Динамизм польских предпринимателей скоро сделает из страны нового европейского тигра. Иностранные компании превратили ее в плацдарм для инвестиций в Центральную Европу.

Сегодня у меня встреча с Мачеем Витуцки (Maciej Witucki). Этот 42-летний красавец руководит Telekomunicaja Polska, которая на 49% принадлежит France Telecom. В компании насчитывается 24 000 сотрудников, а ее оборот достигает четырех с половиной миллиардов евро. Я вылавливаю Мачея после переговоров с представителями двадцати восьми профсоюзов.

Встречи с такими организациями никогда не доставляют особого удовольствия, но я вежливо его спрашиваю: "Ну как, все прошло хорошо?" Он отвечает: "Да просто отлично! Они начали собрание, заявив мне: "Французские профсоюзы France Telecom получили около миллиарда евро от руководства компании, так как некоторые люди были в депрессии и даже были случаи самоубийств. Адаптация к порядкам частных компаний в Польше тоже проходит очень тяжело! Итак, сколько денег вы нам выделите?" Я им ответил: "Ни цента! Тоже мне, испугали ежа голой ж…!" Возражений не было, и мы перешли к следующему вопросу".

Мачей, естественно, рассказал мне эту историю, чтобы пустить пыль в глаза. Такое хвастовство – характерная черта всех поляков. Можете себе представить, чтобы такой человек как он сказал что-нибудь подобное во Франции?

После стенаний русских на границе России и Эстонии поездка в Варшаву стала настоящим глотком свежего воздуха. Польша – это уникальный коктейль из ярого индивидуализма, безрассудного героизма, упрямства, смелости, анархии, ностальгии, гордости и щегольства. Здешние люди сообразительны, работоспособны, грубы и плутоваты. У них просто врожденный талант ко лжи. И неудивительно, что Чикаго, крупнейший американский промышленный центр, является вторым в мире городом по числу живущих там поляков. Мне нравится этот народ, который выигрывает битвы и проигрывает войны, но никогда не признает себя побежденным. Его национальный гимн гласит: "Дал пример нам Бонапарт! (Dał nam przykład Bonaparte)" Что и говорить, целая программа.

Ошеломляющее превращение

Тридцать лет спустя после появления "Солидарности" Польша превратилась в настоящего тигра Европы. Нигде в регионе я больше не встречал подобного динамизма, желания вознести страну на вершины успеха. Двадцать лет назад Варшава показалась мне мрачным, темным и несчастливым городом. Сегодня она искрится небоскребами. Здесь строят " Platinium Towers". Из радио в такси звучит "She Got It!". Громадных торговых центров здесь больше чем во Франции. Такое превращение просто ошеломляет. Несмотря на все перипетии финансового кризиса, экономика страны по-прежнему растет. Потрясающий результат даже для западных стран.

Польша торопится. "Чтобы догнать Западную Европу, наша экономика должна расти в два раза быстрее чем в Германии или Франции, то есть минимум на 3% в год", объясняет мне Лешек Бальцерович (Leszek Balcerowicz), бывший министр финансов и автор "шоковой терапии" 1989 года, а ныне глава центробанка страны. Он рассказывает, как люди в стране восприняли эти болезненные меры: "Нашей проблемой номер один была начатая в 1999 году пенсионная реформа. Пенсионный возраст был увеличен, что позволило государству сократить расходы. Это было очень важно. Реформы, тем не менее, прошли без каких-либо социальных проблем, в согласии правительства и населения. Все было просто идеально". "У нашего успеха есть две причины. Прежде всего, мы работаем усерднее венгров. Кроме того, наши банки не ввязывались в рискованные операции, так как они в них ничего не понимали", считает главный редактор журнала Politika Малек Островски (Malek Ostrowski). "Последние два десятилетия в Польше были самыми динамичными за четыре века", уверен Ян Винецки (Jan Winiecki), профессор и советник West LB Bank Polska.

Двадцать лет назад практически все страны региона смотрели в рот США и их экономическим гуру, которые затем повергли весь мир в финансовый кризис. Эти страны приняли экономические теории Милтона Фридмана (Milton Friedman) и Chicago boys. Каковы их догмы? Лишь свободный рынок может позволить гражданам добиться личной потребительской свободы. И эта свобода должна быть как можно шире. Минимальные зарплаты, расширение доступа к образованию – все эти кейнсианские постулаты предлагалось выбросить на помойку.

"Неолиберализм" нашел в Центральной Европе идеальный испытательный полигон. Кризисы и революции создали здесь отличные условия для организации "шоковых терапий" и чисток экономической политики европейских социал-демократов. Ущерб от экспериментов оказался более чем значительным. Но не в Польше.

Как это объяснить? "У поляков нет общего движителя. Они побеждают трудности поодиночке благодаря усердной работе. Вперед страну продвинули сделавшие головокружительную карьеру молодые кадры, которые не работали при коммунизме", говорит глава банка Lukas Бастьен Шарпантье (Bastien Charpentier). Так, Андрей Клесик (Andrej Klesyk) сначала создал интернет-банк. Затем его продал. Далее он возглавил крупнейший в стране банк PKDP. Сегодня он руководит и проводит глубокие реформы PZU - страховой компании номер один в Польше. Сколько, думаете, она заработала в 2009 году? Миллиард евро. Прекрасный пример молодых кадров, о которых говорил Шарпантье. "Я самый старый из всех польских профессиональных менеджеров", рассказывает он. "Мне удалось попасть в Гарвардскую бизнес-школу, а затем учиться у МакКинси. Все умные люди в этой стране пошли в бизнес. В Польше либерализм сработал, потому что частная собственность при коммунизме так и не была на самом деле отменена окончательно".

Сейчас у меня встреча напротив министерства обороны, в великолепном здании 30-х годов, где жил Лех Валенса (Lech Walesa) в период своего президентства с 1990 по 1995 год. Сегодня здесь расположена возглавляемая Хенрикой Бохняж (Henryka Bochniarz) ассоциация Lewiatan, объединяющая польские предприятия малого и среднего бизнеса. Эта железная леди отстаивает  процесс приватизации экономики: "Вся проблема в том, на ком лежит ответственность. Если деньги утекают из вашего собственного кошелька, то и действовать вы будете по-другому! Польская экономика прекрасно работает, потому что все поляки привыкли выживать во враждебных для себя условиях. Мы не можем ни на кого рассчитывать, особенно на государство. Этот дух и есть наш основной капитал, благодаря которому мы так быстро рванули вперед в момент смены режима".

Инфраструктурный бум

Население Польши (38 миллионов человек) делает ее настоящим гигантом Центральной Европы, где поспорить с ней может лишь Румыния (22 миллиона человек). Население остальных государств региона колеблется от 1,3 до 10 миллионов жителей. Польский рынок довольно обширен, что и объясняет в значительной мере успехи страны: иностранные компании сделали из Польши плацдарм для инвестиций в Центральную Европу.

Сейчас быстрый рост касается прежде всего инфраструктуры. Страна в следующем году вложит восемь миллиардов евро в создание высокоскоростных железнодорожных линий и еще четыре миллиарда в строительство автодорог. Тем не менее, деньги в этой католической стране является символом коррупции. Президент Польши никогда не пожмет руку ни одному из встретившихся со мной бизнесменов. Доходы руководителей государственных предприятий не могут превышать среднюю зарплату более чем в десять раз. "У меня до смешного маленькая зарплата, но я делаю это для своей страны. Я возвращаю ей свой долг", говорит управляющий страховой компанией PZU Андрей Клесик.

Зарабатывающий 500 000 евро в год Мачей Витуцки сейчас делает "запасы", чтобы заняться в будущем политикой. "Это будет нелишним, ведь министру платят 1 500 евро в месяц!", смеется он. Его компания организовала фонд, который бесплатно провел интернет в 14 000 школ по всей стране. "Мы умножаем наши благотворительные акции, так как расшевелить элиты гораздо труднее, чем основы общества", объясняет он. "И нам это удалось. Наше общество перестало быть однородным и скучным. Сегодня стало хорошим тоном говорить о своих еврейских корнях, пойти обедать или ужинать в японский или вьетнамский ресторан, танцевать сальсу или организовывать собственные телемарафоны". Остается понять, станут ли эти бизнесмены хорошими политиками. Такого еще не было еще нигде и никогда. Но ведь в Польше и так все не как у всех…