Франция считается одной из главных опор ЕС. Но с журналистами и СМИ там обращаются, как в России. Если бы так себя вел Клаус, было бы много разговоров. Цензура во Франции - одна из сильнейших в наше время. Когда принимали Лиссабонский договор, о нем нельзя было говорить плохо. И точно так же во французских СМИ не найти ни одной действительно критической статьи о правительстве, президенте и Евросоюзе. Говорить о том, существует ли какая-то альтернатива нынешней структуре ЕС, в принципе нельзя.

Не так много времени прошло с появления «гильотинного закона», который несет отключения от Интернета и дискуссии об обложении налогом подключения к глобальной сети и использования мобильных. Одним из последствий этого закона, похоже, станет снижение доходов от рекламы в Интернете, и кто-то за это должен заплатить. Если французы хотят прочитать что-то об аферах своего президента, они вынуждены приобретать иностранные газеты или лезть на нефранцузские сайты. Цензура во Франции зашла так далеко, что президент Саркози провел закон, по которому он единственный может назначать директоров общественного (читай: финансируемого и лояльного правительству) телевидения. Если бы такое сделал Клаус, поднялась бы невероятная шумиха о том, что он превышает свои полномочия. И я не думаю, что у нас директором телевидения мог бы быть поклоняющаяся Брюсселю марионетка.

Но такой подход всегда был близок Евросоюзу. У нынешних политиков, выступающих за ЕС, полный рот свободы слова, но цензура караулит за каждым углом. Достаточно посмотреть на в основном хвалебные «евросоюзные» статьи и на абсолютное отсутствие правдивой информации об экономике, иммиграции, растущей безработице, или на нивелирование проблем в отдельных странах. Даже в прошлом, когда мы еще не были в ЕС, о кризисах в принципе нельзя было писать. Система дотаций СМИ в ЕС и, по сути, сопротивление приватизации общественных СМИ – это не что иное, как систематическая коррупция свободы слова.
 
Для многих, возможно, это скандал, а для нас, еврореалистов, это просо следующий кусочек в мозаике потери свобод в Европе – вмешательство президента Франции Саркози в частную сделку -  продажу акций газеты Le Monde. Саркози вызвал в Елисейский дворец главного редактора Le Monde Эрика Фотторона (Eric Fottoron) и сообщил ему, что если газету продадут тройке покупателей - это Пигас, Берже и Нил (Pigasse, Bergé, Neil), издание не получит дотаций от правительства. Почему? Потому что эти господа придерживаются немного не тех взглядов, что Саркози, и он опасается, что из-за изменений в содержании газеты еще раз президентом он не станет. Один из этой троицы - Пигас - уже много лет является коллегой нынешнего председателя МВФ Доминика Штраус-Кана (Dominique Strauss-Kahn), и он считается главным конкурентом Саркози на следующих президентских выборах. Благодаря до сих пор лояльной редакционной политике  Le Monde по отношению к Саркози правительство некоторое время назад решило предоставить изданию государственные дотации в размере 45 миллионов евро на реструктуризацию, в противном случае газета могла бы закрыться. Теперь Саркози шантажирует частных владельцев и даже говорит о том, что будет лучше, если газету купит государственная компания France Télécom. Так за деньги налогоплательщиков Le Monde сможет и дальше писать славные оды на радость Саркози.

Пока люди, как Саркози, радуются, настоящая свобода слова где-то надежно спрятана. И это настоящее лицо Евросоюза.

Франтишек Матейка – член республиканского президиума Партии свободных граждан

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.