Сегодняшние историки только начинают приходить к пониманию той сложной и искушённой личности, каковой являлся Иосиф Сталин, правивший Россией почти тридцать лет вплоть до своей смерти в 1953 году. Значительную часть информации, проливающей свет на характер диктатора, удалось раскопать в архивах Советского Союза, которые были открыты в 90- годы после краха коммунистической системы, и которые стали источником для серии из 25 книг под общим названием "The Annals of Communism" ("Анналы коммунизма"), опубликованной Yale University Press. А сейчас бывший директор издательства Джонатан Брент (Jonathan Brent) написал книгу-справочник "Inside The Stalin Archives" ("Внутри сталинских архивов"), чтобы помочь, как он отмечает, с "истинным пониманием одного из гигантских явлений 20-го столетия", каким был советский коммунизм. Об этом Брент заявил в интервью ведущему телепередачи "Books of our Time" ("Книги нашего времени") Лоуренсу Велвелу (Lawrence Velvel). Передача эта готовится Массачусетской школой права в Андовере. Он отметил, что понимание архивов важно не только по политическим и образовательным причинам, но и для "нравственного воспитания наших детей и будущих поколений". Даже на пике холодной войны, говорит Брент, Запад не осознавал "истинного масштаба той системы, с которой вели борьбу Соединенные Штаты". Это была "система, пытавшаяся регламентировать и определять все в вашей жизни: от зубной щетки, которой вы чистите зубы, до жены, на которой вы женитесь, от детей, которые у вас должны появиться, до профессии, которую вы приобретаете и до вашей системы убеждений в целом". Брент утверждает, что советский коммунизм "был намного более успешен, чем мы думали, и именно поэтому Россия сегодня во многих отношениях возвращается к тому миру, который, как нам казалось, рухнул в 1991 году".

Для начала, те люди, которые пренебрежительно отзываются о Сталине, называя его неким параноиком и сумасшедшим, глубоко заблуждаются. Этот человек не был преступником, который избивал, пытал или расстреливал людей, хотя он несет ответственность за гибель миллионов. Он лично не истязал людей, как это делал Иван Грозный, выбрасывавший их из окна и убивший собственного сына. Это был очень работоспособный и деловой человек с простыми вкусами, отец трех детей, "не считавший, что его могут ограничивать какие-то рамки нравственных законов, потому что все нравственные законы связаны с ним самим", говорит Брент. Сталин никогда не критиковал те или иные вещи, исходя из того, что они плохи, и не одобрял их, потому что они были хороши. "Он никогда не произносил слово "добрый", - замечает Брент. - Он никогда не использовал слова, имеющиеся в нашем нравственном лексиконе. У него не было нравственного словаря. Если он хотел вас осудить, он называл вас оппортунистом или уклонистом. Он не осуждал вас из-за того, что вы плохой человек, что вы нарушили моральный кодекс". Тех, кого осуждали, обвиняли в нарушении дисциплинарных норм Коммунистической партии. В созданном им мире он был "абсолютно рационален", говорит Брент. "Вы могли сказать, что Сталин глух к прагматическим решениям проблем, которые время от времени доводили до его сведения. И люди, доводившие до него такие решения, обычно подвергались расстрелу", отмечает историк. Там, где у США сегодня имеется масса институтов, помогающих распределять власть, раскалывая ее на куски и кусочки, "что помогает нам сохранять рассудок", советское общество концентрировало всю свою власть в одном месте. "Поэтому она была чудовищна, ужасна и убийственна".

Отсутствие у Сталина нравственного компаса дало ему возможность приступить в середине 30-х годов к кампании Большого террора, во время которой лишь в 1937 году был арестован 1 миллион советских граждан, причем треть из них была лишена жизни. Сталин утверждал, что делает это для очистки страны от "троцкистов" – последователей создателя Красной Армии Льва Троцкого, который поссорился со Сталиным и укрылся в Мексике – где Сталин и убил его в 1940 году. Но многие обвинения были "чистой ерундой", отмечает Брент. Все они были "подстроены" в рамках этой кампании для насаждения в советском обществе чувства массового страха, который буквально заставлял нацию биться в конвульсиях. По некоторым оценкам, один из двадцати россиян был государственным осведомителем. Отцы боялись своих детей, а дети отцов. Начальники боялись подчиненных, а подчиненные начальников и т.д. Большой террор начался, когда был убит друг Сталина - пользовавшийся популярностью в народе босс ленинградской партийной организации Сергей Киров (кое-кто считал Кирова соперником Сталина в борьбе за власть). Сталин немедленно отправился в Ленинград и обвинил в убийстве Кирова троцкистов. Он потребовал провести расследование, которое получило "доказательства" причастности к этому преступлению других высокопоставленных партийных руководителей. Среди них была проведена чистка, и власть еще больше сосредоточилась в сталинских руках. В их рядах оказались "изменники" Николай Бухарин, Григорий Зиновьев и Лев Каменев – все в прошлом высокопоставленные члены Политбюро. Как часто бывало в те времена, после казни Каменева Сталин приказал арестовать остальных членов его семьи, в том числе, жену Ольгу, которые затем были уничтожены. Сталинскую чистку пережил лишь один из сыновей Каменева.

Сталин арестовывал даже жен своих ближайших соратников, включая генерала Александра Поскребышева – своего личного секретаря, который организовывал его встречи и выступал со вступительным словом на партийных съездах. Сталин приказал в 1931 году арестовать жену генерала Брониславу, а спустя 10 лет распорядился расстрелять ее. Когда Поскребышев узнал, что его жена арестована, он бросился на колени перед Сталиным и сказал: "Товарищ Сталин, это определенно ошибка. Моя жена порядочный человек, верный коммунист, преданный член партии. Пожалуйста, я умоляю вас, верните ее домой". Сталин на это ответил: "Вставай, мы найдем тебе другую жену". В 1948 году Сталин также приказал арестовать за "измену" жену-еврейку своего влиятельного заместителя Вячеслава Молотова Полину, а затем отправил ее в ссылку. Женщина была реабилитирована лишь спустя пять лет, после смерти Сталина. Таким образом, жен можно было брать в заложницы, добиваясь лояльности доверенных людей Сталина. Со временем многие ближайшие соратники Сталина и/или члены их семей пострадали от сталинской жестокости.

Следовательно, когда главные сподвижники Сталина испугались появления у него в руках водородной бомбы, опасаясь, что он нанесет упреждающий удар против США, у них были не только политические, но и личные причины для принятия решения о том, что он должен быть устранен. Нетронутых семей в Советском Союзе было очень мало, и в опасности находились практически все. Брент считает, что Лаврентий Берия, возглавлявший во времена Второй мировой войны тайную полицию КГБ, а позднее отвечавший за создание советской ядерной бомбы, и руководитель Украины Никита Хрущев "придумали способ отравить Сталина у него на даче", и таким образом избавиться от него.

По словам Брента, Сталин твердо вознамерился продемонстрировать, что Соединенные Штаты планируют нанести первый удар по России. Он намеревался сообщить такую новость народу, сделав это одновременно с сообщением о сенсационном "заговоре врачей", покушавшихся на его жизнь. Поскольку Израиль в то время превращался в стойкого союзника Америки, Сталин решил, что мнимый заговор должен стать заговором врачей-евреев. Правда, среди арестованных врачей была только одна еврейка, да и та была техническим работником. "Два этих события должны были назреть в одно и то же время. Врачи были в сговоре с Америкой, советская разведка была в сговоре с Америкой, а Америка намеревалась напасть на Советский Союз, применив ядерное оружие". Сразу после смерти Сталина 5 марта 1953 года в возрасте 75 лет Берия и Хрущев дезавуировали заговор врачей и реабилитировали всех осужденных в течение трех месяцев. В то же время, КГБ посылал "всяческие сигналы" американскому президенту Эйзенхауэру о том, что Советы "хотят отойти от конфронтации", говорит Брент, добавляя при этом: "Мир не знал, что в 1953 году он был на грани (ядерного противостояния)". Мы думали, что первым случаем такой конфронтации между Востоком и Западом был Карибский ракетный кризис 1962 года.

Несмотря на широкое распространение вестей о заговоре врачей-евреев, Сталин вряд ли был антисемитом, замечает Брент. В мае 1939 года он арестовал известного еврейского писателя Исаака Бабеля, а спустя восемь месяцев приказал его расстрелять. Однако это было вызвано не тем, что Бабель еврей, а скорее тем, что Сталин использовал его, дабы подать сигнал Гитлеру. "Он хотел показать, что знает, как надо поступать с евреями", - говорит Брент. Это также был сигнал его Политбюро о том, "как он намерен поступать с проблемами Германии и с евреями". Расстрел Бабеля, по мнению Сталина, "служил полезной цели". Точно так же, Сталин в мае 1939 года понизил в должности еврея Максима Литвинова – но не по причине собственного антисемитизма, а потому что  не хотел, чтобы еврей вел переговоры с нацистским министром иностранных дел Иоахимом фон Риббентропом. А когда Сталин поменял Литвинова на Молотова, он воспользовался тем, что жена Молотова еврейка, и дразнил его, называя "Молотштейном". Позднее, когда Сталин провел чистку и выгнал жену Молотова из ЦК, тот настолько испугался, что не стал голосовать против, а лишь воздержался.

Даже несмотря на сталинские преступления, на "ужас, террор, несмотря ни на что, эта страна столь сильно верит в идею великого российского социалистического государства, что с готовностью прямо сейчас продает коробки конфет с изображением Сталина в московском аэропорту Шереметьево", заявляет Брент. Как сказал ему один генерал из КГБ, Сталин был "чудовищем, но он подтянул Россию вверх". И так сегодня думает бесчисленное множество россиян, которые утверждают, будто Сталин дал России "чувство собственного достоинства" и возможность быть на равных с западными странами. Как писал Сталин Максиму Горькому в 1928 году, "больше не будет нищей России, с этим покончено. Будет передовая Россия, основанная на социалистических принципах". По словам Брента, именно эта мечта "всколыхнула граждан страны. Они хотели выбраться из грязи. Они хотели избавиться от невероятной бедности в своей жизни… и это был путь к избавлению. Это была великая страна, основанная вначале исключительно  на социалистических принципах". При Сталине Россия начала строить самолеты, гидроэлектростанции и современные многоквартирные дома. "То, что гидроэлектростанции зачастую были плодом рабского труда, что с рабочими обращались так же плохо, как с пролетариатом в Англии, США, Германии или Франции в 19- веке, никогда и никому не приходило в голову, - говорит Брент, - советские граждане видели, что их страна прежде была страной рабов при абсолютной царской монархии, а теперь она принадлежит им всем. И они думали, что впереди их ждут великие чудеса". Не имея нравственного компаса, Сталин не сопереживал с миллионами тех, кто умер от голода, когда он коллективизировал наделы крестьян, а самих их силой гнал в города на промышленные стройки и предприятия. Это привело к "мощному скачку производительности" в России в момент, когда остальной западный мир погряз в болоте Великой депрессии. Когда на Украину в 1932 году пришел голод, Сталин отрезал эту провинцию от иностранной помощи и "вывел ресурсы", дабы обеспечить голод 5-миллионного населения, взять под свой контроль его земли и коллективизировать его хозяйство, говорит Брент. Коллективизация также позволила Сталину силой вытеснить большую часть выживших крестьян в город, где они находили работу главным образом на заводах и фабриках Советского Союза, переживавшего период индустриализации. Сталин также разрушил церковь, чтобы ликвидировать конкурирующий с ним центр власти. Он установил свою власть над творческими работниками, чтобы контролировать культуру страны.

Сталин продвигал вперед индустриализацию, поскольку рано понял, что вновь вооружающаяся Германия создаст угрозу для России. Хотя Сталин давно уже с опаской наблюдал за возрождением германского милитаризма при Адольфе Гитлере, он, тем не менее, продолжал продавать ему важнейшие сырьевые материалы и нефть, а также разрешил нацистским офицерам заниматься боевой подготовкой вместе с его войсками на советской земле. КГБ клал на стол Сталину огромные кипы документов, предостерегая его о приближающемся нападении нацистов, однако Сталин всякий раз показывал письмо от Гитлера, в котором тот обещал, что никогда не нападет на Россию. Это невероятно, но Сталин верил в написанное Гитлером. Ошибочные в своей основе оценки Сталина и неподготовленность страны к войне были настолько чудовищны, что когда Гитлер все же нанес свой удар 22 июня 1941 года, его танковые войска глубоко вклинились в российскую территорию, захватили Киев и Харьков на Украине и очень быстро приблизились к воротам Ленинграда и Москвы. К несчастью для России, говорит Брент, во время Большого террора Сталин "ликвидировал почти всех высокопоставленных офицеров", и начал лично командовать армией, страшно перенапрягая ее силы. Он выдвинул ее оборонительные линии на дальние рубежи границы западной Украины с Польшей, но не создал в достаточном количестве оборудованные огневые позиции для артиллерии, танков и пехоты. Путей подвоза также было недостаточно, отмечает Брент. В связи с этим, а также из-за истощения офицерского корпуса гитлеровские войска как катком раздавили западные оборонительные рубежи России и захватили в плен десятки миллионов ее граждан, которых Красная Армия не смогла защитить.

Один из примечательных выводов книги "Внутри сталинских архивов" состоит в следующем. Брент обнаружил, что Сталин, не писавший мемуары, имел привычку выражать свои взгляды на полях прочитанных им книг. Изучая сталинский экземпляр "Истории большевистской революции" Троцкого ("Истории русской революции" - прим. перев.), Брент нашел такие записи, сделанные рукой Сталина на полях. Там были такие фразы как "это неправда", "возможно, это правда" и т.д. и т.п. Наверху некоторых страниц Сталин писал "ложь, лжец, предатель". А затем своим большим синим карандашом он просто вычеркивал из книги то, что писал в ней Троцкий. Указывая на то, что у Сталина не было близкого друга, которому он мог бы поведать свои сокровенные мысли, или любовницы, которой он мог бы писать любовные письма, Брент говорит, что сталинские заметки показывают, какой это был человек "в тиши своего кабинета в 4 часа утра, когда на него никто не смотрел; мы видим, как работал его мозг". Троцкий был самым страшным врагом Сталина, но Сталин, тем не менее, читал книгу Троцкого, так как "хотел знать, что думает его заклятый враг".

Сталин понимал, что он живой символ того Великого Государства, которое стремился создать. Когда его беспутный сын Василий терроризировал своих учителей и школьных товарищей, заявляя: "Я Сталин, вы не можете так со мной поступить", отец, которому это надоело, схватил его за шиворот и сказал: "Слушай, ты не Сталин. Даже я не Сталин. Сталин - это советская власть. Сталин - это то, что пишут в газетах, что рисуют на портретах". Это показывает, что Сталин понимал, что он "величественнее себя самого", и что его власть "надличностна". По сути дела, говорит Брентон, Сталин "в определенном плане был весьма аскетичен, но не чрезмерно аскетичен, как Робеспьер". Однако он понимал, что тот, другой Сталин должен представлять собой великое нечто – Сталина, который больше самой жизни, который нарисован на летящих над Красной площадью дирижаблях и аэропланах. По мнению Брента, "это было олицетворение, кульминационный момент власти, и это держало страну под контролем".

Сталинские методы не остались незамеченными его преемниками в Кремле. Премьер-министр Владимир Путин сегодня копирует сталинскую тактику, допуская расцвет коррупции, избавляя Россию от богатых олигархов и захватывая собственность для государства. Он "поощряет коррупцию", поскольку знает, что "ослабляет власть закона; а чем слабее власть закона, тем сильнее власть государства", заявляет Брент. По его словам, капитаны бизнеса, которые за последние годы обогатились за счет своих связей и знакомств, подвергаются разорению при помощи "той самой сталинской тактики", о которой Путин как бы информирует  своих подчиненных: "Я не говорю вам "Нет человека, нет проблемы", но вы как-то понимаете, что именно это мне нужно, и вы делаете за меня всю грязную работу. А я вас за это как-то вознаграждаю. Никто этого не видит, никто этого не знает, но вы это понимаете, и я это понимаю". Одним из таких разоренных и свергнутых капиталистов стал Михаил Ходорковский – самый богатый в прошлом человек России благодаря активам своей нефтяной компании "ЮКОС". Он был арестован в 2003 году по надуманным обвинениям, и приговорен к восьми годам лишения свободы. Убрав Ходорковского с дороги, российское государство смогло продать с аукциона нефтедобывающее подразделение "ЮКОСа" "Юганскнефтегаз". Подобно Сталину до него, Путин старается пресекать любые публикации с критикой в адрес государства. Брент вспоминает, как Путин "очень резко" обрушился на одного профессора, который написал, что Советская Армия оккупировала Литву за шесть месяцев до начала Второй мировой войны, в то время как официальная линия Москвы заключалась в том, что армия ее освободила. "На самом деле, есть новый закон… составленный правительством Дмитрия Медведева, по поводу фальсификации истории, - отмечает Брент, - поэтому, если вы напишете такую книгу, где говорится, что Советская Армия оккупировала Литву… то вас сегодня привлекут в России к суду". Использование Путиным сталинской тактики вполне стыкуется с возрождением национал-большевизма, который, по словам Брента, является сегодня "очень, очень могущественной силой в умах российского народа. И та реабилитация Сталина, которую вы наблюдаете на улицах Москвы и всех провинциальных городов России, связана с его глубоко укоренившейся и неудовлетворенной потребностью видеть реализацию этих мечтаний". Даже по этой причине понять взгляды и мысли Сталина крайне важно для осознания происходящего в сегодняшней России.

************
Интервью у Брента взял декан и основатель Массачусетской школы права в Андовере Лоуренс Велвел. Эта школа целенаправленно занимается качественным и доступным правовым обучением студентов из меньшинств, из иммигрантской среды и из семей с низкими доходами, которые иначе не могли бы получить юридическое образование. Шервуд Росс консультант школы по вопросам СМИ.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.