Если американцы и научились чему-то за восемь лет руководства Буша-младшего, так это тому, что даже самая суверенная сверхдержава мира, какой США, безусловно, являются, не может позволить себе поступать самостоятельно, в одиночку, без «всех остальных». И США должны создавать коалиции государств, совещаться и изо дня в день, отказываться от своих претензий на независимость, от желания делать все по-своему - «my way», как прекрасно поет вечный Фрэнк Синатра. А может ли поступать по-своему Чешская Республика, которая недавно отметила годовщину начала национальной независимости?

Остальные государства уже как-то это поняли и осознали, и только нас все еще пугают одним и тем же: мы боимся потерять суверенитет.

Давайте снимем маску с наших страхов (назовем их демонами). В психоанализе (экзорцизме) это уже половина успеха. Больше всего ночью вас напугает трус. О страхе потерять идентичность больше всего говорит тот, у кого есть проблемы с собственной идентичностью и с уверенностью в себе. Ведь льва не надо защищать, он сам себя защитит. Если мы не сомневаемся в том, что с нашей национальной идентичностью никто ничего не сможет сделать, мы ее и не потеряем.

Заметьте, что подавляющее большинство фильмов ужасов строится по одному из трех сценариев. Перед встречей с тем, кого все боятся, кто-то обязательно теряется. Такие фильмы вы без труда вспомните, это, например, «Ведьма из Блэр». А ведь и сестрица Аленушка с братцем Иванушкой попали к Бабе-яге только после того, как потерялись и не знали, куда идти.

Второй сценарий: вы попадаете в такое место, где вы не ориентируетесь и откуда вообще нет выхода (лес, подземелье, замок, проклятый дом и т.д.). Утратить способность ориентироваться - это принципиальный момент в ужасах, поэтому в таких фильмах всегда есть место для тумана, тьмы или дождя. А еще лучше всего все сразу, да еще и с бурей. Эти факторы дезориентации сами по себе сильнейший генератор страхов.

Третий вид сценариев строится на грехах прошлого. Здесь будут кладбища, месть за убийства и, конечно, демоны, от которых нельзя избавиться до тех пор, пока справедливость не восторжествует. Здесь мы сталкиваемся с чем-то таким, в чем мы сами себя теряем, нас охватывает онтологический страх.

Читатель, конечно, узнает положение дел в Чешской Республики. Первое - феномен потерянного пути. У нас нет четкого направления, наш вектор движения слишком размыт – мы не знаем, куда мы хотим идти и куда мы должны идти. Мне кажется, мы потерялись на дороге истории. У нас нет мечты, ни для себя, ни для Европы, которая является нашим домом.

Второе - фактор неизвестного пространства. В конце концов, это есть и в нашем гимне «Где моя родина?». На этот вопрос автор текста отвечает лирическим описанием природы. Он получает эстетическое удовольствие и на этом заканчивает свое произведение. Так где же родина моя? Да в Европе! Посмотрите вокруг: куда ни посмотришь, везде Европа! Или нам кажется, что мы в Европе потерялись и поэтому кто-то из нас боится ее?

Но ведь у нас есть своя национальная идентичность, своя уникальность. До сих пор Чешскую Республику знали в мире благодаря «бархатной» революции, Вацлаву Гавелу, хоккею и пиву. Всем этим мы по праву можем гордиться.

Только за последний год у нас появилось еще два повода для гордости: отставка чешского правительства посередине председательства в ЕС (какая от этого была польза?) и накладки с Лиссабонским договором, из-за чего вся Европа бьет себя по голове.

Если мы не перестанем считать, что демоны – это все вокруг нас, мы станем параноиками и сойдем с ума. Совет для Чехии в день ее рождения: успокойтесь, никто за нами не гонится!

 

Томаш Седлачек (Tomáš Sedláček) – главный стратег банка «ČSOB»  по макроэкономическим вопросам