- Расскажите, как прошло первое совещание историков Латвии и России в Москве. Российские историки были рады вас видеть?

- Я думаю, что наши интересы в любом случае совпадают – я был рад видеть российских историков, и они были рады видеть нас. Между нами, историками, никаких проблем нет. Мы все хорошо понимаем, что межгосударственная комиссия историков больше нужна в политической плоскости, как доказательство того, что отношения между нашими  государствами хорошие. Историки очень хорошо понимают эти спорные проблемы: я, например, не знаю ни одного серьезного российского историка, который сейчас сомневался бы в факте оккупации Латвии. У межгосударственной комиссии историков совсем другие задачи, чем это представляет часть общества, а также журналисты у нас и в России, которые думают, что мы готовы уступить в каких-то вопросах истории.

 

Также по теме: Помнить и понять

 

Что касается вопроса оккупации 1940 года, мы, разумеется, не готовы никуда отступать. Наша позиция настолько ясна, настолько аргументирована, настолько закреплена в исторической литературе, - в том числе и во всей западной исторической литературе, - что тут не о чем дискутировать. В России очень строгие законы об архивах. Я надеюсь, что межгосударственная комиссия историков будет той структурой, которая немного ликвидирует эту строгость – историки Латвии получат больший доступ к архивам. Если взять официально установленный рубеж в российских архивах - 75 лет, то самый ранний период, к которому мы доберемся, - это 1936 год, что не позволяет полноценно изучать важные для нашей истории события. Хочу подчеркнуть, что самое главное, что даст эта комиссия, - она будет способствовать в России пониманию того, какой была история, что исторические истины нужно признавать, и что не может быть так, что цвет истории только черно-белый. История не только черно-белая – она серая, и на всех в ней лежат грехи. Хочется надеяться, что комиссия историков будет способствовать тому, что официальные должностные лица России придут к выводу, что у них нет других возможностей, как официально признать факт оккупации Латвии.

 

- Вы сказали, что история не только черно-белая. Разве оккупация 1940 года не является черным фактом в истории Латвии?

- Каждый хочет сделать свою историю белой или черной, естественно, оккупация это черный факт в истории Латвии. Однако многие на российской стороне думают, что со всеми оккупациями и подчинением народов делалось добро, что мы должны быть рады тому, что нас захватили и оккупировали. Однако мы не можем сказать, что для одного народа история совершенно белая, а для другого – совершенно черная.

 

Еще по теме: Европейцы мало знают о преступлениях советского режима

 

- И все же - в вопросе оккупации 1940 года мы белые, абсолютно безвинные, а виновата Россия?

- Мы тоже не безвинные. Если бы в 30-е годы не существовала наша «пятая колонна», если бы в Латвии не сформировалась диктатура, может быть, события произошли бы иначе. Наша история тоже не такая белая, она тоже лишь серая. Сталин на протяжении всех 30-х годов зондировал и думал, что делать с нами. И он видел, что здесь так много его сторонников, почему бы не попытаться сделать все то, что он здесь сделал? Как действовала группа «Jaunākās Ziņas» в 30-е годы. Беньяминя платила фантастические гонорары Вилису Лацису, который предал латвийское государство, и за подписью которого она сама позже была выслана в Сибирь. История Латвии полна таких фактов - естественно, она не белая.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.