Когда корреспондент The New York Times спросил молодого поляка, следовавшего на велосипеде за кортежем, который вез по Варшаве тело Качиньского в президентский дворец, что он думает о происходящем, тот ответил: «Я не боюсь. Именно для этого и нужны законы и конституция».

На прошлых выходных поляки потеряли в авиакатастрофе на западе России 96 человек, в том числе своего президента, его жену, многих видных военных и политических деятелей. Однако одновременно эта трагедия вызвала нечто к жизни – а именно осознание того факта, что тяжкое коммунистическое прошлое Польши ушло в историю.

Сегодня Польша - мирная, устойчивая демократия. На этой неделе ее фондовый рынок оставался стабильным. Как предписывает конституция, страна готовится к выборам. В ближайшие дни в ней будет траур, а потом, еще до летней жары, она изберет нового президента и будет жить дальше.

Г-н Качиньский летел в западную Россию, чтобы посетить церемонию в память о более, чем 20 000 польских офицеров и представителей элиты, убитых в Катынском лесу в начале Второй мировой Советским Союзом. Катынский расстрел – один из самых болезненных моментов в истории Польши, страны с опасным географическим положением, зажатой (иногда до удушения) между двумя крупными и временами агрессивными европейскими державами – Россией и Германией.

Резня в Катыни на много лет охладила отношения Польши с Россией. Советский Союз возлагал вину за Катынь на нацистов, однако поляки знали правду. Лишь в 1990 году Россия признала свою ответственность. Однако даже сейчас она не до конца открыла для иностранцев относящиеся к Катыни архивы.

На этой неделе Россия протянула Польше руку дружбы и сочувствия. Впервые по российскому телевидению показали знаменитый польский фильм 2008 года «Катынь», ознакомивший с обстоятельствами резни российское общество, которое до этого было о них слабо осведомлено. На прошлой неделе премьер-министр России Владимир Путин назвал на церемонии в Катыни расстрел преступлением, которому «не может быть никаких оправданий».

Хотя министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский (Radoslaw Sikorski) и не стал утверждать, что его стране скоро предстоит прорыв в политических отношениях с Россией, однако «эмоциональный прорыв» он признал, заявив, что после катастрофы г-н Путин действительно переживал и «чувствовал нашу боль». «Мы скорбим вместе с вами», - заявил Путин в интервью польскому телевидению. Россия также объявила национальный траур.

Качиньский был ярым сторонником польского национализма и восточному соседу не доверял. Однако на сей раз он, похоже, направлялся в Россию с примирительным посланием. В своей речи, заготовленной для церемонии в память 70 годовщины расстрелов, он назвал Катынь «болезненной раной польской истории, десятилетиями отравлявшей отношения между поляками и россиянами». Он призвал приложить усилия к тому, чтобы исцелить эту рану и отметил попытки примирения со стороны России. «Мы, поляки, ценим то, что сделали в последние годы россияне, - писал он. - Мы должны идти путем, сближающим наши народы, не останавливаясь и не отступая».

Сейчас у России есть возможность продолжить идти по этому пути. Хотя она избавилась от сталинистского прошлого, породившего Катынь, она не должна о нем забывать.

Польша же больше не находится на линии фронта холодной войны между США и СССР. Однако в 21 веке она стала надежным союзником Соединенных Штатов. В родном городе президента Обамы – Чикаго - проживает самая большая польская община за пределами страны. Г-н Обама мог бы воздать должное связям между нашими странами, посетив похороны Качиньского и продемонстрировав, что Америка поддерживает Польшу, которая должна пережить недавнюю трагедию и продолжить путь к более радостному будущему.