Демократия в этой немало пострадавшей в прошлом стране явно садится на мель. Венгерский политический класс настолько погряз в демагогии, что антисемитски настроенные крайне правые силы рассчитывают добиться небывало высоких результатов на будущих выборах.

Моя подруга из Эльзаса рассказала мне по телефону: "Я не знаю, что делать, потому что в нашей больнице весь лечащий персонал, что голосовал за левых, отказывается делать прививки от гриппа A (H1N1) в знак протеста против Саркози. Разве их долг не в том, чтобы защитись себя, защитив этим своих пациентов?"

В Будапеште все наоборот: правые отказываются делать прививки в протест против левого правительства. Когда путешествуешь, в голове появляются подобного рода мысли, что заставляет вас по-новому взглянуть на вещи. Идеологизация политической жизни в Венгрии как раз дает пищу для таких размышлений.

Основой демократии служит общественное мнение, и в эру СМИ участие в этом "шоу" становится неотъемлемой частью жизни политика. Цель игры – это победа на выборах, и достичь ее можно только охотой на лидера вражеского лагеря. Это своего рода война, для победы в которой необходимы дисциплинированные и послушные войска.

Правильный партиец должен уметь с легким сердцем поливать грязью неприятеля. Вести такую игру, однако, довольно рискованно.  Общественное мнение любит стабильность и уверенность в завтрашнем дне. Ему не нравится, когда лидеры и их приближенные ведут себя чересчур агрессивно. Наибольшим доверием пользуются такие институты как церковь, полиция, пожарная служба. В самом низу списка обычно находятся парламенты, то есть поля открытых конфликтов политических сил. Проще говоря, мы любим демократию как таковую, а не театр, где разыгрывается этот спектакль. Когда она выливается в яростную борьбу "хороших" и "плохих", когда политизация общественной жизни превращается в истерию без какой-либо договоренности даже по основным национальным ценностям, значит, политические лидеры перегнули палку демократии и она скоро сломается. Я не сравниваю Францию с Венгрией, но венгерская демократия явно садится на мель. Венгерский политический класс настолько погряз в демагогии, что откровенно антисемитские крайне правые рассчитывают на крупную победу на будущих выборах в 2010 году. А это станет серьезной проблемой для Европы.

Страна с непростой судьбой

В западных демократиях крайне правые силы являются прибежищем разочаровавшихся во всем людей. Избиратели высказываются за упрощенные решения, сложные правила демократии кажутся людям смехотворными и непонятными, так как они не способны незамедлительно разрешить их проблемы.

Во Франции мы уже были свидетелями такого отхода от демократии. Но подвержены ему прежде всего маленькие европейские страны, которые ищут свое собственное место среди более крупных и сильных соседей. В свое время так было в Австрии и Нидерландах. Сегодня это происходит в Швейцарии. А скоро случится и в Венгрии. Судьба страны в XX веке была непростой. И десять миллионов ее жителей сегодня все видят в черном цвете. Их отличает пессимизм и даже некоторый фатализм. Если послушать венгров, страна просто катится под откос.

В 1919 году неверный выбор лагеря привел к расчленению Венгрии. По трианонскому мирному договору страна лишилась двух третей своего населения и территории. В 30-х годах регент Хорти (Horthy) стал союзником Гитлера в надежде вернуть утраченные земли. Выбор снова оказался неудачным. Венгрия опять оказалась на стороне проигравших и была занята советскими войсками. В 1956 году Янош Кадар (Janos Kadar) и советские танки подавили восстание, начатое демократом Имре Надем (Imre Nagy). Тем не менее, концу 80-х годов лидеры страны предвосхитили падение коммунизма. Страна встала в авангарде экономических реформ. Венгрию начали называть "самым веселым бараком социалистического лагеря".

"Наш премьер учился в Гарварде, а затем стал министром экономики страны. Правительство состояло из очень умных и рациональных людей", вспоминает писатель Янош Миксаапья (Janosz Miksaapja). "В экономике они старались следовать по пути китайцев, а во внешней политике придерживались финского нейтралитета. Они уважали принцип преемственности и укрепили конституцию 1949 года, сделав внесение поправок в ее основные статьи возможным лишь при поддержке двух третей голосов. Эта конституция основана на недоверии, она не оставляет места для консенсуса. Таким образом, сегодня мы находимся там же где и двадцать лет назад. Жить при этой конституции – это как ездить на старой Skoda".

Экономические достижения венгерского коммунистического режима сделали переход к демократии гораздо менее резким и болезненным. Смена строя прошла настолько мягко, что некоторые структуры даже не были реформированы. "После 1989 года все здесь казалось людям слишком быстрым. При диктатуре они жили как животные. С ее исчезновением мы оказались не готовы к тому, что называют свободой. Основной принцип демократии – это диалог, диалог и еще раз диалог. А на деле оказалось, что говорить мы не умеем и, значит, живем при новой холодной войне", - объясняет писатель Петер Эстерхази (Peter Esterhazy). Страна забывает свое прошлое, а пережитые ей страдания используются политиками-демагогами для достижения своих целей. Правые называют социал-демократов "коммунистами", а те в свою очередь клеймят правые партии как "фашистов". Между красным и черным нет ничего кроме ненависти.

"Политика создает в Венгрии сильнейшую напряженность. Когда я читаю в поезде, люди говорят мне: "Да как вы можете читать эту газету!" Становится она и причиной разводов. Я даже не хожу в гости к отцу, чтобы не выслушивать его отповеди. В семье о политике лучше не говорить. Да и войне тоже. Даже учителя не решаются говорить о истории и революциях со своими учениками. Повсюду один фанатизм", -  рассказывает журналистка радио MR1 Ольга Шедеркеньи (Olga Szederkényi).

Никто в этом году в Будапеште не отмечал двадцать лет демократии, десять лет в НАТО, пять лет в Евросоюзе или год в шенгенской зоне. Большинство венгров считают, что жизнь в стране отнюдь не улучшилась, а стала лишь еще сложнее. Венгрия напоминает Россию, где само слово "демократия" стало ругательным, открыв Путину дорогу к укреплению самодержавия.

"Венгрия сильно отличается от Европейского союза по своему менталитету", - утверждает Йозеф Мартин (Jozsef Martin), возглавлявший в прошлом газету L'Observateur. "Люди не чувствуют себя европейскими гражданами. Никто в стране не может договориться об общих ценностях. Никто не может сказать, что является венгерским, так как этим постоянно пользуются для взаимных обвинений. Они положили под сукно коммунизм, период между двумя мировыми войнами, нацисткую оккупацию, проблемы цыган, Холокост…  Об этом больше не говорят даже историки". И это заводит в тупик все политические дискуссии. "Мы дорого платим за отсутствие исторической ясности", - подчеркивает Пьер Кандр (Pierre Kendre) из Академии наук Венгрии. "Поколения венгров одно за другим оказались втянуты в исторические драмы, но так ничего толком и не рассказали о них потомкам".

30% голосов за экстремистов

Итак, венгры живут, не оглядываясь в прошлое, и держат в своем поле зрения лишь три-четыре последних года. Опросы общественного мнения отдают 70% голосов на будущих выборах правым, тогда как крайне правые вполне могут получить около 30%. Они открыто заявляют, что в финансовых проблемах страны виноваты евреи, а социальных трудностях – цыгане. В прошлом крайне правые силы практически исчезли при коммунистах после 1949 года. "Сегодняшняя ситуация сравнима с тем, что происходит, когда вы вытаскиваете что-нибудь запрятанное глубоко в холодильнике", говорит Пьер Кандр.

Этот "вырытый" антисемитизм выглядит особенно странным с учетом того, что своего расцвета Венгрия достигла в XIX веке, когда венгерская аристократия полностью опиралась на еврейскую общину при модернизации общества. Большая часть этих элит покинула Венгрию в 1919 году, скрываясь от коммунизма. Все эти математики, физики, фотографы, архитекторы, дирижеры, музыканты, комики и режиссеры позднее прославили свою новую родину – США. Создавшие первую атомную бомбу физики и лучшие голливудские режиссеры были венгерскими евреями. Среди них были, Теодор Фон Карман (Theodore von Karman), Карл Маннхейм (Karl Mannheim), сэр Георг Шолти (Georg Solti), сэр Александр Корда (Alexander Korda), Майкл Кертиц (Michael Curtiz), Марсель Бройер (Marcel Breuer), Ласло Мохой-Надь (Laszlo Moholy-Nagy), Джо Пастернак (Joe Pasternak) и другие.

Сегодня венгерские правые не находят в себе смелости признать, что основой конкурентоспособности в современном мире является личная ответственность. Они говорят, что вина за упадок страны лежит на "других": на евреях, цыганах, иностранном капитале.

"Худшее в коммунизме – это то, что приходит после", сказал бывший член "Солидарности" Адам Михник (Adam Michnik). В Будапеште его слова обернулись горькой правдой.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.