Когда россияне за что-либо берутся, то никогда не знают меры. Складывается ощущение, что в России мыслят только масштабными категориями и что в последние десятилетия в эту страну вернулась мания величия, свойственная царям. На днях Рафаэль Поч (Rafael Poch) сообщил нам из Берлина о неожиданном предложении зловещего премьера Путина о создании торгового пространства от Лиссабона до Владивостока. Что-то меняется к востоку от Священной Романо-Германской Империи. Несколько лет тому назад Фонд Tàpies опубликовал ряд работ под общим заголовком Зона В: на окраинах Европы, в которых исследовались исторические судьбы стран, расположенных на периферии этого континента. А философ Реми Браге (Rémi Brague) размышлял о лице Европы, изборожденном шрамами, хранящими следы исторических событий, которые в итоге и определили ее нынешний вид. А также о парадоксе того, что Россия является частью Европы. Хотя это отнюдь не очевидно.

Сегодня Россия странным образом не представлена в литературной среде Европы. Видимо, так распорядилась геополитика, возникшая на обломках уже забытой, но тоже оставившей свой шрам холодной войны.

Но не всегда положение вещей было таким. В XIX веке великие литературные произведения регулярно приходили в Россию из Центральной Европы, как бы являясь частью общего пространства, а оттуда шли в Южную Европу, способствуя развитию одного из самых плодотворных и насыщенных диалогов в европейской литературе.
То же самое происходило в течение всей первой половины XX века в литературе, искусстве и музыке. В этих областях также не были представлены российские литераторы, художники и композиторы. К счастью, сейчас на полках книжных магазинов появилось много переводов работ современных российских классиков, наконец-то сделанных напрямую с языка оригинала. В течение долгого времени мы считали чем-то привычным чтение переводов произведений российских писателей, сделанных уже с французского, итальянского или английского языка.

И ни у кого не вызывало возмущения то обстоятельство, что человек, уверявший, что не знает ни слова по-русски, брался за перевод, скажем, такого памятника литературы как пушкинская поэма в стихах «Евгений Онегин». А некоторые издательства, с упорством достойным лучшего применения, продолжают выпускать, как будто речь идет о печеных пирожках, эти вторичные переводы, где утеряна вся прелесть языка оригинала. Но сегодня, к счастью, все же есть ощущение того, что благодаря новому поколению славистов, выходят в свет великолепные переводы великих русских писателей не только XIX, но также и XX века: Ахматовой, Мандельштама, Гроссмана, Пастернака, Довлатова, Брауна… И благодаря этому мы с восторгом для себя открываем эту страну на севере Европы, частью которой также являемся. Расстояние исчезает, языковые барьеры исчезают, и мы становимся как бы одним целым.