Главной целью нового «Пятилетнего плана экономического и социального развития», недавно обнародованного в Китае, является стимулирование роста семейного дохода после выплаты налогов ‑ для обеспечения его равенства уровню роста ВВП страны. Причина этого проста ‑ в течение последних 10 лет семейные доходы увеличивались значительно медленнее, чем уровень роста ВВП, составляя все меньшую и меньшую долю общего национального дохода.

Такая тенденция привела к возникновению большого количества структурных проблем. Запаздывание роста семейного дохода сдерживало рост личного потребления, несмотря на то, что у экономики было достаточно возможностей для производства большего количества потребительских товаров. Это также увеличило сбережения компаний, т.к. доходы компаний росли быстрее, чем семейные доходы (и, по этой причине, быстрее, чем среднее значение роста ВВП). Что в свою очередь могло привести к значительным инвестициям или образованию активов «мыльных пузырей», т.к. компании ищут возможности для размещения своих сбережений. Снижение семейного дохода приводит к излишкам торгового баланса в Китае, т.к. низкий потребительский спрос на внутреннем рынке приводит к превышению экспорта над импортом.

Однако с непропорциональным малым семейным доходом в Китае связаны более серьезные проблемы, одной из которых является неравномерный рост доходов. Фактически, не все «домашние хозяйства» получают выгоду от быстро растущего ВВП. Некоторые социальные группы, такие как квалифицированные рабочие, инженеры и работники финансового сектора, наблюдают устойчивый рост своей заработной платы. Сельские жители ‑ люди, имеющие официальную регистрацию жителей сельской местности, также отмечают рост доходов, благодаря тому что они охвачены государственной системой образования, а также сетью социальной защиты. С ростом корпоративных доходов, те люди, которые имели долю в капитале, также отмечали, что их доходы растут быстрее, чем в среднем по стране.

В тоже время, зарплата людей с более низким уровнем образования, например работников-мигрантов и крестьян, была намного ниже. Годовая зарплата (включая доплаты!) квалифицированных специалистов и сотрудников финансового сектора составила 2 000 долларов США, а то время как мигранты и крестьяне смогли заработать наполовину меньше. Они образуют примерно одинаковые группы, работники с низким уровнем доходов составляют до 65-70% от общей количества рабочей силы. Их средний доход рос за последние 20 лет намного медленнее, чем 8-10% средний ежегодный прирост ВВП.

Таким образом, цель, поставленная в пятилетнем плане, является политическим манифестом, направленным на борьбу с этим социальным неравенством, которое является одной из острейших проблем в стране. Но почему же возникло такое социальное неравенство?

Тридцать лет назад 80% рабочей силы в Китае составляли крестьяне. Однако, несмотря на то что эта цифра снизилась в настоящее время до 30%, образование, получаемое в сельской местности, страдает от недостаточного финансирования, и наблюдается излишек трудовых ресурсов по сравнению с городскими промышленными регионами. Это привело к росту неравенства между привилегированными городскими жителями и бедными сельскими жителями. Географические различия, а также социальная политика государства, более благосклонная к городским жителям и промышленному сектору, также может быть виновата в таком неравенстве.

Но наиболее значительная проблема заключается в том, что развитие не происходит сразу. Для обеспечения всех образованием и хорошо оплачиваемыми рабочими местами необходим более длительный период времени. В течение этого периода некоторые становятся богатыми первыми, а остальные отстают.

Тридцать лет стремительного экономического роста привели только половину китайских крестьян, примерно двести миллионов человек, в промышленность и сферу обслуживания, где их зарплата удвоилась. Однако, по крайней мере, еще сто пятьдесят миллионов крестьян продолжают выходить на рынок труда, борясь за высокооплачиваемые рабочие места.

Крестьяне старшего поколения могут остаться работать на земле, но более молодые поколения сельских жителей будут продолжать покидать землю, создавая кажущийся неисчерпаемым источник трудовых ресурсов, что приводит к сдерживанию зарплаты для работников с низким уровнем образования во всех отраслях промышленности и сфере обслуживания. В результате, доходы почти 70% рабочей силы не могут расти так же быстро, как их производительность труда. Таким образом, средний уровень семейного дохода не может расти так же быстро, как экономика в целом. Учитывая значительный запас «излишней рабочей силы» в Китае, эта тенденция изменится нескоро. Фактически, ситуация может даже ухудшаться еще в течение одного или двух десятилетий, прежде чем она начнет меняться к лучшему.

Именно поэтому правительство и решило вмешаться в этот процесс. На протяжении нескольких лет правительство страны увеличило свои расходы на обязательное образование в сельских районах и снижение уровня бедности, а местные правительства изменили законодательные документы с целью повышения минимальной заработной платы на 20-30% во всех 30 провинциях.

В течение последующих пяти лет планируется предпринять дополнительные меры в этом направлении. Система социального обеспечения будет расширена, для того чтобы охватить всех рабочих и крестьян. Фискальная и налоговая реформы должны быть проведены в ускоренные сроки для передачи большего дохода от корпоративного сектора в доходы семей и государственные бюджеты для финансирования социальных программ, в том числе обеспечения низкой оплаты за жилье для бедных сельских жителей и предоставления лучшего обслуживания мигрантам из сельских районов.

Однако ничего из вышеизложенного не сможет решить проблемы. Самое лучшее, что может сделать государственный план ‑ это предотвратить самое худшее. Государственные субсидии могут скорректировать неравенство доходов в развитых странах, где фермеры составляют всего 2% трудовых ресурсов, либо в стране, где социальная группа с низким уровнем дохода составляет не более 10% от общей численности населения. Но в Китае, где крестьяне составляют 30-35% трудовых ресурсов и 70% населения относится к категориям с низким уровнем доходов, правительство может играть незначительную роль.

В таких обстоятельствах наиболее уместно старое изречение: «самая лучшая программа повышения социального благосостояния ‑ это экономический рост». Все уроки развивающихся стран за период 1950‑1980-х годов, а также недавние уроки некоторых быстроразвивающихся стран показывают, что слишком перегруженные социальные программы, слишком сильно ориентированные на перераспределение доходов, могут привести к возникновению значительных фискальных дефицитов, кризисов неплатежей, гиперинфляции, финансовому обвалу и, как результат, к увеличению неравенства, но никак не к его уменьшению.

Китай должен помнить об этих уроках на протяжении следующих 20-40 лет. Фактически, продолжающийся экономический рост и создание рабочих мест ‑ это единственное реальное решение для того, чтобы навсегда вывести сотни миллионов китайцев из-за черты бедности.

Фань Ган, профессор экономики Пекинского университета и Китайской академии социальных наук, директор китайского Национального института экономических исследований, генеральный секретарь Китайского фонда реформ и бывший член Комитета монетарной политики Народного банка Китая

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.