На фоне попыток Сеула заставить международное сообщество осудить Северную Корею за потопление военного корабля «Чхонан», в центре внимания сейчас оказался вопрос о том, поддержит ли Южную Корею Россия – член Совета безопасности ООН, обладающий правом вето и связями с Пхеньяном.

Пока на эту тему продолжают идти споры, группа российских экспертов, направленная в Южную Корею, чтобы оценить результаты международного расследования случившегося, в понедельник вернулась в Россию с докладом, сообщает Министерство иностранных дел и торговли.

Однако, как считает видный специалист по Северной Корее, Россия, вне зависимости от того, что скажут эксперты, откажется занимать твердую позицию по этому вопросу, так как, поддержав любую из сторон, она может слишком многое потерять.

«Я ожидаю, что Россия будет, насколько это возможно, хранить нейтралитет», - заявил профессор сеульского университета Кукмин Андрей Ланьков в своем интервью The Korea Times. По его словам, присоединившись к выводам Сеула, Россия поставила бы под угрозу свои долгосрочные интересы в регионе.

«В лучшем случае, Южная Корея скажет «спасибо», - полагает родившийся в Советском Союзе ученый. – При этом Москва лишится того небольшого влияния, которое до сих пор сохраняет в Северной Корее».

Это влияние, по мнению аналитиков, позволяет России эффективнее решать свои задачи на Корейском полуострове. Ее, как и Китай, в первую очередь интересует поддержание статус-кво, так как она боится дестабилизации обстановки у своих границ.

Серьезный режим санкций, подчеркивает Ланьков, мог бы привести к кризису в и без того нестабильной Северной Корее.

Кроме того, связи с Пхеньяном делают Россию ключевым региональным игроком. Москва, много лет до этого наблюдавшая за происходящим со стороны, сыграла важную роль, когда Пхеньян нужно было убедить согласиться на шестисторонние переговоры по ядерной проблеме. После этого в Северо-Восточной Азии ее стали считать влиятельным посредником и медиатором.

Одновременно, полагает Ланьков, Москва, в последнее время смягчающая свою внешнюю политику в попытке привлечь инвестиции, вряд ли также выступит с открытой критикой результатов международного расследования гибели корабля.

«Это испортило бы отношения Москвы с Южной Кореей, не увеличив ее влияния на Пхеньян», – заявил он, заметив, что в этом случае пострадали бы как дипломатические, так и экономические отношения России с Сеулом.

Таким образом, как считает исследователь, Россия будет придерживаться половинчатого подхода.

«Возможно, это действительно сделала Северная Корея, - говорит он, обрисовывая предполагаемую реакцию российского правительства. – Но доказательств в пользу этого недостаточно, поэтому лучше не будем делать поспешных выводов и нагнетать напряженность. Чем раньше мы забудем об этом неприятном инциденте, тем будет лучше».

Это, подчеркивает он, - «политически ожидаемая» реакция, которая «не имеет отношения к реальным выводам экспертов».

Тем не менее, Ланьков, который сам «на 95 процентов» убежден в вине КНДР, считает, что факт приглашения российских экспертов в дальнейшем принесет Югу пользу.

«Что бы ни сказало правительство официально, о своих выводах эксперты все равно будут докладывать, - объясняет он. – Если они сочтут, что Пхеньян был виновен, это серьезно скажется на российском отношении к Северной Корее в долговременной перспективе».