Для поклонников Толстого 2010 год обещает быть прекрасным. Прошло сто лет с тех пор, как великий русский романист сбежал из своего подмосковного имения и спустя три недели умер на железнодорожном полустанке, и теперь мир готовится воздать ему великие почести. В Германии и США вышли новые переводы «Анна Карениной»; на Кубе и в Мексике проходят книжные ярмарки, посвящённые Толстому; во всём мире идёт показ нового чёрно-белого документального фильма. На оригинальных кадрах, найденных в российских архивах и реставрированных, можно видеть, как старый Толстой играет с пуделями и с энергичным видом вольтижирует на лошади.


В феврале премьерный показ «Последнего воскресенья» пройдёт в Великобритании. Этот фильм искусно и в драматической форме повествует о последних днях Толстого; в главных ролях — Хелен Миррен (Helen Mirren), Кристофер Пламмер (Christopher Plummer) и Джеймс МакАвой (James McAvoy). В этом остроумном биографическом фильме рассказывается о последних двух годах жизни писателя. Осаждаемые декадентами-папарацци граф Толстой и его жена Софья Андреевна ссорятся из-за его литературного наследия. Толстой хочет передать права на свои произведения всему человечеству, а графиня хочет получать доходы сама. Устав от конфликта с супругой, Толстой убегает, а затем заболевает и умирает по пути на юг.


Фильм снят по мотивам романа Джея Парини (Jay Parini), а главным героем его стал молодой Валентин Булгаков (МакАвой), личный секретарь Толстого. В последние годы жизни писатель пытался отказаться от собственности и от плотских удовольствий, но, как нетрудно было предвидеть, заверения Булгакова в соблюдении им толстовского обета безбрачия продержались недолго, и красавица Маша из толстовской общины лишила его девственности. Миррен, Пламмер и МакАвой играют отлично, сценарий тоже написано с приятной искусностью. На вопрос госпожи Толстой о том, читал ли он «Войну и мир», Булгаков смущённо отвечает: «Много раз». Повисает пауза. Затем он уступает: «Дважды».


И только одна страна не участвует в охватившей весь мир «толстомании» — Россия. Ходят слухи, что в бытность свою молодым шпионом КГБ Владимир Путин посещал имение Толстого инкогнито, но пока что Кремль не планирует проводить каких-либо крупных мероприятий в честь столетней годовщины смерти Толстого, которая наступит двадцатого ноября. Мало того, авторы «Последнего воскресения» снимали фильм не среди берёз под северным небом толстовской России, а в несколько более уютной обстановке сельской местности на востоке Германии.


Американец Майкл Хоффман (Michael Hoffman), режиссёр фильма, хотел снимать «Последнее воскресенье» в Ясной Поляне — идиллическом имении Толстого, расположенном возле Тулы, в ста двадцати пяти милях (200 км) к югу от Москвы.


«Мы очень хотели работать в России, очень», — с некоторой печалью признался один из продюсеров фильма Андрей Дерябин. — «Но там же нет нормальных туалетов. Нет инфраструктуры. Гостиницы отвратительные. И не было никаких гарантий безопасности для актёров. Оказалось, что снимать в России будет слишком дорого».


По словам Дерябина, было и ещё более серьёзное препятствие, а именно — удивительно равнодушное отношение России к гениальному автору «Войны и мира», эпической саги, действие которой разворачивается во времена наполеоновских войн в Европе и его вторжения в Россию.
На Западе Толстого считают одним из величайших прозаиков. В июле прошлого года в журнале Newsweek был опубликован рейтинг ста лучших романов мира, и на первом месте оказалась именно «Война и мир» (на втором — «1982» Оруэлла (George Orwell), на третьем — «Улисс» Джойса (James Joyce)).

Критики восхваляют необыкновенно высокую психологичность образов героев у Толстого, ветераны войн заверяют, что никто не умел лучше писать о сражениях. На Востоке, особенно в Японии, ценят философию Толстого.
«Во всём мире идёт гигантский всплеск популярности Толстого. Его любят везде, только не у нас [то есть в России]», — признался Дерябин.
Как предполагает Дерябин, причина такого сдержанного отношения кроется в собственном трудном пути России и в её неспособности придумать национальную идею.


«Мы её уже давно ищем. А ведь ответ уже дал Толстой: задача человечества — быть счастливыми сейчас».
Дерябин признаёт, что для большинства россиян прошедшее столетие было ужасным, то есть больше соответствовало духу Достоевского, чем Толстого.
«Прошлый век, с его акцентом на тьме и страданиях, был веком Достоевского. Я надеюсь, что теперь придёт черед Толстого», — говорит он.


Праправнук писателя Владимир Ильич Толстой согласен с тем, что в болезненном ходе истории XX столетия чувствуется явная достоевщина.
«Я надеюсь, что XXI век станет веком Толстого”, — говорит он.
Владимир работает директором государственного литературного музея в Ясной Поляне. Благодаря огромному лбу в нём мгновенно опознаётся представитель знаменитого рода Толстых.


 «Достоевский заостряет внимание на болезненных проблемах, на тёмной стороне человеческой души. Толстой же, напротив, выступает в защиту таких фундаментальных ценностей, как любовь, дружба и семейные отношения. Он даёт положительные ответы на вопросы, задаваемые человечеством, и в этом смысле он даёт больше надежды», — рассуждает Владимир.


Он сумел превратить Ясную Поляну в одну из главных культурных достопримечательностей России. Ежегодно сюда съезжаются тысячи любопытствующих паломников от литературы, многие — на специальных московских экспрессах «Толстой», курсирующих по субботам и воскресеньям. Поезд богато украшен сценами из произведений Толстого; я лично ехал в уютном вагоне, посвящённом его жизни на Кавказе, вдохновившей его на написание многих произведений, в том числе потрясающей поздней повести «Хаджи-Мурат»; в это же время, как следует из его дневников, он увлекался азартными играми и «девочками». Естественно, есть и вагон, посвящённый «Войне и миру».


От станции Козлова Засека можно доехать до дома Толстого на старом скрипучем автобусе. Всё выглядит примерно так же, как и в его времена: вот классический особняк, вот софа чёрной кожи, на которой родился и сам писатель, и его тринадцать детей, вот глубочайшее кресло, в котором он работал, вот разукрашенная золотая собачка, которую Толстой-мальчик подкладывал под подушку перед сном. В столовой висят портреты Толстого и членов его семьи, написанные художником Репиным, а за углом — его библиотека в двадцать две тысячи томов. В лесу скрывается его продолговатая могила без отметок.


Почтительные экскурсоводы водят небольшие экскурсионные группы к утиному пруду графа Толстого и к аллее, обсаженной высокими деревьями. Есть яблоневый сад, есть гуси, бродящие среди хозяйственных построек, есть берёзовая роща, где Толстой охотился на зайцев, лис и пернатую дичь, чаще всего промахиваясь.


До сих пор существует соседняя деревня, где Толстой в 1860-х пытался образовывать крестьянских детей. И тогда, и сейчас деревня эта скорее напоминает свалку, но атмосфера там такая, что легко представить, как сам Толстой выскочит из-за лип в своём крестяьнском тулупе. По-русски его, конечно, звали не Leo, а Lev, точнее, Lev Nikolaevich, и ударение в фамилии стоит на втором слоге, а не на первом.


Как рассказал Владимир, за последние пятнадцать лет число туристов, посещающих Ясную Поляну, выросло. Многие из приезжающих — иностранцы. Возрастает интерес и к биографии и дневникам Софьи Андреевны, служившей Толстому литературным душеприказчиком.


Владимир сказал, что был приятно удивлён просмотром «Последнего воскресенья», снятого совместно Германией и Россией с почти исключительно британскими актёрами (хотя Пламмер, сыгравший Толстого, — канадец). Дочь Владимира, Анастасия, сейчас учится в аспирантуре в Оксфорде. В фильме она сыграла эпизодическую роль, появившись в кадре в сцене смерти Толстого. Хоффман выбрал её из-за её русского лица. Заметим, впрочем, что многие другие крестьяне и крестьянки смотрятся очень уж по-немецки откормленными.


 «Мне фильм понравился», — говорит Владимир. — «Актёры великолепны. Музыка прекрасна. Ужасно трудно снять фильм о последних годах его жизни, нужно быть очень точно и аккуратно. Хелен Миррен абсолютно непохожа на Софью, но играет великолепно».


Некоторые русские, однако, смеялись над её безупречно английским произношением русских имён.
«Странно слышать, как она выговаривает: Ва-лен-тин Фи-о-до-ро-вич», — написал кинокритик Андрей Плахов в статье, опубликованной в газете «Коммерсант».


Как Дерябин, так и Владимир Толстой признаёт, что на Западе его предок пользуется лучше репутацией, чем в России. Это, по его словам, объясняется политическими неурядицами, начавшимися в России после распада Советского Союза, а также присущим современной культуре акцентом на визуальной культуре, а не на интеллектуальной. По сравнению с эпохой коммунизма численность читающего, ориентированного на науку среднего класса тоже сократилась.


Кремль между тем не слишком интересуется самым знаменитым прозаиком России. Путин в своих выступлениях ни разу не упомянул Толстого. А критика, с которой писатель обрушивался на православную веру и власть, делает его опасной фигурой для правительства, причём, как полагает Владимир, так было и в царской России,  так остаётся сейчас.
«Никто не пытается отказаться от той идеи, что он написал великие книги. Но они [официальные власти России] не знают, что делать с его взглядами», — рассуждает он.


Частично дело объясняется затяжной враждой между Толстым и Русской Православной Церковью. В 1901 году он был отлучён от церкви за публикацию романа «Воскресение» и за принятие христианско-анархистских и пацифистских взглядов. В 2001 году отлучение от церкви было подтверждено, и многие консервативные православные мыслители даже вносили его книги в свои «чёрные списки».


Ещё ходят разговоры, что из-за своих воззрений Толстой перестал быть русским. Кто-то переживает из-за того, что он неуклюже строил предложения. К тому же трудно представить, что Толстой мог бы сказать что-то хорошее, увидев бюрократическое, авторитарное государство Путина и чёрных священников с тяжёлыми золотыми крестами в ток-шоу на прокремлёвском телевидении.


 «Я чувствую, что Льва Толстого надо защищать. Его нужно поддержать морально, интеллектуально и эмоционально», — считает Людмила Сараскина, главный эксперт по Достоевскому в России и признанный специалист по русской литературе XIX века. Сараскина считает, что в современной России писатель подвергается нападкам со стороны тех же самых реакционных сил, которые он критиковал при жизни, — государства, армии и церкви.
«Он не в моде», — считает Сараскина.


Сараскина — одна из примерно полусотни учёных, демонстративно решивших принять участие в толстовской конференции, которая пройдёт летом в Ясной Поляне в честь столетия со дня его смерти. Также на большое семейное празднество съедутся более ста прямых потомков писателя.


Многие полагают, что Толстой вышел из моды в России именно потому, что каждого русского ребёнка заставляют читать его книги в школе (одна российская журналистка на пресс-конференции по Толстому призналась в беседе со мной, что в подростковом возрасте её трудами Толстого «перекормили»). В советские времена господствовал ленинский взгляд на Толстого: благодаря своей критике царизма его провозгласили пророком революции. Сейчас в России пятнадцатилетние дети изучают «Войну и мир» как часть общеобразовательной программы. Предполагается, что девочкам должны понравиться любовные сцены, а мальчикам — боевые.


Ученицы московской государственной школы номер 1275 относятся к героине Толстого Наташе Ростовой с удивительной неприязнью. Особенно им не нравится решение Наташи бросить жениха — князя Андрея Болконского — и отдать предпочтение коварному Анатолю Курагину (справедливости ради отметим, что князь Андрей отсутствовал целый год, а Ростова не знала, что Курагин уже женат).


«Мне не нравится, что она изменила князю Андрею. Не могу ей этого простить!» — поясняет семнадцатилетняя Вера Синотина.
Девочкам нравятся описания жизни аристократов в «Войне и мире» — они отличаются от вульгарного поведения современной российской элиты как небо и земля. Но легко понять, что им немного больше нравятся другие российские писатели, особенно Достоевский и Михаил Булгаков.


«Это преступление — заставлять российских детей читать Толстого в четырнадцать-пятнадцать лет. Его надо читать гораздо позже», — считает Сергей Евтушенко, написавший в Лондоне блистательный саундтрек к фильму «Последнее воскресенье».


Как ни странно, Россия осталась единственной страной, не заключившей пока договора на распространение «Последнего воскресенья» в России. Дерябин сейчас работает над вторым фильмом под заголовком «Лев Толстой — живой гений», который будет показан 20 ноября 2010 года в день смерти Толстого от воспаления лёгких на станции Астапово в возрасте восьмидесяти двух лет. Его оплакивали в России и во всём мире.


Семидесятидвухминутный документальный фильм составлен из раритетных чёрно-белых записей, снятых в Ясной Поляне в 1908 году. Мудрец из Ясной Поляны встаёт перед нашими глазами как живой: вот он садится на поезд, вот — уходит в лес, а вот раздаёт милостыню беднякам: долговязая седобородая фигура, очень похожая на живого святого.


А вот в «Последнем воскресенье» есть такая сцена: графиня Толстая поворачивается к гостям, рассевшимся у стола в саду, и восклицает:
«Вы все, наверное, думаете, что он — Христос? Так вот это не так».