В ходе Крымской войны погибли около 750 000 солдат; она продолжалась с 1853 по 1856 год и представляла собой крупнейший европейский конфликт в период между наполеоновскими войнами и первой мировой войной. Крымская война произвела глубокое впечатление на современников, однако воспоминания о ней были во многом вытеснены новыми войнами. Британский историк Орландо Файджес (Orlando Figes) в своей объемной работе развивает тезис о том, что Крымская война стала поворотным пунктом в истории Европы и Ближнего Востока. По его мнению, она имела также значительные религиозные последствия. Повод для этой войны предоставила Россия, которая в 1853 году при Николае I оккупировала дунайские княжества Османской империи – Валахию и Молдавию. После провала дипломатических посреднических усилий, Османская империя объявила войну России. Вооруженные столкновения происходили также на Кавказе. В этом конфликте британцы участвовали на стороне турок и воевали против русских.

В 1854 году британцы и французы направили в район восточного Средиземноморья военный флот, а Австрия угрожала начать военные действия, и поэтому царь был вынужден вывести свои войска. После этого уже Англия и Франция объявили войну, основные события которой разворачивались в Крыму. В ходе продолжавшейся почти год осады Севастополя союзнические силы вели ожесточенную позиционную войну против русских. Практически вся британская армия во время осады города была измотана до предела. Но в конечном итоге проиграли русские. Для выяснения причин возникшего конфликта Файджес основательно анализирует «восточный вопрос», решением которого европейские державы занимались на протяжении всего 19-го столетия. Хрупкая Османская империя - «больной человек на Босфоре» - вызывала все большую озабоченность у западных держав в связи с их собственным господствующим положением в районе восточного Средиземноморья, турецких проливов, ведущих в Черное море, а также на Ближнем Востоке. Экспансия русских, которые еще в 18-ом веке значительно расширили территорию своего государства, угрожала нарушить сложившееся равновесие.

Членами необычного мусульманско-христианского альянса в борьбе против русских были турки, англичане, французы, а также сардинцы, и это не было единственным новшеством в Крымской войне. Впервые развитие событий на фронте определяла современная техника – железные дороги, пароходы, морские мины, телеграф, фотосъемка и новые, более эффективные виды вооружений. Впервые ход боевых действий подробно освещался военными журналистами, постоянно снабжавшими «внутренний фронт» новостями. Впервые военные действия в медийной смысле превратились в спектакль, на что уже указывает Ульрих Келлер (Ulrich Keller) в своем основополагающем труде, посвященном визуальной культуре Крымской войны (The Ultimate Spectacle, 2001).

Святые места и русофобия

На этом фоне может показаться странным, что книга Файджеса имеет подзаголовок «Последний крестовый поход» (Der Krimkrieg. Der letzte Kreuzzug) На самом деле накануне войны разгорелся спор между католическими (при поддержке Франции) и греко-православными (опиравшимися на Россию) религиозными деятелями за доступ к святым местам в Иерусалиме и Вифлееме, которые в то время находились под контролем Османской империи. Русский царь считал себя покровителем примерно 12-миллионого православного населения мусульманской империи. Николай I был вдохновлен идеей о том, что после падения Византии он сможет стать новым главой государства, которое бы стало ее преемником. Но вместо того, чтобы в ходе нового крестового похода завоевать Иерусалим и Константинополь, Россия после поражения в Крымской войне оказалась проигравшей стороной и на многие десятилетия в значительной мере утратила свое политическое влияние.

Но возникает вопрос – а руководствовались ли также члены альянса «религиозными мотивами»? Весьма искусно Файджес подводит к мысли о том, что британцы и французы, по сути, также «участвовали в крестовом походе, защищая свободу и европейскую культуру от варварской и деспотической угрозы со стороны России». Дело в том, что в то время в Европе - и прежде всего в Англии – господствовали явно выраженные русофобские настроения. Именно британская буржуазная пресса проводила оголтелую враждебную кампанию против «полуязыческих», антилиберальных и антидемократических русских, подталкивая правительство к войне. Было принято считать, что в результате этой интервенции восторжествуют либерализм и свободная торговля. К этому следует добавить существовавшую в то время большую симпатию по отношению к считавшейся толерантной Османской империи, которая подкреплялась рассказами британцев, путешествовавших по Востоку.

До последнего времени прежде всего военные историки рассказывали нам о событиях этой войны. С британской стороны неизменно повторялись одни и те же сюжеты – Флоренс Найтингейл (Florence Nightingale), «гибель Легкой бригады» под Балаклавой, масштабные просчеты офицерского корпуса. У русских до сих пор сохранилось овеянное мистическими чувствами отношение к «героической борьбе» в ходе обороны Севастополя, в которой принимал участие и Лев Толстой. На основе анализа британских, французских, российских, османских и других источников Файджесу удалось составить масштабную картину той войны. При этом он занимается также вопросами реформы лазаретной службы в связи с плохим медицинским обеспечением, а также уделяет большое внимание литературной обработке отдельных событий и представляет Крымскую войну как совокупный феномен.

Тонко организованная структура

В своей новой оценке описываемого конфликта Файджес устанавливает линии разлома, которые определяли политику в 19-м веке, а также в 20-м веке и которые продолжают оказывать влияние в настоящее время. В результате ослабления России в выигрыше оказалась прежде всего Пруссия, не участвовавшая в Крымской войне. Объединенный при Бисмарке Немецкий рейх вскоре станет ведущей державой в Европе. В России после поражения в войне основное внимание было уделено проведению внутренних реформ. В это же время в стране сформировалась глубокая неприязнь по отношению к предательским христианским единоверцам и усилились антизападные настроения. Что касается русофобии на Западе, то она сохранялась по крайней мере и во время холодной войны.

В Великобритании Крымскую войну из-за большого количества ошибок военного руководства не принято считать славной страницей истории. Вместо офицеров новым героем стал простой солдат, что является признаком усиления влияния среднего слоя. После Крымской войны Османская империя открылась для влияния Запада, но в борьбе против этих тенденций развивались также исламистские течения. Иерусалим, Кавказ и Ближний Восток и сегодня продолжают оставаться очагами конфликтов. Орландо Файджесу в его тонко организованном и ярком исследовании удалось наглядно продемонстрировать сложные мотивы участвовавших в Крымской войне сторон, а также проанализировать далеко идущие последствия этого крупного конфликта.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.