Искать нового управляющего директора Международного валютного фонда начали еще до того, как Доминик Стросс-Кан официально покинул свой пост в среду. По сообщениям прессы, французский министр финансов Кристин Лагард (Christine Lagarde) выглядит сильным фаворитом, от нее немного отстает бывший президент Bundesbank Аксель Вебер (Axel Weber). Отличие между ними состоит в деталях персональных данных.

Имя г-на Вебера упоминается в качестве предпочтительного кандидата для канцлера Германии Ангелы Меркель, и вот почему. Будучи ястребом инфляции во время своего пребывания в немецком центральном банке, он высказался категорически против спасения Греции и других стран. Это были меры, против которых г-жа Меркель слишком застенчиво политически сопротивлялась, но, возможно, она теперь как следует подумает на этот счет, так как провал спасения Греции при решении афинского кризиса, не говоря уже о том, чтобы остановить распространение финансовой «заразы», становится все более очевидным.

Г-жа Лагард, тем временем, остается ярким представителем тех сил, которые сейчас ведут еврозону в сторону финансового союза. На этой неделе г-жа Лагард заявила журналистам, что тема реструктуризации долга Греции «закрыта». В интервью нашему изданию в декабре прошлого года она защищала решение Европейского союза о создании постоянного фонда спасения, необходимого при данных обстоятельствах: «Мы нарушили все правила, потому что мы хотели сплотить ряды и действительно спасти еврозону».

Нарушение правил ради политической целесообразности вряд ли является политическим рецептом, который должен приветствоваться в высших эшелонах глобальных финансов, и само по себе отзовется будущими кризисами задолженности. Бизнес МВФ как никогда нуждается в изоляции от назойливого шума европейской политики.

Но даже назначение твердого сторонника финансовой ответственности на пост в МВФ вряд ли поможет увести фонд от его недавнего курса и увидеть, как он трансформируется из гаранта мировой ликвидности в средство для спасения. Во время недавнего финансового кризиса основной интеллектуальный вклад Фонда заключался в том, чтобы призвать глобальный кейнсианский бум расходов к тому, чтобы всего лишь осмотреться вокруг, посоветовать ввести режим строгой экономии и повысить налоги, пока не выплеснулись проблемы задолженности.

В претенциозном экономическом руководстве не было бы ничего хорошего, если бы оно не сопровождалось восприимчивостью Фонда к идеям в собственной нормативной компетенции. Поскольку кризис фонда побудил его позиционировать себя как полицейского глобальных «дисбалансов», одобрившего такие идеи, как новые рычаги управления капиталом и предложение министра финансов США Тимоти Гайтнера (Timothy Geithner) осенью прошлого года по ограничению размеров сальдо торгового баланса величиной 4% от ВВП, теперь МВФ, естественно, и будет поручено это обеспечивать.

Любой новый руководитель Фонда вынужден будет перепозиционировать миссию фонда при серьезном надзоре со стороны своих акционеров, в частности, США. Мы желаем следующему управляющему директору удачи.