Многие жители Англии не могут прийти в себя после нескольких дней массовых беспорядков, поджогов и мародерства. В какой же момент люди решают, что им тоже можно превратиться в мародеров?

На этой неделе в Лондоне можно было наблюдать самые невероятные сцены - от горящих кварталов и уличных столкновений с полицией до людей, без колебаний вламывающихся в магазин через разбитую витрину и выходящих оттуда с плазменным телевизором под мышкой.

Многие из мародеров, сметающих товары с полок в универмагах, магазинах электроники и спортивных товаров, даже не потрудились закрыть свои лица.

Некоторые из них даже фотографировали себя на мобильные телефоны, хвастаясь «добычей» и загружая снимки на сайты социальных сетей.

Профессор Джон Питтс, консультирующий лондонские власти по вопросам молодежи и криминальных группировок, утверждает, что имена некоторых лидеров мародеров хорошо известны местным правоохранительным органам, однако многих просто подхватывает толпа.

По его словам, мародерство позволяет «беспомощным людям внезапно почувствовать себя могущественными», а это «очень пьянящее чувство».

«Мир [в такие моменты] переворачивается с ног на голову. Молодежь привыкла к тому, что взрослые авторитетные люди говорят им: не делай этого, иначе произойдет то-то. А тут они делают что-то [запрещенное] - и ничего не происходит!»

Он утверждает, что большинство молодежи участвует в беспорядках не в последнюю очередь потому, что в учебных заведениях сейчас каникулы и у подростков много свободного времени.

Очень важно количество бунтовщиков, добавляет Питтс. Беспорядки начинаются, когда толпа чувствует, что она контролирует ситуацию.

«Невозможно устраивать беспорядки в одиночку. Одиночный бунт - это просто вспышка гнева. Но в какой-то момент растущая толпа, противостоящая полиции, понимает, что ее больше не могут контролировать», - поясняет он.

Психопатические наклонности

Психологи утверждают, что в толпе человек утрачивает свои моральные принципы, и чувства вины и сопереживания - те самые, что в нормальных условиях удерживают нас от противозаконного поведения - ослабевают и размываются.

«Уровень морали обратно пропорциональны количеству участников. В большой толпе, где каждый, по сути, действует совершенно анонимно, вы можете делать практически все что угодно», - поясняет Джеймс Томпсон, почетный профессор психологии Университетского колледжа Лондона.

«Частично это объясняется чувством безнаказанности в толпе. Непосредственно активно участвовать в беспорядках могут 20-30 человек, однако присутствие вокруг этих людей нескольких сотен зевак значительно уменьшает шансы на то, что их поймают», - продолжает он.

Однако, по словам Томпсона, он не согласен, что мародеры просто пассивно вовлекаются в захлестывающую их беснующуюся толпу: он подчеркивает, что каждый человек делает выбор сам.

Тем не менее, когда у тебя на глазах люди идут грабить магазины, это тоже может послужить сильным мотивирующим фактором, парирует профессор психологии Лэнс Уоркман.

«Люди - самые лучшие подражатели на планете. Причем мы всегда стремимся подражать поведению, которое представляется нам успешным, - поясняет профессор. - Когда вы видите, как люди выносят из магазина кроссовки или плазменную панель, многие зададут себе вопрос: а почему я не могу поступить так же?»

Однако, по его словам, есть свидетельства, позволяющие предположить, что у лидеров хулиганов есть некие психопатические наклонности.

Психологию толпы можно рассмотреть на примере футбольных хулиганов. Фанат «Манчестер Юнайтед» Тони О'Рейли говорит, что видит много общего между беспорядками, проходящими в Лондоне, и теми футбольными стычками, в которых он сам принимал участие на протяжении 30 лет.

По его словам, по большому счету все сводится к всеобщему возбуждению и чувству толпы: «Это кайф. Это ощущение, которое больше нигде не испытаешь - рев толпы. Ты чувствуешь себя частью какой-то большой группы, и что-то происходит».

Для многих само это переживание – «чувство толпы» - и является основным мотивом поведения, а награбленные товары - лишь приятное дополнение. Но уж точно не для зачинщиков беспорядков, направляющих толпу на дорогие магазины.

О'Рейли вспоминает события 25-летней давности, когда в лондонском районе Суисс-коттедж беснующаяся толпа футбольных фанатов разгромила ювелирный магазин: «Сама толпа не собиралась красть драгоценности, однако несколько уголовников воспользовалось ситуацией и большим скоплением народа - и толпа пошла за ними, просто из стадного чувства».

Бунт общества потребления

Законопослушному гражданину просто никогда в голову не придет мысль поджечь автобус или украсть что-либо из разбитой витрины. Однако ученые в один голос утверждают, что нельзя не принимать в расчет и социоэкономические факторы.

Пол Бэггали, профессор социологии Университета Лидса, обращает внимание, что в столкновениях с полицией в основном принимают участие юноши и молодые мужчины, в то время как среди мародеров можно увидеть женщин и даже детей.

«Скорее всего, большинство людей, которые тащат товары из магазинов, никогда раньше этого не делали. В таких ситуациях [у участников] появляется ощущение, что обычные правила больше не действуют», - объясняет он.

По его словам, несмотря на то, что большинство беспорядков заканчивается мародерством, на этой неделе оно было их основным мотивом, и эти народные волнения можно назвать «бунтом общества потребления».

«По сравнению с беспорядками 1980-х, сейчас из магазинов можно легко утащить намного больше - например, мобильные телефоны, разную мелкую электронику и легкие плазменные панели, - напоминает профессор. - Для большинства мародеров это просто возможность наживы, воплощенное чувство неудовлетворенности, они спрашивают себя - а как же еще я могу все это заполучить?»

Профессор Питтс, однако, считает, что беспорядки - более сложное явление, и их нельзя объяснить одной лишь жаждой потребления.

Нужно учитывать, что проходят они на фоне «растущего недовольства» по поводу высокого уровня безработицы среди молодежи, невозможности получить образование и большой разницы в уровне доходов.

По его словам, большинство участников беспорядков - жители более бедных районов, у которых нет привычки к особой законопослушности и которым нечего терять.

«У них нет карьеры, о которой можно беспокоиться. Они - не мы. Они живут на краю - разочарованные, обозленные, способные на страшные вещи», - резюмирует профессор.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.