Через пятьдесят лет после начала строительства барьера, который был символом холодной войны, немцы со смешанными чувствами вспоминают о возведении и падении Берлинской стены.

В это утро пятьдесят лет назад берлинцы проснулись под звуки отбойных молотков, долбивших дорогу перед знаменитыми Бранденбургскими воротами города.

Они смотрели с недоверием, как отряды рабочих, охраняемых вооруженными коммунистическими милиционерами, раскручивали огромные катушки колючей проволоки и крепили ее к асфальту гигантскими степлерами.

Барьер, воздвигнутый 13 августа 1961 года, стал началом печально известной структуры, которая и сегодня – почти 22 года после ее падения – остается одним из самых мощных символов холодной войны: Берлинская стена. Сегодня в полдень Берлин замрет. Канцлер Ангела Меркель (Angela Merkel) и президент Германии Кристиан Вульф (Christian Wulff) будут среди 100 высокопоставленных лиц, которые примут участие в мемориальной церемонии рядом с местом бывшей стены и будут вспоминать роковой день ее строительства полвека назад.

Автобусы и поезда метро остановятся, и многие берлинцы, особенно тысячи тех, чьи жизни навсегда изменила стена, будут стоять в тишине в течение минуты. Церемония завершится оглашением имен всех 136 восточных немцев, которые застрелены пограничниками или каким-либо еще образом погибли у стены при попытке к бегству от тирании коммунистического правления. Много людей также погибли при попытке к бегству через плотно заминированную и огороженную границу, разделявшую две Германии.

Берлинская стена была отчаянной мерой, предпринятой правителями «первого рабоче-крестьянского государства на немецкой земле», чтобы остановить поток людей, от чего оно страдало в течение нескольких месяцев до 13 августа 1961 года. До тех пор десятки тысяч восточных немцев проголосовали против системы ногами – это был массовый исход на Запад.

К лету 1961 года коммунистическое руководство охватила паника: не только огромное количество врачей, учителей и инженеров покинули страну. Фабрики теряли кадры и были опасения, что могло не хватить сельскохозяйственных рабочих, чтобы провести уборку урожая.

Стена была ответом руководства на проблему. Но барьеров и колючей проволоки не хватало. Так называемый «антифашистский защитный барьер» должны были «защищать» вооруженные автоматами Калашникова пограничники, чтобы сделать его эффективным. Кровавый отсчет начался девять дней спустя, когда Ида Зикман (Ida Siekmann), 59-летняя жительница восточного Берлина, умерла от травм после того, как она пыталась бежать в Западный Берлин, выпрыгнув из окна своей квартиры, которое выходило прямо на границу.

Первым, кого застрелили два дня спустя, был Гюнтер Литфин (Günter Litfin), молодой берлинец, который пришел навестить свою мать на востоке до того, как вдруг выросла стена. Он не мог поверить, что он никогда не сможет вернуться в квартиру, которую он только что арендовал на Западе. Он был убит выстрелом в затылок пограничниками при попытке к бегству через Шпрее, которая проходит через центр города. Сотни ошеломленных западных берлинцев выстроились по берегу реки, чтобы посмотреть, как пожарные получали его мертвое тело.

Вероятно, последняя жертва стены приходится на февраль 1989 года, всего за восемь месяцев до ее падения. 21-летний Крис Гюфрой (Chris Gueffroy) был убит выстрелом в сердце восточногерманским пограничником при попытке бегства через стену рядом с двумя садово-огородными участками, которые называются «Гармония» и «Беззаботная». Он ошибочно предположил, что режим приостановил свой приказ стрелять в беглецов. Через месяц восточный берлинец Винфрид Фройденберг (Winfried Freudenberg) разбился насмерть в Западном Берлине, выпрыгнув из самодельного воздушного шара, который он построил дома для побега.

Для тысяч берлинцев стена по-прежнему то, что они хотели бы забыть. Оставшиеся от нее следы исчезли в воссоединенной столице. Ее политикам еще предстоит решить, как лучше сохранить память о ней для потомков.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.