«Таких любовных оргий по отношению к России я, наверное, уже двадцать лет не видел, - говорит о прошедшем недавно Брюссельском форуме бывший министр иностранных дел Александр Вондра (Alexander Vondra), - Запад в последние годы слабый, он систематически уступает требованиям русских».

Вондра добавляет: «В позапрошлую пятницу я был на очень крупном мероприятии по вопросам безопасности, на  Брюссельском форуме. Я сидел там, где были заместитель российского министра иностранных дел Грушко, заместитель американского госсекретаря Фил Гордон (Phil Gordon), генеральный секретарь ОБСЕ и заместитель министра иностранных дел Германии. И я, конечно, был представителем Восточной Европы».

- Какие у вас были впечатления?

- Таких любовных оргий по отношению к России я, наверное, уже двадцать лет не видел. В небольшом выступлении я напомнил им, что, хоть Россия больше уже не коммунистический тиран, в последние два-три года она очень агрессивно продвигает свои интересы.
 
- Чем отличаются ситуации сегодня и тогда?

- После 1989 года Запад был более активным партнером, который предлагал России различные проекты. Мы расширяли НАТО, разбирались с Югославией и другими вопросами. Если говорить терминами футбола, мы играли в атакующий футбол, а они – в оборонительный.

- А сегодня?

- Наоборот. Но с другой стороны, на Россию нельзя слишком сильно злиться, потому что она продвигает свои традиционные интересы, и у нее это хорошо получается. К тому же своей пассивной оборонительной тактикой и недостаточной инициативой Запад позволяет ей это делать. Об этом я и говорил во время своего краткого выступления на Брюссельском форуме.

- А что было потом?

- За это схватились поляки, прибалты, румыны, американские республиканцы и накинулись на Россию. Посыпались аргументы, что российская военная доктрина до сих пор видит в НАТО врага и русские в практической политике претендуют на восстановление сфер своего влияния. Эти дебаты длились примерно пятнадцать минут. Потом выступил государственный секретарь Германии, он сказал, что мы должны успокоиться и создать хорошую атмосферу перед пражской встречей. Об этом же сказал Фил Гордон. Русский Грушко заулыбался, дискуссия закончилась, мы пошли спать.

- Над чем смеялся Грушко?

- Что нас вот так прервали, и ему это было очень на руку. Ведь еще два-три года назад у русских была оборонительная тактика, а теперь они определяют повестку дня в политике безопасности в Европе.

- Как например?

- Давайте возьмем Грузию. Два года назад они систематически провоцировали грузин, пока не спровоцировали их на нарушения. Потом они использовали это для нападения на Грузию. Сегодня Абхазия и Южная Осетия уже де-факто не являются частью грузинской территории. В мире это вызвало шумиху, но ни у кого не хватило сил, чтобы вернуть все и сделать так, как было до войны. Тогда Россия была у позорного столба, и российские политики должны были защищаться. Сегодня у них есть влиятельные покровители среди западных стран.

- Давайте вернемся к вашему выступлению на Брюссельском форуме. Каким образом Запад сегодня разделился в отношении России?

- Европа сегодня делится на государства, у которых был или не было опыта российской оккупации. Я все время говорю о том, что наступление Сталина шестьдесят лет назад остановилось потому, что Соединенные Штаты шли рука об руку с Западной Европой. Многие западные политики забывают об этом и склоняются к политике уступок по отношению к авторитарным режимам, которые наступают. Русские сегодня именно такие. Летом прошлого года несколько десятков бывших премьеров, президентов, министров иностранных дел стран Восточной и Центральной Европы написали письмо в администрацию Обамы, предостерегая от сделок с Россией по ПРО и от ухода из Восточной Европы.

- Как это произошло?

- Это была своеобразная последняя попытка сохранить первоначальную концепцию противоракетной обороны. Мы настаивали на том, чтобы ПРО не поменяли на договор с Россией по ядерному оружию. Но это, конечно, произошло.

- Что произойдет в четверг в Праге?

- Будет подписан классический договор по разоружению. Ничего больше. Важно, что это будет происходить на том же пражском фоне, откуда год назад Обама пообещал миру, что он добьется сокращения числа ядерных вооружений. Немного public relations.


- А что с обещанием, что американцы не исчезнут с этой территории? Оно было в том пражском выступлении.

- Я думаю, что Обама понимает это и поэтому зовет на ужин всех президентов и премьеров стран Центральной и Восточной Европы.

- Чего вы ждете от ужина с Обамой?

- Ничего. Конечно, хорошо, что он пройдет, потому что это символическое выражение определенного интереса. Решающей будет новая стратегическая концепция НАТО. А точнее, выслушают ли требования Центральной и Восточной Европы и последуют ли за этим конкретные шаги.

- Что для вас станет сигналом того, что Запад относится серьезно к безопасности этих государств?

- Разрабатываемая стратегическая концепция НАТО. Мы должны быть уверены, что Запад относиться серьезно к пятой статье (коллективная самооборона всех стран-членов – прим. ред.) и может поддержать ее и реальной политикой.

- Какой?

- Хоть НАТО и расширился, систематические военные учения не проходят. В отличие от России, которая проводит их сразу за границей Польши. Нет хороших оборонительных планов на тот случай, если страна, входящая в НАТО, столкнется с такой провокацией, с которой два года назад столкнулась Грузия. На сегодня первыми под ударом окажутся прибалтийские страны. Мы в Чехии в какой-то степени, как на курорте, потому что у нас нет непосредственных границ с Россией. Зато у нас был определенный урок благодаря недавнему прошлому.

- Кстати, как администрация Обамы год назад отреагировала на письмо известных политиков Центральной Европы?

- Мы поехали в Вашингтон и представили наши возражения. У нас были важные встречи в Госдепартаменте и в Белом доме. Одни спрашивали: вы верите нам?  Другие говорили, что правильно сделали, когда вынесли эти вопросы на обсуждение. Суть нашего послания была такой: не приносите в жертву договору с Россией интересы нашей безопасности.

- А их принесли в жертву?

- Пока не совсем, хотя из-за собственной разобщенности мы проигрываем, как крестьяне у Хлумце. Но борьба продолжается, и у нас, и в НАТО.