Резюме

5 января Польша и Швеция выставили России отдельные предупреждения. Польша в критическом духе прокомментировала зависимость Варшавы от Москвы в области энергетики, а Швеция — возможно, реагировала на запланированное приобретение Россией французских боевых кораблей класса Mistral. Россия сейчас пытается закрепиться в соседних с ней прибалтийских странах Латвии и Эстонии, и для Польши и Швеции созрели условия для повышения качества своих дипломатических отношений с целью развёртывания сотрудничества в сферах обороны и безопасности с целью противостояния мерам, принимаемым Москвой в регионе.

Анализ


5 января произошли два, казалось бы, не связанных друг с другом события: две страны, соседствующие с Россией и имеющие выход к Балтийскому морю (Польша и Швеция) делают Москве предупреждение.

Посол Польши в России Войцех Зайончковский (Wojciech Zajaczkowski) в различных интервью говорил, что Варшава активно пытается диверсифицировать свои источники поставок газа, чтобы избавиться от зависимости от Москвы. Перед этим, 4 января, Зайончковский сделал публичное заявление о крайне критичном мнении Польши о потенциальном размещении Россией тактических ядерных вооружений в Калининградской области и о «бессмысленности» российско-германского проекта трубопровода «Северный поток», который посол подверг критике на основе соображений экономики и экологии.

А 5 января комитет по обороне при шведско парламенте направил министру иностранных дел Карлу Бильдту (Carl Bildt) официальный запрос о том, каким именно образом Стокгольм собирается реагировать на запланированное Россией приобретение у Франции двух вертолетоносцев класса Mistral. Россия подписала с Францией официальное соглашение на приобретение двух вертолетоносцев, причём возможен вариант, что еще два таких вертолетоносца будет построено в России. Доставка первого корабля намечена предварительно на этот год; официально предлагается включить его в состав Тихоокеанского флота. Но второй, скорее всего, будет базироваться на Балтийском море, что вызывает раздражение в прибалтийских странах.

Интересно совпадение во времени у этих событий. Договорённость о приобретении Mistral готовилась более года, да и Польша с ее смущенным отношением к зависимости от российского природного газа ничего нового не сказала. Следовательно, как внезапно проявленную шведским парламентом заинтересованность в российско-французской оборонной сделке, так и в целом агрессивный тон данного польским министром интервью (о нем в России писали довольно много и в негативном ключе) следует рассматривать в контексте развития геополитической ситуации в регионе.

Во-первых, незадолго до появления обоих заявлений в Белоруссии прошли президентские выборы, сразу после которых подверглись преследованиям устроившие митинг в знак протеста против переизбрания Александра Лукашенко лидеры оппозиции. Европа во главе с польско-шведской инициативой «Восточное партнерство» надеялась, что сможет постепенно ослабить железную хватку, которой Москва держит геополитическую ориентацию Белоруссии. Но исход президентских выборов фактически положил конец этим надеждам.

Кроме того, перед поступлением этих заявлений из Польши и Швеции Россия предприняла несколько успешных шагов по расширению своего влияния в странах Балтии и теперь воздействует на них не только через посредство русскоязычного меньшинства в Латвии и Эстонии, но и наращивает своё экономическое и политическое влияние. Декабрьский визит президента Латвии Валдиса Затлерса (Valdis Zatlers) в Россию стал показателем роста экономических связей между Москвой и Ригой; Россия уже стала вторым по важности инвестором для Латвии, после Швеции. Кроме того, Россия эффективно повысила своё влияние на Латвию и Эстонию благодаря покровительству относительно пророссийски настроенным политическим партиям (которые сейчас привлекают всеобщее внимание к своей привлекательноси) — «Центру гармонии» (Латвия) и Центристкой партии (Эстония).

Польша и Швеция (с исторической точки зрения они и Россия играли роль местных держав в прибалтийском регионе) стремятся создать противовес России или хотя бы сделать ей внушение, что внимательно следят за её действиями. Особенно пристального изучения заслуживают слова Зайончковского. На пост посла его назначили недавно, сделал это новый президент Польши Бронислав Коморовский (Bronislaw Komorowski), заявивший, что с рефлекторно антироссийской политикой в Польше покончено. Также Зайончковский был близким политическим советником премьер-министра Дональда Туска (Donald Tusk), который лично трудился над улучшением отношений между Варшавой и Москвой. Сам по себе Зайончковский — не рудимент прежней антироссийской политики Польши, он представляет тандем Туска и Коморовского, причём достаточно сильно. Если он критикует внешнеполитический курс России, это означает, что в высших эшелонах власти Польши это одобряют.

А в Швеции практически весь 2010 год прошёл под знаком затяжного предвыборного сезона, причём сопровождавшегося исключительно напряжённой борьбой по меркам новейшей истории страны. Нынешнее правительство правоцентристов вернулось к власти, хотя и в меньшинстве. Теперь премьер-министр Эрик Рейнфельдт (Erik Reinfeldt) и министр иностранных дел Карл Бильдт имеют возможность сосредоточиться на делах регионального значения. Бильдт уже посетил Украину и Молдавию совместно со своим польским коллегою — они продвигали программу «Восточное партнерство», а конкретно — пытались повысить шансы проевропейского правительства в Кишинёве на успех; кроме того, Бильдт принимал министра иностранных дел Украины у себя в Стокгольме. Другими словами, в декабре Швеция подчёркнуто возобновила своё участие в региональной политике.

Вопрос, однако, в том, готовы ли Швеция и Польша активизировать своё сотрудничество в регионе настолько, что оно выйдет за рамки активной дипломатии. В последние два года источники STRATFOR в Польше подчёркивали готовность Варшавы укрепить свои связи со Швецией с целью расширить их в сфере обороны и безопасности. Сейчас STRATFOR получает аналогичные сигналы и из Стокгольма. США (традиционный союзник Польши и партнёр по обеспечению безопасности в эпоху после окончания холодной войны), скорее всего, на всё обозримое будущее увязнут на Ближнем Востоке и не будут давать Варшаве никаких годных гарантий безопасностей, и Польша будет искать альтернативные варианты, хотя бы на краткосрочную перспективу. Швеция уже давно агрессивно защищает свой нейтралитет, а потому имеет мощную армию и оборонную промышленность. Кроме того, интересы Швеции сейчас совпадают с интересами Польши, потому что Москва продолжает расширять своё влияние в Западной Европе, особенно в Латвии и в Эстонии.