекать выгоду из огромного финансирования ЕС. И несмотря на то, что ЕС действительно наложил особые условия на Румынию и Болгарию, этих мер оказалось недостаточно.Согласно Freedom House, с 2005 года во всем мире наблюдается упадок демократии. Сейчас, более чем когда-либо, ЕС не должен допустить регресса в вопросе управления. К счастью, блок стал более решительно настроен на установление более жестких условий, в первую очередь в рамках плана восстановления для Европы Next Generation ЕС на сумму 750 миллиардов евро (918 миллиардов долларов). Траектория развития бывших советских республик является печальным напоминанием о том, почему ЕС должен отстаивать демократию и верховенство закона как внутри страны, так и за рубежом.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.