Привокзальной площади в городе Кре на юго-востоке Франции присвоено имя великого русского писателя Александра Солженицына. Торжественная инаугурация состоялась 5 июня. На церемонии присутствовали мэр города Кре Эрве Маритон (благодаря усилиям которого и состоялось это событие), вдова писателя Наталья Дмитриевна Солженицына и Никита Алексеевич Струве, глава парижского издательства "YMCA-Пресс", в котором с 70-х годах выходили в свет книги Солженицына. На французском языке "Архипелаг ГУЛАГ" был опубликован во Франции в 1973 году.

В интервью RFI Никита Струве рассказывает о том, как проходила инаугурация площади имени Солженицына в городе Кре.

- Она прошла хорошо и вполне в духе Александра Исаевича. Кре – небольшой, но опрятный город. Эта церемония собрала около 150 человек вокруг вокзальной площади, которая сейчас названа в честь Александра Солженицына. А потом в местном кинематографе проходило общение с собравшимися, которое длилось до вечера. Все прошло очень живо. Наталья Дмитриевна приехала, и она очень довольна, потому что церемония была одновременно и почетной, и очень скромной, как любил Александр Исаевич.

- Вы внесли вклад в распространение произведений Александра Солженицына. Какова Ваша реакция на это событие – на то, что в честь Солженицына назвали площадь в Кре?

- Это очень хорошо. Вопрос об открытии площади имени Солженицына ставился и в Париже, но местное социалистическое руководство, хотя и проголосовало за эту идею, но не позаботилось об ее осуществлении и даже хотело ее похерить. Вот сегодня в Le Figaro - нашей, пожалуй, центральной утренней газете, появилась статья именно об этом – почему-то к исполнению этого решения руководство Парижа не приступило, хотя за него проголосовали члены городского совета.

- Le Figaro пишет, что Париж медлит с открытием площади имени Солженицына, потому что Александр Исаевич – неоднозначная фигура в восприятии французских политиков. Что вы об этом думаете?

- Солженицын – не политическая фигура. Он всегда отказывался от этого наименования. Я абсолютно убежден в том, что он самый крупный писатель второй половины XX века в мировом масштабе. А политика должна быть, в этом смысле, второстепенным моментом. То, что Солженицын сказал правду о самом страшном, что происходило в Советской России, - это не политический, а политико-духовный момент. Так что я думаю, что эти политические споры отражают застарелые представления.

- Как Александр Солженицын связан с Францией?

- Он сначала думал, что Франция ему в чем-то противопоказана, что это, может быть, слишком рациональная страна, но как только он появился во Франции, он в нее влюбился. Я с ним путешествовал по Франции. Помню, как мы остановились у реки Уазы. Он восторгался тишиной и какой-то человечностью природы и все повторял: «Ах, Уаза, Уаза!» Он говорил, что он нигде себя не чувствовал так тепло, почти как дома. Если бы ему пришлось снова выбирать страну, где жить, он выбрал бы Францию.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.