Группа, состоящая из нескольких гражданских и военных летчиков, провела самостоятельный анализ последней фазы полета президентского ТУ-154М. По их мнению, экипаж не пытался совершить посадку на аэродроме в Смоленске, а трагедия произошла из-за неисправности руля высоты. Так считает и представитель летчиков - офицер ВВС, координатор военных аэродромов Тадеуш Аугустинович (Tadeusz Augustynowicz), много лет проработавший в авиакомпании LOT.

Аугустинович считает, что известные на настоящий момент обстоятельства катастрофы самолета ТУ-154М и вызывающий споры ход следствия указывают на то, что виновниками произошедшего 10 апреля крушения не были польские пилоты. Подвела российская машина, а точнее – ее блок управления. К сожалению, ключевая информация на эту тему закрыта для общественности. Группу летчиков возмутило, что сразу же после катастрофы ТУ-154М было принято предположение о технической исправности самолета, а вину за катастрофу старались переложить на пилота – Аркадиуша Протасюка (Arkadiusz Protasiuk), приписывая ему "школьные" ошибки.

Как установил Межгосударственный авиационный комитет (МАК), автопилот ТУ-154М был выключен лишь за 5,4 секунды до крушения, а система TAWS (EGPWS) подала пилотам предупреждение за 18 секунд до столкновения с первым деревом.

"Комитет забыл о самой важной детали: скорости самолета. В ТУ-154М регулирование выпуска шасси зависит от скорости и происходит автоматически. На фотографиях видно, что они выпущены не под углом 90 градусов, а меньшим. Это третья из пяти ступеней выпуска шасси, которая свидетельствует о скорости 360-380 км/ч, а посадка происходит при максимальной скорости 250-270 км/ч", - объяснил нам Аугустинович. Итак, если самолет, как говорит следствие, шел на посадку, почему он летел с такой высокой скоростью? Как считает группа летчиков, капитан Протасюк осознавал погодные условия в Смоленске, он также знал сам аэродром и не рисковал.

"Капитан действовал очень осторожно: сначала он сделал как минимум два круга над посадочной полосой (т.н. облет) и только потом решил заходить на посадку. Он подошел к этому профессионально: сам, лично вел переговоры с диспетчером, несмотря на то что обычно это делает навигатор или второй пилот. Пилоты начали путь снижения за 10 км до порога взлетно-посадочной полосы на высоте 500 метров".

Летчики говорят, что все это время экипаж действовал чрезвычайно осторожно, имея информацию о погоде и зная от экипажа ЯК о проблемах с посадкой Ил-76. Согласно настройке автопилота, каждые 2 километра самолет должен был снижаться на 100 метров, а на высоте 100 метров и расстоянии 2 километров от посадочной полосы должно было быть принято решение садиться ли. Если да – пилоты перешли бы на ручное управление. Так не произошло. Зато после выпуска шасси обнаружились неполадки в руле высоты.

Проблемы с блоком управления были у ТУ-154М и раньше, когда в январе этого года у него случилась поломка на Гаити (этот блок был заменен в ходе ремонта на самарском заводе в декабре 2009 года). Самолет вернулся на родину благодаря действиям пилотов, устранивших неисправность. После этого инцидента блок должен был быть заменен техниками. Было ли это сделано? Мог ли новый блок снова сломаться в Смоленске? О том, как проходил ремонт, мы спросили у пресс-секретаря ВВС и ожидаем его ответа. 

Сомнения мог бы развеять анализ системы управления шасси и связанных с ней элементов. По оценке Аугустиновича, неполадки могли быть вызваны отказом гидравлики самолета или блока управления. Теоретически, блокировка руля высоты могла произойти независимо от этого (что случается редко) или в результате целенаправленных действий (это относительно простая конструкция, позволяющая заблокировать управление после выпуска шасси).

Они боролись до конца

В первой фазе полета с неисправным рулем высоты пилоты еще не отдавали себе отчет в опасности.

"Они снижались немного слишком быстро, под большим углом. Капитан Аркадиуш Протасюк не мог знать, почему так происходит, но предпочитал дуть на воду. Уже за 3 км до порога взлетно-посадочной полосы он решил отказаться от посадки. Капитан перевел автопилот на максимальную скорость и высоту. Автопилот, управляющий тягой двигателей, выставил их на стартовую, то есть максимальную, мощность", - полагают летчики.

Нужно отметить, что последние сообщения СМИ подтверждают, что при высоте 80 метров прозвучала команда "уходим", однако самолет продолжал снижение. Здесь появляются обвинения в отношении пилотов в том, что это произошло ниже т.н. высоты принятия решения. Между тем, по документации аэродрома "Северный" эта высота составляет там 70 метров. Так что команда пилота прозвучала в нужный момент. Нашей газете удалось выйти на людей, которые располагают доказательствами, подтверждающими, что решение капитана об отказе от посадки было принято примерно за полминуты до катастрофы. В тот момент Протасюк отчетливо сообщил: "Нет. Не садимся"

"Капитан Протасюк поручил навигатору настроить автопилот так, чтобы очередной "way-point" (точка маршрута) находилась на противоположной стороне взлетно-посадочной полосы", - считают летчики. Однако неуправляемая машина не позволила экипажу осуществить его намерения. Самолет не поднялся. В этот момент землю еще видно не было, а самолет резко ускорялся. Свидетели, находившиеся в окрестностях аэродрома, говорили о странном звуке двигателя – работающего на максимальных оборотах.

То, что самолет имел большую скорость, подтверждают также сообщения смоленских диспетчеров, которые объясняли свою запоздалую реакцию на происходящее именно тем, что события разворачивались быстро. Кроме того из чтения актов следствия, о чем сообщал адвокат Рафал Рогальский (Rafał Rogalski) вырисовывается картина недобросовестных действий наземного персонала в Смоленске.

Как дезинформирует МАК

После анализа обрывков информации на тему катастрофы группа летчиков указала МАК на моменты, которые не укладываются в картину катастрофы, представленную общественному мнению. Как они отмечают, причиной катастрофы не могла быть ошибка пилота, так как в тот момент, когда самолет оказался на курсе столкновения с землей, им управлял автопилот. Помимо этого, пилоты уже за несколько десятков секунд до катастрофы не хотели садиться на смоленском аэродроме, так как в противном случае они бы отключили автопилот гораздо раньше, поскольку последняя фаза полета проводится в ручном режиме. Анализ работы системы TAWS также указывает, что она не могла выдать сообщение "Terrain Ahead! Pull up!", так как в тот момент земли перед пилотами еще не было, более того – данный режим предостережения был перед полетом отключен. Если бы вразрез инструкции он был бы включен, то прозвучал бы на несколько километров раньше. Летчики также указывают, что информация, будто бы у пилотов не было навигационных данных аэродрома, не может быть правдивой: у них не было их на карте, но они были в компьютере навигатора. В противном случае автопилот не начал бы снижение. Как отмечают пилоты, данные российских следователей о состоянии тел пассажиров самолета указывают, что на них воздействовала огромная сила, а это подтверждает высокую скорость самолета, которую невозможно развить в течение 5 секунд, если принять положение, что начальная скорость находилась в пределах 250 км/ч. Среди важной информации со стороны МАК отсутствуют также данные о параметрах самолета: степени раскрытия шасси, положения закрылков, предкрылков, элеронов, плоскости руля высоты и направления, аэродинамических тормозов, а также о скорости машины. Многие из этих данных зарегистрированы "черным ящиком", находящимся в руках россиян. Свидетельствует ли замалчивание определенных данных о том, что они им невыгодны? Как следователям удалось довольно подробно описать траекторию полета, раз скорость самолета не была известна?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.