После тайного голосования, проведенного 22 членами Исполкома FIFA в Цюрихе управляющий орган мирового футбола объявил о том, что Чемпионат мира 2018 и 2022 годов пройдет в России и Катаре соответственно. Буквально перед решающим голосованием организация подверглась обвинениям в коррупции и взяточничестве, и решение особенно расстроило британских и американских комментаторов. Однако журнал TIME считает, что заявки России и Катара оказались успешными благодаря меняющимся геополитическим тенденциям.

Конец англо-американского консенсуса

Десять лет назад сочетание Великобритании и США могло показаться очевидным выбором для проведения Чемпионатов мира 2018 и 2022 года. Помимо того, что в Англии находится самая популярная и прибыльная футбольная лига в мире, страна уже давно культивирует чрезмерно раздутое чувство собственности этой игры, никогда не забывая указать на то, что именно англичане придумали футбол, распространившийся по миру с помощью доверенных лиц империи в XIX веке. (Скептики замечают, что Англия лишь однажды выиграла чемпионат мира, в сравнении с пятью триумфами Бразилии, четырьмя Италии и тремя Германии.) В лучших традициях неправдоподобного восхваления шансов английской команды на поле, происходящего каждые четыре года, британская пресса создала впечатление, что проведение Чемпионата мира 2018 года является божественным правом Англии. Тем временем, американские чиновники от футбола вот уже некоторое время пытаются представить свою страну в роли наиболее вероятного преемника игры: Америка может похвалиться самым большим числом игроков-любителей, изобилием стадионов и самой многонациональной группой фанатов. Однако в последнее время автоматическая привлекательность обеих стран – во всех областях – пошла на убыль, не в последнюю очередь из-за экономического спада и сдвига экономической мощи в сторону развивающихся стран. Решение FIFA (заявка Англии получила жалкие два голоса из 22 – и один из них был от ее собственного делегата) – знак этого упадка.

Кому нужна демократия?

И Россия, и Катар управляются сильными, бескомпромиссными правительствами – во главе одного стоят постсоветские аппаратчики, пользующиеся молчаливой поддержкой магнатов-олигархов, а второе передается по наследству в семье, чьи корни уходят в доисламские времена. Когда руководители в Москве или Дохе решают что-то сделать, то способны навязать свою волю (несмотря на то, что русские так толком и не смогли заставить поезда ходить по расписанию). В настоящих демократиях все не так. Подготовка ЮАР к тому, что со временем оказалось замечательным Чемпионатом мира 2010 года, постоянно ставилась под вопрос на фоне забастовок и других логистических недостатков, которые могут быть обычной вещью в обществах, где инакомыслие является частью общественного устройства. Хаос, предшествовавший прошедшим в этом году в Индии Играм содружества, превратил Дели в посмешище – особенно когда его стали сравнивать с сияющим примером Олимпиады 2008 года, проведенной авторитарным Пекином. Продолжающийся бум китайской и российской экономик означает, что привлекательность более авторитарного пути к экономическому развитию и благосостоянию повысилась среди стран развивающегося мира. Кому нужна полностью свободная пресса или честные выборы, чтобы гарантировать хорошее шоу?

Государство выдыхается?

Предсказания Карла Маркса о том, что государство выдохнется при социализме, не получили подтверждения в Советском Союзе – если уж на то пошло, ослабление государственной власти началось во время перехода России к  кумовскому капитализму при Борисе Ельцине, что задало тон для «мафиозного государства», описанного американскими дипломатами в телеграммах, опубликованных на WikiLeaks. Наблюдатели в СМИ, намекавшие перед недавним голосованием, что решение премьер-министра Владимира Путина не поехать в Цюрих предвещало неудачу для российской заявки, явным образом не поняли сути: когда были объявлены победители, объективы камер наехали на улыбающееся лицо ключевого спонсора российской заявки, Романа Абрамовича. Абрамович, конечно же, это частное российское лицо, периодически оказывается в Лондоне. По данным журнала Forbes, он также обладает 50-м по размеру состоянием в мире, которое скопил на нефтяных и алюминиевых активах, полученных в суматохе посткоммунистической приватизации госсобственности и позволивших ему стать одним из самых влиятельных олигархов страны. В 2003 году он приобрел лондонский футбольный клуб «Челси» и инвестировал в его успех сотни миллионов долларов. Он также вложился в продвижение российского футбола, например, наняв легендарного голландца Гуса Хиддинка на пост тренера национальной сборной России и самолично выплачивая ему зарплату.

Заявка Англии, которую представляли икона футбола Дэвид Бэкхам и два представителя государства, принц Уильям и премьер-министр Дэвид Кэмерон, смогла получить в первом раунде голосования лишь один голос к своему собственному, в то время как российская заявка получила девять. Возможно, присутствие Абрамовича было более убедительным. Принятие решений в FIFA никогда нельзя было назвать барометром геополитической мощи; голосование в четверг указывает на то, что сегодня, еще больше, чем прежде, FIFA интересуют деньги.

Сила нефтедолларов

Чемпионат мира 2018 года в России пройдет на стадионах, раскиданных по бескрайней территории, от польской границы до Урала. Чемпионат в Катаре будет самым маленьким в его истории – страна значительно меньше штата Коннектикут. Но обе заявки были профинансированы энергоресурсами. Абрамович вложил миллиарды своего сибирского нефтяного богатства в этот спорт, в то время как другие мощные государственные энергетические компании, например, Газпром, сделали значительные вложения в футбол в самой России. Катару принадлежит 14 процентов мировых запасов природного газа, и, в результате, его ВВП на душу населения значительно выше, чем в США. Во время финансового кризиса инвестиционное подразделение скрытного катарского Фонда национального благосостояния смогло потратить около 30 миллиардов долларов на хилые западные банки, и сегодня у него портфель разнообразных активов по всему миру. Небольшая доля положительного сальдо этого фонда пойдет теперь на реализацию сюрреалистичного, футуристичного видения Катара, предложенного им для ЧМ-2022. В общем, не сравнить с обремененным долгами Казначейством США или с Великобританией, считающей каждое пенни и продающей на аукционе авианосцы.

Терроризм не такой уж и страшный

Способность страны обеспечить безопасность для сотен тысяч туристов-фанатов давно уже является ключевым фактором при принятии решений FIFA. С этой точки зрения Россия по-прежнему выглядит слегка рискованно. За последнее десятилетие экстремисты из Чечни и других беспокойных регионов Кавказа неоднократно наносили удары по общественным местам в Москве и других крупных российских городах, проводя крупные теракты. Эти конфликты на Кавказе и сегодня продолжаются, несмотря на жесткие карательные меры, предпринимаемые российскими силами безопасности. Однако FIFA поверила в способность этих сил обеспечить безопасность чемпионата.

Еще даже четыре года назад выбор в пользу арабского государства был, вероятно, немыслим, так как любая потенциальная страна-устроительница находилась слишком близко к убежищам «Аль-Каиды» и других экстремистов. Более того, в марте 2005 года в Катаре произошел крупный теракт «Аль-Каиды», когда шахид нанес удар по театру, часто посещаемому жителями западных стран. Катар также обвиняли в том, что он платит экстремистам деньги, чтобы те его не трогали. «Мы – легкая мишень, и предпочитаем платить за обеспечение безопасности наших национальных и экономических интересов», - рассказал в 2005 году лондонской газете The Times неназванный представитель катарского правительства. В дипломатической депеше, опубликованной на этой неделе на сайте WikiLeaks, американский дипломат описывает Катар как государство, «не готовое действовать против известных террористов из-за беспокойства, что в глазах окружающих это будет выглядеть как союз с США и может спровоцировать ответные меры». Так что решение провести чемпионат в Катаре – это признак того, что международное сообщество больше не считает терроризм самой главной проблемой. Либо так, либо это был вотум доверия катарцам, что они найдут свой собственный метод предотвратить возможные удары по турниру. Опять же, говорят, что Усама бен Ладен – большой фанат футбола, и можно поспорить, что он не захочет рисковать отрицательной реакцией, которая станет результатом любой попытки испортить мероприятие, которому предстоит стать огромным источником арабской гордости.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.