Рейд Европейской комиссии на Газпром и крупнейших европейских партнеров компании, прошедший во вторник, спровоцировал беспокойство: не начинается ли новый этап обострения отношений между Евросоюзом и Россией? По словам чиновников, проверочный антитрастовый рейд планировался для предупреждения и обуздания методов, препятствующих свободной конкуренции на европейских рынках, что еще более однозначно закрепило за Газпромом образ скрытного монополиста энергетики. И хотя эксперты предостерегают, что до официального объявления результатов проверки ни о чем нельзя говорить с уверенностью, мнения о возможных последствиях проверки, тем не менее, разделились.

Некоторые говорят, что стороны просто напросто впали в слишком сильную обоюдную зависимость для того, чтобы могло развиться какое-то действительно серьезное обострение. В то же время другие возражают, что эти рейды станут поворотным моментом в отношениях между Россией и Евросоюзом, а также знаком того, что на ЕС больше не получится давить.

Неожиданная проверка, проведенная примерно в двадцати точках в десяти странах Центральной и Восточной Европы, по сути, была лишь единичным выступлением в серии рейдов, которые задуманы Евросоюзом с целью проверки выполнения законов свободного рынка на энергетических рынках Европы. Предыдущие рейды проходили в 2007 и 2010 годах, и, по словам Еврокомиссии, они были направлены на западноевропейские компании, подозревавшиеся в обходе законов о свободной конкуренции. Рейд, прошедший во вторник, вызвал резонанс во всем международном сообществе, скорее всего, потому что главным подозреваемым являлся всемирно известный энергетический агрессор Газпром, а также потому что ЕС покупает большую долю из своих 60% импорта энергии из России.

В заявлении от 27 сентября Еврокомиссия старалась осторожно обходиться с терминологией и выдерживать баланс между дипломатией и двусмысленностью: «Расследование касается случаев, когда по договоренности или в одностороннем порядке затрудняется конкуренция, – говорилось в заявлении. – Комиссия подозревает ограничительное поведение, такое как раздел рынка, препятствия доступа к сети, препятствия диверсификации поставок, а также возможное эксплуататорское поведение, например, завышенные цены.».

Как бы осторожно не подбирались слова для заявления Еврокомиссии, формулировка «уровень сырьевых поставок» не оставляет простора для фантазий на тему основной цели расследования. И хотя в фокус внимания попали несколько компаний, Газпром интересным образом  остается общим знаменателем среди таких корпораций, как немецкая E.ON Rughrgas, владеющая 6% акций Газпрома, и литовская Lieutuvos Dujos, в которой у Газпрома доля размером 37%, которые обе попали под проверку.

Аналитики рассматривают этот жест как попытку Евросоюза навязать манере, в которой Газпром ведет переговоры с потенциальными покупателями, большую гибкость, а также заставить сильно скрытные сделки компании стать более прозрачными. «В Газпроме склонны к диалогу с одними компаниями и не склонны к диалогу с другими», – отметил Валерий Нестеров, аналитик по вопросам газовой и нефтяной отрасли в инвестиционной компании «Тройка Диалог». «Позиция Газпрома выглядит селективной, принципы ценообразования непрозрачны и, вероятно, недостаточно гибки. Именно поэтому и встает вопрос об оказании давления на компанию в целях выравнивания ее ценовой политики, придания ей большей гибкости и приведения тех цен ближе к спотовым ценам в Европе».

 Газпром сделал все возможное, чтобы отделаться от этих проверок. В собственном заявлении компании говорилось, что «такие инспекции – это стандартная практика в рамках правил ЕС о конкуренции, которая применялась и по отношению к другим ведущим европейским энергетическим компаниям».  Компания также сообщила, что будет оказывать полную поддержку расследованиям Еврокомиссии, и что сам «факт проверки не означает какого-либо признания нарушения антимонопольного законодательства».

Для Газпрома этот жест может показаться обычным делом: сосед, не готовый, учитывая свои объемы потребления энергии, действительно раскритиковать компанию, просто выпускает пар. «[В будущем] Европа будет вынуждена закупать на стороне не меньше газа, чем сейчас, а, скорее всего, и значительно больше», – комментирует Нестеров и добавляет, что в следующие двадцать лет Россия останется для Европы одним из немногих надежных крупных поставщиков природного газа (другие страны, такие как Иран и Туркменистан, являются менее надежнымт вариантами). Но и Россия, в свою очередь, сильно рассчитывает на большие прибыли от поставок в Европу и надеется увеличить поставки в этом году до 155 миллиардов кубометров (по сравнению со 139 миллиардами кубометров в прошлом) – такое увеличение экспорта наверняка отразится рекордной прибылью. Нестеров указывает на тот факт, что стороны взаимозависимы и просто не могут себе позволить погрузиться в новую политическую ссору.

Другие, тем не менее, считают, что произведенный рейд отметил момент принципиального поворота в политике Евросоюза относительно России в области энергетики. По словам Аркадия Мошеса (Arkady Moshes), эксперта по вопросам международных отношений Финского института международных отношений, этот жест служит знаком того, что Еврокомиссия не боится «обидеть» Россию, и что диверсификация поставок энергоресурсов, в основном, на примере планируемого газопровода Nabucco, является приоритетным направлением. «Это означает, что климат поменялся, и что Еврокомиссия стала воспринимать проблемы более серьезно», - отметил он.

Более того, кажется, что политика внутри ЕС по отношению к России теряет свой образец. В то время как Германия, важнейший союзник России, давно уже была известна заключением двусторонних договоров с Россией за пределами юрисдикции ЕС, особенно красноречив тот факт, что именно представитель Германии занимает ключевой пост в этой области – пост комиссара Евросоюза по энергетике занимает Гюнтер Оттингер (Gunther Oettinger). Оттингер недавно предложил обязать европейские правительства целиком раскрывать перед комиссией свои намерения в вопросах планируемых международных переговоров по закупкам энергии. Похоже, что за этим кроется попытка более внимательно следить за европейской энергетической сценой. Более того, Оттингер также выдвинул амбициозный план, по которому 27 европейских правительств должны принять единое решение – план по созданию транскаспийского трубопровода для налаживания поставок из Азербайджана и Туркмении напрямую в Европу, в обход России.

В целом, по словам Мошеса, очевидно, что Евросоюз начинает требовать большего контроля в энергетической игре, которая пока что является преимущественно односторонней, а сами энергоресурсы в которой зачастую рассматриваются как нечто большее, чем просто продукт потребления. «Они не хотят отказываться от России как от поставщика, но они хотят, чтобы Россия играла по правилам, которые определяла бы Европа, – комментирует он. – Есть желание не допустить разговоры о том, что энергоресурсы используют как политический инструмент».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.