Опасность для демократии пока что исходит не от таких людей, как Надя Дригалла (Nadja Drygalla), а от тех, кто устроил травлю этой 23-летней спортсменки. Судя по всему, сегодня достаточно одного подозрения для того, чтобы сделать человека изгоем в обществе.

По официальным данным, спортсменка Надя Дригалла, , добровольно покинула Олимпийскую деревню. Президент ее федерации заявил, что пока рассмотрение заявки на получение ею денежных средств для продолжения занятий греблей приостановлено. Если это решение останется без изменений, то оно будет означать окончание ее карьеры. На сегодняшний день Наде не было предъявлено вообще никаких обвинений. Просто у нее оказался неправильный друг, представитель правых радикалов, или, по крайней мере, человек, который недавно примыкал к правым радикалам. Этот друг является или был членом легально существующей Национал-демократической партии Германии (НДПГ).

Преступником пока ее друг не является. Сама Дригалла, когда ее спрашивали, постоянно дистанцировалась от политических идей своего друга. Ходят слухи – слухи! - что она один раз сопровождала своего друга во время демонстрации, и было это давно.

На сегодняшний день опасность для демократии исходит не от таких людей как Надя Дригалла, а от тех, кто устраивает травлю этой 23-летней спортсменки. Если в Германии достаточно одного контакта с вызывающим сомнение человеком для того, чтобы сломать карьеру, то возникает вопрос – а где же следует тогда провести границу? Брат, принадлежащий к числу исламистов? Мать, работавшая на Штази? Друг, являющийся членом движения сайентологов? У фантазии нет никаких границ, как и у произвола.

В демократическом обществе осуждению подвергаются не мнения, а поступки. Поэтому попытки запретить НДПГ основываются в первую очередь не на программе этой партии, а на ее возможных связях с терактами, совершенными правыми радикалами. Даже так называемая «ложь об Аушвице» (Auschwitzlüge) наказывается не как мнение, а как оскорбление жертв нацизма.

Можно ли любить человека с иными политическими взглядами? Разумеется. Каждому известны подобного рода примеры. Как правило, люди влюбляются не по политическим соображениям. Дригалла уже оставила службу в полиции, так как у нее возникли сложности из-за ее друга. Из этого следует - пока не будут предоставлены другие доказательства - что она любит этого человека. Спортивный функционер Торстен Хаберланд (Torsten Haberland) произнес по этому поводу – к сожалению, приходится так говорить – отвратительную фразу: «Мы посоветовали ей найти себе другого друга». Дригалла не делает этого. Пока она продемонстрировала больше характера, чем спортивные функционеры.

Олимпийские игры, какими бы коррумпированными ни были в последнее время их идеалы, всегда считались праздником взаимопонимания между народами. Расизму там не место. Но и такого рода обвинение должно быть сначала доказано. После убийств, совершенных участниками террористической ячейки Национал-социалистического подполья (NSU), некоторые части общества оказались в таком состоянии, которое недобрым образом напоминает о годах террора Фракции Красной Армии (RAF). Достаточно всего лишь подозрения для того, чтобы человек оказался за рамками общества, или наличия неправильных друзей, тогда как более дифференцированный подход представляется подозрительным. Запрет на профессию и в то время считался наиболее предпочтительным средством.

Тот, кто хочет вести борьбу с правым радикализмом, должен также предлагать этим людям выход, и возвращение в общество должно оставаться открытым по крайней мере для попутчиков этого движения. В то же время превращение человека в «неприкасаемого» на всю оставшуюся жизнь за участие в одной демонстрации партии НДПГ является не героическим поступком, а глупостью. И некоторые люди, симпатизировавшие ранее RAF, позднее стали чистой воды образцовыми немцами.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.